Чтение онлайн

– А о Беллерофонте что-нибудь знаешь?

– Ты о нём не читал, что ли? Это входит в программу академии.

Молчун помнил, как взял книгу о правителях Лотам’Ир в руки. На её обложке была гравюра – портрет мужчины, под которым значилась подпись: «Беллерофонт Властитель». Длинные чёрные волосы до плеч, карие глаза смотрят с прохладцей, черты лица тонкие, как у лорда. Он был одним из величайших Принцев в истории метузелл. Именно он смог по-настоящему объединить сотни Родов, некогда враждующих друг с другом, связав их Клятвой, которую его сородичи принесли всему его Роду, чем обязали себя вечно служить. Правил он ни много, ни мало, а пятьсот с лишним лет, впрочем, борьба за трон у них была не актуальна. Ни один Принц не был убит своими сородичами. И всё же, в Беллерофонте была некая порывистость, он увлекался всем необычным, стремился это изучить, понять. Сойдя с трона, он передал корону наследнику и исчез, пояснив внезапную тягу к приключениям желанием найти новый путь.

Вот тут юноша усомнился в его нормальности. Взять и просто уйти из Дворца, напоследок бросив что-то вроде: «Надоело. Ухожу» - додуматься надо. Впрочем, так ли важен его уход? Одного правителя сменил другой, и вечной оставалась только Клятва. Сам Молчун начал осознавать сходство слишком поздно, хотя сейчас, вернувшись в прошлое, так говорить глупо. Истории, которые он слышал, заставили его задаваться вопросом: может ли Кайл быть наследником Королевского Рода?

– Читал, - он утвердительно кивнул. – Но вдруг ты сможешь рассказать что-нибудь новое?

– Маловероятно, я с ним не был знаком.

– У него были дети?

– Считаешь, он мог быть твоим отцом?

– Тебе так сложно просто ответить?

– У него было два сына. Старший, Сарвес, стал Принцем и увёл свой народ в другой Мир во времена Расовой войны. Младший занял место Часовщика, поэтому его имя неизвестно. Он погиб во время нападения на Дворец. Каратели привезли Минус с острова, так что это вне сомнений.

– Печально… – пробормотал юноша. – А что его жена?

– Дева Накаи? Погибла, насколько известно. А теперь говори прямо, к чему этот разговор.

– Я думаю, ты сын Беллерофонта.

Взгляд Кайла мгновенно сделался насмешливым, он склонил голову, саркастично улыбнувшись.

– Хочешь сказать, Цепеш ненароком забыл упомянуть об этом факте?

– Я не верю ему.

– Ты хоть представляешь, что с тобой сделают дайтьи за такие слова?

– Можешь думать, что угодно, - зашипел Молчун. – Но сейчас я знаю куда больше твоего. То, что рассказал мне Корвин и то, что тебе Цепеш наговорил, к примеру. Эти две истории слишком похожи друг на друга, и если сложить их, получится, что ты наследник Королевского Рода. Затем взять то, что мне рассказал Робин и то, что я видел сам. Вопрос касается Цепеша. Никогда не думал над тем фактом, что наш лидер выскочил, как чёртик из табакерки, в центре Охоты прямо в Соборе, а потом усвистал в академию с лёгкой руки Фарвена? Что он работал на Карателей, я точно могу сказать. Робин не врал. Старик знал, кем он является, и раз доверял, значит, между ними был некий договор. А если вспомнить наши с тобой споры, выходит, ты был прав. Нашу расу предали. В Сотаре не было метузелл, только один преступник. Цепеш слил всю информацию о наших сородичах Верховному инквизитору, после чего атаковал город. Я ещё плохо понимаю, зачем ему это потребовалось, но…

– Потому что они не пошли за ним.

– Что?

– Цепеш считал, что наша раса должна пользоваться той силой, которая нам дана, и взять власть в свои руки. Но его никто не поддержал. В Лотам’Ир существовал закон, запрещающий убивать, а такие перемены без смертей не могли обойтись. Начни Цепеш действовать в одиночку, его бы остановили, он это понимал. И убрал с пути помеху руками людей.

– Ты знал?

– Нет, я ради веселья ставлю ему палки в колёса. Хотя утверждение о моём отце стало новостью.

– Откуда ты узнал всё?..

– Покопался в паре голов, сложил два и два, получил результат.

– И позволяешь ему править? Неужели ты всё ещё веришь, что он хочет мира?

– До мира ещё далеко, а он может выиграть войну. И мы позволим.

***

Поиски протекали без особых успехов, Николас пытался что-то отыскать на юге, несколько раз я порывался отправиться с ним, но он разворачивал меня обратно. Я не спорил, всё равно не было никакого желания продолжать это, отряд Карателей как в воду канул. Только спустя два месяца я вспомнил о том, что рассказала мне та гадалка, и упомянул пещеры в разговоре с Николасом, тот пожал неопредёленно плечами и сказал, что непременно проверит.

