Чтение онлайн

Забрав жемчужины, она установила «мост» между тем миром и этим. Открыла дверь туда нараспашку. Любой мертвец мог воспользоваться этим для своих целей. Особенно тот, кто усыплял ее бдительность красивыми сказками или широкими, искренними улыбками.

Беата бросила настороженный взгляд на Эйне и Гиля, но они сидели со своей стороны и не пытались прорваться к ней. Она поспешно начертила перед зеркалами две защитные руны и только тогда вздохнула с облегчением. Эйне, следивший за ее движениями, непонимающе нахмурился, а потом замер. Посмотрел на нее, и на мгновение она различила в его глазах боль и обиду.

— Кажется, это — посмертная роса, госпожа. Она используется в магии смерти и добывается только в загробном мире, — его голос зазвучал очень ровно, а взгляд стал непроницаемым, — если я прав, то это действительно ценный подарок.

— Еще бы! Не буду же я дарить госпоже что-то недостойное ее красоты? — Гиль вздернул подбородок. — Ты лучше объясни, почему мой мешочек исчез, а отрезанный лоскут вернулся на место?

— Потому что на нас нет одежды, духам она ни к чему. Это был кусочек тебя самого, и он не может существовать в мире живых. Как и мы оба. Нам там делать нечего, — на последней фразе Эйне взглянул Беате в глаза.

Она принялась молча собирать жемчужины.

Эйне действительно был умным. Он заметил и ее страх, и попытку защититься от них — охотников, верно служащих своей госпоже.

Охотников, умерших за свою госпожу.

— Эйне. Прости, — мягко сказала Беата.

Он качнул головой, отводя взгляд.

— Тебе не за что извиняться.

Гиль недоуменно пошевелил ушами.

— И что это с вами обоими? Госпожа, тебе понравился мой подарок или нет?

Беата очаровательно улыбнулась.

— Очень понравился, Гиль. Ты просто молодец.

Самой ей магия смерти не была интересна, но Дане могла пригодиться. Надо бы разузнать в каких именно ритуалах используется посмертная роса.

А почему вообще Эйне знал о ней, а Беата, ведьма, нет?

И как он понял, что за руны она начертила?

— Эйне, тебе нравилось служить Ате? — аккуратно спросила она его.

— Конечно.

— Ты часто наблюдал за ее колдовством?

— И моя госпожа была так добра, что объясняла, как оно работает. Меня всегда влекло неизведанное, и ты разрешала мне черпать знания из этого источника, — взгляд Эйне смягчился.

У Беаты пересохло во рту.

Если Ата делилась с Эйне магическими секретами, то он — чертов ларец, доверху наполненный сокровищами. Знания ведьм древности ныне будут уникальны! Как бы уговорить его поделиться ими?

— А как работают чары кокона, о которых ты упоминал? — небрежно спросила она. — Ты знаешь полное заклинание?

Эйне вдруг улыбнулся.

— Конечно. Хочешь, чтобы я напомнил его тебе?

— Да, я немного запамятовала, — Беата торопливо достала из воздуха книгу заклинаний, — говори.

И Эйне заговорил.

Беата записывала каждое слово, приходя во все больший восторг: заклинание, которое одновременно защищало целую комнату, глушило звуки и запирало всех находящихся внутри, было воистину бесценно. Получив его, она заулыбалась Эйне с нежностью.

Восхитительный подарок.

— Спасибо.

— Не за что, моя госпожа, — его ответный взгляд был полон тепла, — а не желаешь ли вспомнить чары невидимости?

— Нет, я их знаю.

— Жаль.

Гиль ухмыльнулся.

— Воркуют как голубки. Значит, нужен не жемчуг, а чары, да? Я запомню. Кстати, в моей истории тоже они были. И колдовство моей матери, и другие. Хочешь, я расскажу тебе как добывал огненное яйцо из зачарованного сада?

— Хочу. А что именно Эйне сказал тебе, когда убедил, что твоя сила — это слабость?

Гиль не успел ответить. Хлопнула входная дверь, и раздался голос Джеральда:

— Беата, ты дома?

Она едва не застонала от досады. Первым ее порывом было испробовать чары кокона и запереться с теми, кто заставил ее любопытство полыхать до небес. К черту все остальное: турниры, расследования, службу Калунне, еду, все!

Но Джеральд с ума сойдет от беспокойства, если она запрется в заколдованной комнате и не будет отвечать два часа.

— Расскажешь об этом потом, хорошо? — попросила она Гиля. — Мне пора.

— Как скажешь.

— Мы будем ждать тебя, госпожа, — васильковые глаза Эйне горели огнем, — я расскажу тебе все, что ты пожелаешь услышать. Главное, не забывай нас.

Беата послала им воздушный поцелуй и торопливо свернула спиритический сеанс. Рвано вздохнула.

Ей срочно нужно было бежать к Калунне за гарантиями, что Эйне и Гиль не были демонами. А то, судя по количеству соблазнов, она начала в этом сомневаться.

Поиски Эльзы Салливан продолжались без какого-либо результата: Беата использовала ясновидение, но оно ничего не показало, будто дочь мэра действительно использовала какой-то амулет, чтобы укрыться от поисков. Джеральд с Алисой продолжали топтаться по зимнему городу, но при опросе родных и свидетелей никто не вел себя подозрительно. Становилось ясно, почему ни ковен Тринадцати, ни полиция не могли ничего обнаружить: все очевидные варианты заводили в тупик. Беата еще раз поговорила с мэром, но не узнала ничего интересного: врагов у юной скрипачки не было, у ее отца — тоже. Да и исчезновение еще одиннадцати женщин указывало на то, что Эльза была не главной целью преступника, а всего лишь одной из жертв.

Беата обсудила это дело с Голди, Валери и Адалиндой, но те ничем не смогли ей помочь. Разве что Голди посоветовала начать работать над захватом Кловерфилда, а не только искать пропавшую девушку. Этим Беата и занялась: она нанесла несколько визитов влиятельным знакомым Голди из Кловерфилда и нескольких соседних городков. Очаровала их, пригласила на праздник Калунны и предложила свои услуги. Нормальный рабочий диалог и отсутствие необходимости унижаться перед ведьмами подействовали просто волшебным образом: Беата легко заключила множество союзов и получила просьбы о колдовстве. Со многими запросами удалось справиться на месте, в других случаях требовались зелья, и Беата сварила их, а потом отправила Дану, Лили и Эву развозить.

Джеральда это изрядно обеспокоило.

— Многим из пропавших жертв было шестнадцать-семнадцать лет, как и им. Как бы на девочек не напали. Я могу сопроводить их по Кловерфилду и посажу на обратный поезд в Хисшир, но бросить расследование на несколько дней не в моих силах. Может, ты сама отвезешь эти зелья?

— А обо мне ты, значит, не беспокоишься, — проворчала Беата, которой страшно не хотелось работать курьером и три часа ехать только в Кловерфилд, а потом целый день мотаться по окрестным городам, — меня тоже могут похитить.