Чтение онлайн

— Сожрать или уничтожить.

— Помнишь, как Мик твердил, что пожирающие плоть расы никогда не сдаются без боя. Более того, они преследуют жертву до ее последнего вздоха.

— Не оставляют шанса вырваться и не проявляют милосердия, — кивнул Тим. — Но тебя оставили в живых?

— Да. Уже в плену я понял, что почему. В каком-то извращенном смысле мне повезло. Стены Божественных Изысканий запросили только один образец. Опасались оскорбить своих богов, коллекционируя ложных.

— Что за Стены?

Находясь в плену, Тим никогда не слышал о таких, хотя Чага и не стремился что-то знать за пределами ростков собственного хозяина.

— Что-то вроде храма и научного центра. Исследования во славу богов и лучших путей трансформации.

— Тебя не мучили?

— Проводили опыты, — нехотя сообщил Людвиг, смыкая за спиной круг рук. — Было страшно, мерзко, иногда больно. Чаще терпимо, а еще чаще унизительно. Некоторые подробности не смогу рассказать, наверное, никому. Но по-своему они берегли единственный образец. Заботились о его сохранности. Освоили мой родной немецкий и даже общались со мной. Но чаще лезли напрямик в мозги без лишних расспросов.

Опыты в Стенах Изысканий звучало пострашнее пребывания в Нишах с таким же названием, где Ру выпускал на Чагу живую слизь. Не так больно, как на ветвях Ирта, но куда более омерзительно.

— Скажи мне, адмирал? Почему мы висим над этой пустошью, а не вернемся на корабль на орбите?

— Висим, потому что экспедиция не завершена. Мы не собрали информацию о том, что происходит на Орфорте.

— Мы — это ты и этот спящий красавец?

Людвиг с сомнением покачал головой, хотя во взгляде мелькнуло любопытство. Напряжение, видимо, его отпустило, раз прорывалась ирония. Против красавца не возразишь, а вот забытье Ирта с рефлекторным сращением частей Тим бы назвал не сном, а обморок с регенерацией.

— Почему ты считаешь, что он спит?

— А что еще ему делать? Пояс Холода для них время сна и трансформации. Все на планете теряет быстроту и агрессию, сворачивает щупальца внутрь и засыпает.

— Он не уснул. Бросился разрушать неорганическую часть Просторов, которую мы нашли, и срубился. Смотри, я тебе покажу.

Авиетка не далеко улетела от груды камней, в которую превратился замерший кусочек орфортской природы. Если ее развернуть, Людвиг увидит сквозь купол все еще поднимающиеся вверх, не добитые изоморфом ветви. Запись короткой схватки объяснила все и сразу. Проекция в ускоренном режиме отыграла прыжок боевой "каракатицы", яростную пляску ветвей и лезвий, взрывы цветных искр на месте неподвижных плетений и форм. Все-таки Ирт слишком легко их разрушил. По химическому анализу соединения должны обладать алмазной твердостью. А тут — калейдоскоп стекляшек под лапами изоморфа. Вероятно, не цельные камни, а замки из алмазного песка. И в процессе короткой схватки с ними Ирт мгновенно дошел до состояния распадающегося веника.

— Граув, я даже не знаю, как прокомментировать эту запись. С изоморфом понятно, в Поясе Холода он просто быстро теряет энергию и дальше будет только хуже. Удивительно, что еще машет конечностями. Наверное, потому, что прилетел недавно, но планета быстро возьмет свое. А вот что за полянку чудес он расколошматил — ума не приложу.

— Кристаллы, я тебе говорил. В них все дело. Запрос Ру Флаа о помощи, погибшие инсектоиды. Только этот сад камней выглядит совершенно безобидным. Ты ничего не слышал в Стенах Изысканий об атаке на планету.

— Ничего внятного, — покачал головой Людвиг. — Зачем сообщать новости лабораторной мышке. Но в какой-то момент размеренная жизнь нарушилась. Меня бросили, почти перестали кормить. И потом этот вой. Часами напролет — так они обращаются к богам. И жизнь стала сворачиваться. Все твердили о трансформации.

Самое главное на планете. Боги, трансформация, сердце Орфорта, потеря души. Даже кровожадные твари, когда речь идет о религии, превращаются в трепетно блеющих овечек.

— Значит, изоморфы в Сенах живы, здоровы и уже погрузились в сон?

— В трансформацию, — зло оскалился Людвиг. — Все ли, не знаю. На них хоть сверху бомбы бросай, но трансформация превыше всего. И она должна пройти правильно! Что это значит, не спрашивай, я понятия не имею. В любом случае она помогла сбежать. Хотя, возможно, им просто стало плевать. Следить за мной и кормить некому. Куда не пойди, ничего кроме смерти не ждет.

— И куда ты пошел?

— Не поверишь, но найти того, кто еще выжил. Получается, что тебя. Служители Изысканий не скрывали, что семейство Флаа взяло себе одного пленника по праву пострадавших. Старейшины недовольно ворчали, но запретить не смогли. Вот только я не знал, кто остался жив, и очень приблизительно представлял, куда идти и что дальше делать. А тут перед носом приземляется авиетка. Ясно дело, подумал, что это глюк от холода и голода.

— Как ты вообще надеялся выжить?

— Ну, у меня с собой была лопата, — и Людвиг показательно провел по бедру, вызывая в памяти Тима заточенный отросток поверх балахона. — А дальше просто: корни раута под землей и подмерзшая в реке вода.

— Слишком холодно для далеких путешествий.

— Достаточно вырыть яму поглубже и будешь спать как младенец на печи.

Полметра под землей и плюс пятнадцать, огромный перепад. Но для человека мало.

— Это странно, не понимаю этот феномен.

— Граув, это же не планета, а медуза-горгона под звездами. Ты понимаешь, где вся эта злобная и вечно жрущая растительность?

— Погибла. Орфорт атаковали кристаллические соединения не ясного происхождения и уничтожили Просторы.

Людвиг несколько секунд рассматривал его с выражением полнейшего изумления, потом заржал, плюхнулся на ближайший ложемент и вытянул ноги. Навигатор прямо на глазах возвращал себя прежнего. Похоже, превратить его в тупую послушную зверушку служители изысканий не стремились или не преуспели. И слава орфортским богам.

— По бороде им эти соединения, адмирал? Наступил Пояс Холода, и вся флора и фауна ушла под поверхность и погрузилась в спячку. Прокопай полметра вглубь и обнаружишь клубки живой, шевелящейся органики. Теперь она не кусается и сохраняет идущее снизу тепло.

— Все под поверхностью?

— Шут его знает. Это же целая планета. Может, вполовину и погибло. Но где я прошел, там свернули щупальца внутрь и корочкой льда затянулись. И бай-бай кровожадные твари в теплой колыбельке.

— И надолго? Что их может разбудить?

— Этого не знаю, — Людвиг потер подбородок и добавил уже без особого веселья: — изоморфы верят, что в трансформацию с небес спускаются боги. И гуляют по Орфорту. Вот я и боюсь, как бы не произошло что-нибудь неприятное.

Тим заметался по ограниченному пространству рубки, испытывая острую потребность в движении. Шут с ними, с богами, и так путанная история. Все спят, и никто не нападал. Но боты обнаружили кристаллические соединения, Ирт разгромил сад каменных Просторов. Людвиг видит один кусочек общей картины, Тим другой. И оба фрагмента — реальность.