Чтение онлайн

– У меня для тебя важное задание, Жан. Очень важное, важнее всего, что ты делал прежде. До этого дня ты показывал себя весьма неплохо, поэтому я решил дать тебе шанс проявить себя по-настоящему. Но хочу предупредить заранее: провал этого задания будет означать для тебя только одно – смерть. Оно слишком важно, и если не готов, скажи прямо.

– Я готов.

– Следовало бы послать с тобой кого-нибудь опытнее, но у меня сейчас нехватка кадров.

Я ощутил укол обиды, однако промолчал. Выслушав инструкции, кивнул, переваривая информацию. В прошлом месяце Цепеш долго пребывал в состоянии глубокого бешенства. Многие командиры подверглись наказаниям. Вообще он редко наказывал своих слуг и только за очень крупные провалы, так что тут явно было что-то серьёзное. Наш Домин долгое время хотел получить Минус, и когда план был составлен, благодаря неаккуратным действия его подчинённых, оказался провален. Теперь артефакт успешно вывезен из Собора, и один бог знает, где Каратели его спрятали. И хоть кашу заварили другие, расхлёбывать её предстояло именно мне. На словах задание было простым, другое дело на практике, да ещё и требовалось долгое отсутствие в академии. Единственным решением для этого было разрешение ректора.

– Войдите, - раздалось из кабинета, стоило мне постучать.

Я вошёл и прикрыл за собой дверь. Увидев меня, Риан откинулся на спинку кресла и сложил пальцы домиком, глядя на меня с интересом.

– Добрый день, Перинье, присаживайтесь, - он провёл рукой к стулу, и я уселся. – С чем пришли?

– Цепеш сообщил, что на этой неделе выезжает в северные леса и предложил отправиться с ним.

– Да, я слышал об этом, - ректор взял в руки стопку бумаг и принялся их перебирать, выискивая нужную. – Он собирается отъехать завтра и до… Три месяца?! Приказ Верховного инквизитора?

– Мне об этом ничего неизвестно…

– Что ж, в сущности, я не вижу никаких препятствий, кроме одного… – он замолчал и внимательно на меня посмотрел, потерев пальцами подбородок. – Вы неплохо сдали экзамены, однако если вы пропустите занятия, вам придётся потратить немало усилий, чтобы вновь догнать свою группу.

– К этому я готов.

Ректор устало вздохнул и что-то забубнил себе под нос, доставая новый лист бумаги.

– Держите, - он протянул перо с чернильницей и бумагой. – Вы должны подать прошение на моё имя об отъезде. Сразу по возвращению будете обязаны явиться ко мне лично. К тому времени ваше имя уже будет в списках на отчисление. Подадите новое прошение о восстановлении и в случае, если преподаватели его подпишут, вам будет дозволено продолжить учёбу.

Я сглотнул, идти на такой риск не хотелось, но права на отказ уже не было.

– А что писать-то?

– Для начала было бы неплохо поставить сегодняшнюю дату. Затем пишете: «Прошение об отъезде из Военной Академии Хельс на имя ректора Риана Вейна». После укажите причину, время выезда и возвращения. Не забудьте поставить подпись.

Следующие несколько минут было слышно только скрип пера по бумаге и моё сопение. Наконец, я закончил и протянул бумагу ректору.

– Великолепно. Я заверю её у Цепеша и Верховного Инквизитора. Учитывая, что вы пришли в последний момент, постараюсь сделать это сегодня.

– Это всё?

– Да, если у вас больше не осталось причин для пребывания в моём кабинете.

– Спасибо, - я поклонился и вышел.

***

Робина Молчун оставил в живых. Он улыбнулся самому себе, неторопливо подходя ближе. Порой такое бывало с ним. Вдруг загорелся зовом идеи, бросился в стремлении окунуться с головой, потом вдруг понял, что неинтересно - взял да бросил без тени сожаления, уже видя новую цель и так же по-детски бросаясь дальше. Снова взял и окунулся, но и тут не задержался и бросил на полпути, возвращаясь к поискам чего-то нового, прислушиваясь к не оформившимся желаниям.