Вскоре резко и неожиданно мою Искру словно рванула другая, неведомая сила. Испугавшись, я попытался вспомнить хоть что-нибудь о подобных случаях, но в голову ничего не лезло, кроме каких-то совершенных глупостей. Последним, что я увидел, было испуганное лицо Фелисы, растворяющееся в переплетениях энергий мира, а потом я очутился в незнакомом помещении.

– Жан, - голос Николаса выдернул меня из оцепенения. Я обернулся и уставился на него. Он лежал на кровати, укутанный в кровавые бинты с ног до головы. Всё его тело было одной огромной кровоточащей раной, простыни окрасились в красный цвет.
– Каратели…

– Что произошло?

Он помолчал, собираясь с силами, а потом заговорил, постоянно останавливаясь:

– Это началось, когда я появился здесь, в Чесске. Сеттен представил меня Корвину. Я должен был быть осторожен, чтобы не позволить ему узнать о наших планах относительно Минуса. Начали мы разговор с оружия. Многие из солдат могут лишь поверхностно рассуждать о нём, но мы обладали глубокими знаниями в этом вопросе. Он рассыпался в комплиментах, что позволило перейти на тему сражений. И очень ненавязчиво я поднял тему возвращения в прошлое, упомянув слугу Времени и его артефакт. Представь моё воодушевление, когда он прошептал: «Если это интересует тебя, приходи к воротам завтрашней ночью». Я слишком мало знал о Корвине, о его прошлом и его силе, но возможность была слишком притягательна. На следующую ночь пришёл в указанное место, и он отвёл меня к заброшенному дому. Мы довольно беззаботно общались и, как ты писал, это казалось отличным временем для атаки. Я схватил Минус и выхватил меч, но и из темноты выступили остальные члены его отряда. В пылу сражения я потерял артефакт. Им удалось нанести мне серьёзные раны, но я не доставил им удовольствия от своей смерти.

– Значит, Минус был здесь?

– Каратели увезли его. Нужно вернуться и доложить обо всём Цепешу.

– Сообщить о нашей неудаче? Ну, уж нет! Я попробую отыскать их самостоятельно.

Николас схватил меня за руку и заставил опуститься обратно.

– Не приближайся к ним в одиночку.

========== Глава 25 ==========

Вскоре пришлось вернуться в академию - сроки прошения подходили к концу. Оставив Фелису продолжать поиски, я притопал к кабинету ректора и бросился собирать подписи преподавателей, только бы меня не отчислили. Это было бы неприятно, ведь одна из моих задач: наблюдать за настроениями студентов. А на плацу ждал сюрприз – Корвин. Я опешил. Мы его разыскиваем по всей Кандоре, а он тут прохлаждается! Завидев меня, капитан махнул рукой.

– Где Цепеш?

Обведя плац взглядом, я, всё ещё ошеломлённый его появлением, пожал плечами.

– Зачем он вам?

– Есть дело. Как увидишь, передай, что капитан Лоренс его разыскивает.

– Для чего?

Он нахмурился и качнул головой, показывая, что не моего это ума дело.

– Цепеша давно уже нет, - проворчал Икар, разминаясь рядом. – С нами сейчас Роберт занимается.

– В такое время ему не стоило бы исчезать… – проворчал капитан.

Я покосился на него, не понимая, что происходит. В какой-то момент мне показалось, что Корвин знает всё о моем преподавателе, и явился, чтобы арестовать его, но я быстро успокоился. Для ареста он привёл бы весь свой отряд. Цепеш не лыком шит, и даст отпор, достойный Домина.

– Может и появится позже, - повёл я плечами. – Не хотите размяться с нами?

– Почему бы и нет? – усмехнулся он и попрыгал на месте, дожидаясь, когда мы окружим его.

Будь это настоящий бой, он бы старался прикончить нас сразу, и, вероятно, ему бы это удалось. Хотя не факт, в реальном сражении я бы использовал Искру. В любом случае, это была лишь тренировка, во время котороё Корвин собирался показать, насколько мы слабы. И мы увидели. Я впервые оказался в роли мышки, за которой ведут охоту. Икар потерял оружие почти в самом начале поединка и повалился на землю от удара в живот. Какое-то время мне успешно удавалось сдерживать натиск, но и я неизбежно проигрывал. Корвин использовал такое количество приёмов, что мне приходилось импровизировать, мечась по плацу, наблюдать за ним, пытаясь предугадать, куда нанесёт следующий удар, догадываться, что это за движение и может ли оно оказаться обманным маневром. Сражение продлилось несколько минут, и я разлёгся на земле сбитый с ног ловкой подножкой.