Чтение онлайн

— Будет, а что?

— Я хочу обсудить с ним это. Он знает мэра и сможет помочь. Солнце, дай мне неделю, и я разберусь.

Беата кивнула. План Голди ей нравился: ковен Тринадцати мешал захвату Кловерфилда, но в ее сделку с Калунной не входил. Той вообще не было дела до чужих ведьм, они были помехой, которую Беате надлежало устранить любыми способами. Но если Калунна предпочитала радикальные, то Беата рассчитывала на дипломатические. Завязать связи в верхах, обратить местное население в новую веру, читать проповеди и устраивать праздники — это у нее получалось отлично. Намного лучше, чем бороться с другими ведьмами. Вначале культ Калунны тихо захватит Кловерфилд, а потом переманит к себе ведьм ковена Тринадцати.

И все будет хорошо.

В выходные Беата разбирала вещи и наткнулась на старый фотоальбом. Улыбнулась, глядя на себя, молодую и веселую. Тогда она была просто великолепна: рыжая-бесстыжая красавица, игривая и соблазнительная. Настоящая ведьма! Мужчины головы сворачивали, когда она проходила мимо, и творили ради нее любые глупости, стоило ей лишь пожелать этого. И все это безо всякой магии. А теперь ей сорок два года, у нее морщинки вокруг глаз и около губ, а чтобы выглядеть красиво, требуется минимум час с утра и регулярные косметические процедуры. Она все еще огонь, но какой ценой? И что будет, когда ей исполнится пятьдесят?

Беата тоскливо вздохнула. Почему молодость не могла длиться дольше? В пятьдесят лет она будет…

Беата замерла.

В пятьдесят лет она будет. Не умрет, а останется жива. Хисширский демон обещал дождаться ее в аду, но теперь он мертв, а она продолжает жить! Ей больше не грозит ранняя смерть! Да она и в восемьдесят будет огонь! И заведет себе пару молодых любовников всем назло!

Беата покосилась на мужа, мирно читавшего книгу на диване.

Ладно, может, и не заведет. Его это точно обидит, а обижать любимых людей Беата не собиралась. Придется добирать ярких эмоций и уверенности в себе как-то по-другому.

— Джеральд, скажи, твоя жена красавица?

— Моя жена красавица.

— Самая красивая женщина в Хисшире?

— И во всей стране. Красивее моей жены никого нет, — Джеральд едва заметно улыбнулся.

— Молодец. Научился отвечать правильно, — Беата подошла и поцеловала его. Села рядом. — У тебя есть планы на сегодня?

— Нет. Что-то нужно сделать? — Джеральд отложил книгу.

Беата невольно подумала, что для такого энергичного человека Джеральд был слишком уж домоседом. Он мог выполнять десятки поручений в день, не ленился и не откладывал их, да и раздраженным по поводу очередных дел Беата его ни разу не видела. При этом отдыхал он, как настоящий лентяй: тихо сидел дома и никуда не ходил. Что-то с этим было не так: энергичные люди обычно предпочитали активный отдых, а дома «натыкались на стены». Служба Калунне была настолько утомительна, что он жаждал одного лишь покоя?

Джеральд, не дождавшись продолжения разговора, придвинулся поближе, обнял Беату и принялся легонько поглаживать и целовать. Та позволила ему это пару минут, а потом спросила:

— Скажи, а как ты проводил вечера и выходные до моего приезда в Хисшир?

— Учился у Калунны, бегал по вересковым пустошам в облике призрачного пса, читал выписанные из столицы книги и журналы.

— А в Морланд не ездил?

— До двадцати лет постоянно катался, потом уже не мог из-за демона.

— А сейчас почему не ездишь?

— Хочу остаться дома с тобой. Но можем погулять в Морланде, если хочешь.

— Не хочу.

Джеральд пожал плечами и игриво улыбнулся.

— Тогда, как насчет массажа?

— Вечером — обязательно. А сейчас не хочу.

Он поскучнел и нехотя вернулся к чтению.

Беата с досадой подумала, что причина его домоседства все та же: у Джеральда не было ни друзей, ни интересного досуга, а единственным источником радости служила она сама. И дома он скучал, а не наслаждался ленью и комфортом, как Беата. Чем бы его занять? Или не стоит? Он же вроде счастлив. Но как можно быть счастливым, когда жизнь настолько скучна и ограничена одними обязанностями, а счастье приносит только супружеский секс? Беата на его месте давно бы сбежала от такой «счастливой жизни».

