Чтение онлайн

Ну, это ложь. Есть кое-что, что я могу сделать, что я планирую сделать. Я просто надеюсь, что это поможет.

***

Тесса сидит на заднем сиденье Range Rover, пытаясь выжать информацию из Колби в миллионный раз с тех пор, как мы сели в машину. Она понятия не имеет, куда мы идем, или что мы собираемся там делать, и мне это нравится. Сегодня субботний день, и, поскольку в понедельник нет занятий в школе, я подумал, что эти выходные будут идеальным временем.

— О, да ладно. Ты не можешь просто дать мне подсказку? — Она скулит. — Подождите, вы двое меня сдаете? Я не могу сесть в тюрьму, Ашер. Я сильная, но я не для тюрьмы. Я бы стала чьей-нибудь сукой за Сникерс.

Колби смеется на пассажирском сиденье, не в силах сдержаться. — Сникерс? Правда? Это все, что нужно?

Она откидывается назад и скрещивает руки на груди. — Вы были бы поражены, на что я была бы готова ради лучших вещей в жизни.

Он смотрит на меня. — Это то, что ты сделал? Дал ей конфету?

Я выгибаю бровь, глядя на него с хмурым выражением на лице, что только еще больше забавляет его.

— Что? Это уместно, поскольку ты продолжаешь говорить, что она слишком молода для тебя.

— Пошел ты, — ворчу я.

Тесса хихикает на заднем сиденье, и мои глаза встречаются с ее глазами через зеркало заднего вида. Она ухмыляется так, что я понимаю, что мне не понравится то, что выйдет из ее рта дальше. Как раз перед тем, как я успеваю сказать ей не делать этого, она все равно открывает рот.

— Ашер ненавидит, когда у меня есть конфеты, — говорит она Колби. — Спроси его, что я могу сделать с леденцом.

Сдавленный звук срывается с моих губ, и Колби взволнованно выпрямляется на своем месте.

— О, я хочу знать!

Я поднимаю руку и натягиваю солнцезащитные очки на глаза, затем увеличиваю громкость музыки. — Мы не говорим об этом.

— Ты такой зануда! — Они оба скулят в унисон, заставляя меня стонать.

Я окружен детьми.

***

Подъезжая к частному самолету, машина останавливается, и Тесса отрывает взгляд от своего телефона. Она оглядывается вокруг, и ее брови хмурятся.

— Мы приехали? Подождите, где мы?

Лицо Колби расплывается в дерьмовой ухмылке, и он подмигивает ей. — Ты скоро познакомишься с мальчиками.

Мы втроем выходим из машины, и я вручаю свои ключи джентльмену, который собирается отогнать ее для меня. Тесса обходит внедорожник сзади, и у нее отвисает челюсть, когда она видит самолет перед нами.

— Мы полетим на этом?

Я улыбаюсь, вытаскивая чемодан из машины. — Ты думаешь, что живешь светской жизнью, потому что ты и твои друзья бегаете и тратите папины деньги? Вишневая бомба, ты еще ничего не видела.

Наши пальцы переплетаются, и я тащу ее к трапу самолета, пытаясь не обращать внимания на то, что я делаю большой шаг — такой же рискованный, как и серьезный. Представление Тессы команде никогда не приходило мне в голову, пока это не произошло. И как только это оказалось там, я, казалось, не мог его вытащить.

Мы садимся в самолет, и в ту минуту, когда они видят меня, уровень энергии возрастает. Крики моего имени заполняют небольшое пространство, и я не могу не улыбнуться. Может быть, я больше не в команде, но, по сути, эти ребята — моя семья.

— Тесс, ты знаешь Гриффина и Колби, но это остальные парни, — говорю я ей, затем поворачиваюсь к своей команде. — Ребята, это Тесса.

Один за другим они встают, чтобы обнять ее — приветствуя ее так, что мне становится очень неудобно, но я знаю, что они делают это, чтобы поиздеваться надо мной. Как только они заканчивают, я притягиваю ее в свои объятия и собственнически прижимаю к себе. Она закатывает глаза от этого жеста, но я вижу улыбку, которую она пытается скрыть.

— Ладно, успокойтесь, — говорит тренер, поднимаясь на борт. Его глаза встречаются с моими, и он улыбается. — Хоторн. Рад тебя видеть.

Я пожимаю его протянутую руку. — Я скучал по тебе, тренер.

— Мы тоже по тебе скучали. Не было никого, кто держал бы их в узде. — Он кивает головой в сторону Колби, и я смеюсь.

— Пожалуйста. Я не мог держать его в узде, даже когда мы жили вместе. Я уверен, что у меня и сейчас нет шансов.

Тесса смеется и бросается на колени Колби, к моему большому разочарованию.

— Я думаю, что он идеален, — игриво воркует она и щиплет его за щеки.

Он встает с ней на руках, передавая ее. — Прости, детка. Я люблю, когда мои яйца прикреплены к моему телу.

Она хихикает и щелкает меня по носу. — Да, он немного ревнив, не так ли?

— Я прямо здесь, и я слышу тебя.

— Я знаю. — Она усмехается, и я опускаю ее.

— Тренер, это Тесса.

Его брови, которые были плотно сдвинуты во время всей этой сцены, расслабляются, и он маскирует свое прежнее выражение улыбкой. — Приятно познакомиться с тобой, Тесса.

— Мне тоже, — вежливо отвечает она.

Убедившись, что все в сборе, тренер направляется в кабину пилота, чтобы сообщить, что мы готовы к взлету. Я веду Тессу к нашим местам и сажаю ее между мной и окном. Она позволяет мне пристегнуть ее и откидывает голову назад, поворачиваясь, чтобы посмотреть на меня.

— Итак, куда именно мы направляемся?

Я ухмыляюсь, зная, что это лучшая часть всего этого. Ну, вторая лучшая. Лучшее — это то, что она получит завтра вечером.

— Майами.

Ее глаза взволнованно расширяются. — По-настоящему?

Я киваю, и она берет мое лицо в ладони, чтобы притянуть к себе для поцелуя. Когда она отстраняется, я улыбаюсь так широко, что чувствую, как появляются ямочки на щеках. Она прикусывает губу и тычет в одну из них пальцем.

— Убери это. Они опасны, — язвит она.

— Я знаю. Вот почему они мне нравятся.

***

В середине полета Тесса крепко спит в кресле. Я вроде как предполагал, что так оно и будет. Хотя она пытается делать вид, что ей становится лучше, ее кошмары не остались незамеченными. Я просыпаюсь почти каждый раз, когда она это делает, но после первых двух случаев, когда ей приходилось лгать мне о них, я начал притворяться, что все еще сплю. Кажется, это заставляет ее чувствовать себя лучше по отношению к ним, поскольку она не тратит полчаса на извинения за то, что разбудила меня, и это все, что имеет значение.

Я встаю, чтобы взять пива, и на обратном пути тренер кивает на место рядом с ним. Я бросаю взгляд на Тессу, чтобы убедиться, что с ней все в порядке, и сажусь.

— В чем дело, тренер? — Спросил я.

Он бросает на меня недвусмысленный взгляд. — Что ты делаешь, мальчик?

Мои брови хмурятся. — Что вы имеете в виду?

— Сколько лет этой девочке?

Я опускаю голову, понимая, что если он понял это за миллисекунду, то и все остальные, вероятно, тоже. — Ей восемнадцать.