Вожак смотрел на него с паническим страхом. Молчун уже поднял руку, чтобы добить, как вдруг он заговорил.

– Не убивай! Я… я ошибся… Это была ошибка, я прошу шанса… Не убивай…

Юноша смотрел на него, не веря своим глазам.

– Что за игру ты затеял?

– Я не хочу умирать… – пробормотал Робин. – Не хочу… умирать… Пожалуйста…

Он посмотрел на парня расширенными глазами, по щеке прокатилась слеза. Видеть это было противно. Хвалёный лидер, о котором начали складывать бог знает какие легенды, на деле оказался сопляком, при первой же реальной опасности пустившим под себя струю. Особый вид мерзости, которая тешит своё тщеславие и пестует мнимое благородство. Гнусь, не более.

– Довольно, Роб, это не стоит такого унижения.

Молчун поднял руку, собираясь прикончить его, но Робин поспешно отпрянул в сторону.

– Господи, ну почему никто из вас не умеет принимать смерть с достоинством?

– Я могу рассказать тебе о твоей матери…

Юноша замер и склонил голову на бок, сощурив глаза.

– Что?

– Об Оливии… я знаю, кто её убил…

– Ты что несёшь? Даже если ты это и видел, с чего тебе запоминать тот случай?

– Я скажу тебе, в обмен на жизнь.

– Валяй.

– Это случилось давно, я не вспомню детали, но… К нам тогда приехал странный церковник, что-то разнюхивал. Сам знаешь, для нашего городка это уже подозрительно, вот к нему многие и отнеслись с недоверием, тем более что скрывать-то местным было чего. Через пару дней он уехал. Вернулся уже с отрядом, и основательно обыскал город. Народ начал шептаться, пошли неприятные слухи. Война тогда только закончилась, и ужас перед Вечными пересиливал ненависть к законникам. Все начали искать причину прибытия Карателей. Одному это удалось. Её увели в лес, а спустя несколько дней тело было найдено. Все решили, что её допросили и отпустили, а потом она попалась зверью, но это они её убили… Мол, такие раны зверьё не оставит. Тот человек, что сдал её, без конца это повторял, вот все и поверили, а как на деле было, никто, кроме него, и не знает.

– И кто же сдал мою мать?

– Альберт.

Молчун издал непонятный звук, глядя на него с весельем.

– Думаешь, вру? Королевский гвардеец переезжает в богом забытый город, где живут отбросы и люди, скрывающиеся от правосудия. При его-то связях это вообще само по себе подозрительно. Неудивительно, что он испугался, увидев членов Ордена. Он стоял первым в очереди на проверку, собственно, так и случилось. Но если от Карателей твоя мать могла укрыться, то от соседей никак. И Альберт привёл солдат к своему дому.

– Значит, ты знал, кто я на самом деле?

Робин нервно хохотнул.

– Шутишь? Тебя проверили, сказали, полукровка. Иначе тебя бы в живых не было. Впрочем, если толстяка я могу понять, то кое-кого другого понимаю с трудом. Того церковника я хорошо запомнил. И когда мы встретились снова, даже и не поверил, что он может быть Домином Лигии.

– Цепеш, - уточнил Молчун на всякий случай.

– Он самый.

– И каким же местом он мог оказаться среди Карателей, если в этом время… – тут его осенило, он осёкся, после чего воскликнул, схватившись за волосы.
– Твою мать!..

– Ты чего?..

Не обращая внимания на озадаченного Робина, юноша заходил взад-вперёд перед ним.

– Как этот ублюдок во времена начала Охоты и жёстких проверок вообще сумел заручиться доверием Верховного инквизитора, стать членом Ордена и быть допущенным до обучения студентов академии? Господи, и как же я… Как Кайл-то не понял?..

– Что понял?

– Сотар, эта сволочь была в Сотаре. Он сдал всех. Чёрт, Робин, если бы мой господин не приказал мне убить тебя, я бы сохранил тебе жизнь за такую подсказку!