— Что-то не так? Ты выглядишь обеспокоенной, — заметил Джеральд, — у нас снова проблемы?

— Нет. Джеральд, скажи честно, ты счастлив?

— Да, — он не колебался ни секунды.

— Ты так себе представлял наш брак?

— Нет. Но я и тебя почти не знал, а сны демона морочили меня: в них ты всегда была взрывом эмоций, ярким фейерверком, освещавшим все вокруг. Вечно куда-то рвалась и кого-то соблазняла, колдовала и веселилась. Меня это немного пугало, но и влекло к тебе. А потом ты приехала, и все оказалось иначе.

Беата хмыкнула.

— Бедняга. Думал, жена у тебя будет страстной тигрицей, а получил ленивую домашнюю кошку.

— Я не жалуюсь, — Джеральд улыбнулся, — приятно, когда дома тебя любят и ждут. Ты все еще тот теплый, ласковый огонек, возле которого я мечтал согреться. Я люблю тебя.

— И я тебя.

На диван к ним влезла Пламя. Потопталась по Беате, получила свою порцию ласки и устроилась на коленях Джеральда. Тот принялся гладить и тормошить ее. Он не выглядел несчастным, и Беата решила отстать от мужа. Нет смысла навязывать то, что ему не нужно. Джеральду было сорок два года, как и ей. Он уже не изменится, как не изменится сама Беата. Хочет довольствоваться малым? Пусть так и будет. Сделать человека счастливым насильно невозможно. Нельзя наколдовать ему друзей, интересное хобби и веселую жизнь.

Даже если его жена-ведьма очень этого хочет.

Через две недели Голди добилась для Беаты встречи с мэром Кловерфилда: тот пригласил ее на ужин, и она весь день наводила красоту к тихому неудовольствию Джеральда. Беата проигнорировала это: беспричинная ревность была его и только его проблемой. Ей же следовало произвести хорошее впечатление и полностью очаровать мэра Кловерфилда.

На поезде из Хисшира туда можно было попасть за три часа, и Беата без сомнений предпочла теплый вагон полету на метле. Пока ехала, освежила знания: Кловерфилд был крупным, богатым городом, маленькой столицей восточной части их страны. Жизнь там кипела и бурлила вовсю, а пять больших пригородов лепились к нему, как пчелы к улью. Калунна желала получить и их тоже, что было несложно: тамошние жители перенимали моду на все, что творилось в Кловерфилде, и были тесно связаны с ним. Работа, отдых, свадьбы и разводы, взлеты и падения — все происходило именно в Кловерфилде, которому вот уже два века покровительствовал могущественный ковен Тринадцати.

И все же Джейкоб Салливан, мэр Кловерфилда, предпочел заключить сделку с ведьмой, не входящей в него. Это был вежливый и неглупый мужчина лет пятидесяти, принявший гостью со всем уважением. На столе ее ждали изысканные и дорогие блюда, а в бокале — лучшее вино. Во время светской беседы стало понятно, что мэр подготовился и узнал немало о Беате: о ее прошлой спокойной жизни обычной ведьмы, работе демонолога и вступлении в культ Калунны. Разузнал он о браке и биографии Джеральда, довольно простой и скучной со стороны. Вскользь прошелся по тому, что в культ Калунны почему-то любят принимать ведьм-сирот: упомянул не только Эву, Лили и Дану, но также Валери, Голди и Адалинду. Беата на секунду растерялась, но потом сообразила, что источником этого оказалась ложная информация, скормленная ими полиции Морланда. Три бедные сиротки со сгоревшим домом отправились жить к «троюродной тете» Валери и так оказались в культе Калунны. Мэр Кловерфилда выяснил о будущих союзницах все, что мог, и пытался выстроить определенные рамки, демонстрируя свою осведомленность.

— Я готов принять на службу ведьму из вашего культа и рекомендовать вас другим влиятельным знакомым, если вы докажете, что способны решать не только мелкие, но и серьезные проблемы, — сдержанно сообщил он. — Впрочем, кое-что, говорящее в вашу пользу, мне уже известно. Питер Коллинз расхваливал вас за удачное нахождение короны короля Георга, а газеты Морланда — за возвращение украденного подноса из белого железа. По-видимому, кое-что вы умеете.

— Благодарю вас, — очаровательно улыбнулась Беата, не уточняя, что корону отыскала Валери, а поднос — Джеральд, — я уверена, мы сможем сотрудничать. Что у вас случилось?