Чтение онлайн

Да и не будет он. Не по пути нам. Жаль, наверно…

Он, в общем-то, не намеренно мне жизнь перевернул вверх тормашками. Не зацепи он меня — я удрала бы от него еще в раздевалке бассейна и обходила «Бурю» стороной.

Я сама пришла к нему ночью, изменив Келлану.

Всему виной мои противоречивые, необузданные, первые чувства. Когда на меня нацелилась долгожданная буря? Еще в тот миг, когда наши взгляды с Ирием встретились?

Проклятые чувства. Я подтянула к себе колени, обняла их и склонила голову. В груди разрастались ветки отчаянной боли, нанизывали вены, вспарывали мягкие, нежные ткани. Я закусила губу, содрогаясь от рыданий.

Сколько я так провалялась на пуховых подушках? Несколько часов? Вернулась к Келлану не краше зомби и завалилась в одежде на кровать. Чужой будильник разбудил после обеда, ровно за полчаса до встречи с Йеруном Нордли.

Я едва успела заправиться острой куриной лапшой и на скорую руку написала на себе чужую внешность — внешность не заплаканной, не печальной Беатрисы, а хитрой, уверенной в себе шпионки.

Не чудила сильно, чтобы мистер детектив не прибил меня к стенке вопросом: когда умудрилась сделать пластику?

Мы пересеклись в знакомом отеле Жааплеаль. Я элегантно впорхнула на пухоборде в номер, где открывалось окно. Здорово, что не пришлось идти через ресепшен, у которого на меня бы накинулись беспощадные яркие воспоминания.

Они и сейчас настойчиво добивались к внутреннему взору. Я гнала их прочь, стараясь внимательно слушать детектива. Радует, что этот номер совершенно не похож на тот, где мы с Ирием вытворяли безумства. Тут бежевые, а не темно-синие стены, тут скромная обстановка, тут стулья из пухоблока.

И все же мой взгляд снова и снова невольно поднимался к потолку, будто я там увижу себя, прикованную железными скобами. Перепуганную и ужасно взбудораженную.

Босс выдал снимки, имена, адреса, инструкции. Придется много фотографировать, подслушивать, копировать. Я кивала, со всем соглашалась, печатала важные тезисы у себя в смартфоне. А когда мистер Нордли закончил, предложила выпить за сотрудничество, указав взглядом на мини-бар. Мужчина положил планшет на столик, куда я рядом пристроила свой смартфон, и полез в карман.

Пять минут — и все файлы перекопируются ко мне. Лишь бы у него не стоял какой-то новейший антивирус. Но Келлан настолько крут, что его прога для взлома проходит любую защиту гаджета на Калинидиксе.

Лишь бы пять минут мой смартфон и планшет детектива лежали рядом.

Йерун Нордли протянул мне черную карточку.

— Здесь уже есть некоторая сумма. Пароль — дата твоего рождения. Можешь изменить. После каждого успешно выполненного задания я буду щедро платить. А пока здесь на выпивку хватит. Я сейчас пить не буду — у меня много работы. И тебе не советую. Сегодня вечером, помнишь, надо проследить за тем человеком.

Я кивнула, с трудом соображая, как задержать детектива. Он потянулся к планшету, и я выпалила:

— Ваш сын…

Его рука замерла.

— Ирий… ну… знает, что я жива. Простите… Я не смогла с ним по-скотски поступить. Тем более после того, как он говорил, что любит… Прямо кричал так отчаянно.

Еще минимум три минуты. Пока его внимание у меня в кулаке, нужно говорить, хоть и трудно, больно, будто откровения вырываются не легко, а с мясом.

— Я встречалась с Ирием вчера после того, как он вышел из агентства. Мы просто поговорили и все, не подумайте… Я с ним попрощалась раз и навсегда. Просто хотела, чтобы он знал, что я жива.

Мужчина со вздохом опустился в кресло. Планшет пока смирно лежал. Меня мелко потряхивало, ладони вспотели, я провела ими по джинсам.

— Ирий вчера очень настойчиво требовал показать твой труп, поэтому я ему сам сказал, что тебя никто не убивал.

— Вот оно что… — я вымученно улыбнулась. — А я-то думаю, почему он так на стоянке говорил…

Йерун Нордли поднял планшет и разблокировал. Я подавилась испугом. Передача прервалась.

— Я не сильно верю, что вы распрощались раз и навсегда. Потому что Ирий упертый парень. А рассказывала ты мне это все зачем? Чтобы отвлечь, пока копируются файлы? Что тебе отсюда нужно? — Он демонстративно качнул планшетом, сверля меня убийственным взглядом.

— Н-ничего, пр-росто… — я спотыкалась чуть ли не на каждой букве, воровато поглядывая на пухоборд. Зараза, как он догадался? Неужто сам когда-то подобным промышлял?

— Говори! И на первый раз прощаю.

Его снисходительность после приказа как ледяной душ после ожога. Единственное, что могло бы меня отвлечь от Ирия, это родители, братья. Увидеть их бы, пусть даже издалека.

— Я всего лишь хотела досье на моих родных! Понимаете, не могу жить спокойно, зная, что есть совсем рядом их фото, адреса…

— Мы вроде договаривались.

— Не буду к ним подходить…

— Вряд ли я тебе поверю.

— Ладно, скажите хоть что-то! Можете не называть имен или адресов. Просто… как у них дела?

Он со злостью принялся листать что-то на экране.

— Беатриса, я рассчитывал, что от тебя толку будет больше, чем проблем. Сейчас не уверен.

Я не смогла прикусить язык:

— Удивительно, что у такого черствого человека, как вы, вырос отзывчивый, темпераментный сын.

— Зря я мало времени уделял его воспитанию.

— А по-моему, наоборот, не зря.

— Не понимаю, у тебя напрочь отсутствует инстинкт самосохранения? Или мозг отсутствует? Мне сейчас придумать, как тебя поставить на место? Сутки в камере?

— Шуточки про мозг в сторону. Я не дам собой помыкать. И, если загорелась идеей узнать про своих родных, то сделаю это в любом случае. С вашей помощью или без нее. В этом уж точно будьте уверены.

Мужчина около минуты сверлил меня взглядом. Неловко. Я поерзала на стуле. Ждал, буду беспрекословно слушаться? Инстинкт самосохранения у меня барахлит еще с детства. Иначе, будучи скованной страхом, не стала бы шпионить.

— Если общество узнает, что ты все-таки жива, я многое потеряю… И не смогу тебя прикрывать. Кто-то другой не предложит тебе работу, а посадит в тюрьму, где, я уже говорил, что ждет.

— Мистер Нордли! Очень обидно слышать, что я могу проворонить шанс остаться на свободе. Естественно, я понимаю, что нельзя всем трезвонить о том, что я жива!

Он еще долго подозрительно косился на меня. Где на моем лице написано, что мне можно доверять? Скорее, написано противоположное.

— Твоя мать… — начал детектив, и я подалась вперед, вся обратилась в слух. — Давно переехала на другую планету. Новинилик. Замужем, двое сыновей. Отец живет здесь, в восьмом секторе. Вдовец. Есть сын.