Чтение онлайн

Наконец, когда все было выставлено на стол, мы приступили к обеду.

– Малиновый чай, - сказал папа, наливая в чашку ароматный чай.
– Ты раньше любила его, я подумал...

На мои глаза выступили слезы. Они так старались для меня, а я ничего не могу сделать взамен.

– Спасибо, - шепчу я.
– Мне до сих пор он нравится.

И это действительно так. Я люблю малиновый чай, который он делал для меня, когда я была маленькой. С тремя ложками сахара. Я размешала сахар и отпила глоток под зрительным контролем отца. Это был не тот контроль, когда кого-то принуждают. Я вижу, что он боится, что мне не понравится. Для него я всё та же маленькая девочка, которую он оставил.

– Как в детстве, - говорю я и улыбаюсь.

Я заметила, что папа переглянулся с Олей, и они оба улыбались.

– А где Илюша?
– спросила я их.

Папа говорил, что хочет познакомить нас.

– Мы его отправили к бабушке. Он в ней души не чает! Мы хотели дождаться тебя, но он так просил, - виновато ответила Оля.

– Конечно, в следующий раз увидимся. Ничего страшного.

Как-то все неловко получается, но не настолько, чтобы захотеть уйти. Я взяла блинчик и обмакнула его в варенье. Бесподобно. Оля прекрасно готовит.

– Очень вкусно, - сказала я.

– Спасибо, - улыбнулась Оля, отчего в уголках ее глаз собрались морщинки.

– Тебе нравится учеба, это направление? Ты сама его выбрала?
– спросил папа, глядя на меня.

– Да, мне все нравится, это очень интересно, как и ожидала. Конечно, есть дополнительные предметы, которые мне не нравятся, но я не обращаю на них внимание. Выбрала сама, да. Мне всегда была интересна психология.

– Помню, ты хотела стать стилистом. И модельером. Ах да, еще ветеринаром.

– Папа, - смеюсь я.
– Многие вообще мечтали стать космонавтами, но не стали. Все меняется. В какой-то момент я поняла, что хочу изучать именно это направление.

– Я рад, что ты пошла именно туда, куда так хотела.

Папа искренне улыбался. У него очень добрая улыбка, правда, немного грустная. Сейчас мне так жаль потерянных лет. Наверное, он тоже об этом думает.

Мы немного поболтали о его работе, о моей учебе, об Оле. Выяснилось, что она работает дома, потому что Илюше еще мало лет, а после декрета она не вернулась на работу в офис. Сейчас она занимается тем, что принимает заказы на различные манипуляции с текстом, например корректировка, редактирование, корректура. Папа продолжает работать кем-то вроде программиста. Я не совсем в этом разбираюсь, но суть в том, что на заводе он настраивает устройства и программы для изготовления деталей, отлаживает автоматическую работу. Говорит, что за столько лет это превратилось в рутину, но заработок приносит неплохой.

Оля ушла в другую комнату, оставив нас с папой наедине. Я хотела рассказать папе, что уже больше месяца работаю официанткой, и что это едва ли не единственный выходной за последнее время. Но вместо этого решаю задать самый важный для меня вопрос, которой я мысленно повторяла тысячи или даже сотни тысяч раз.

– Пап, а все-таки, почему ты ушел?
– спросила я, сидя к папе совсем близко, откинувшись на мягкую спинку дивана.

Папа вздохнул и нахмурился, но затем на его лице снова появилась улыбка.

– Я ждал, что ты спросишь об этом. Я больше не мог находиться рядом с твоей мамой. Ты же знаешь ее характер. Она привыкла всем указывать, что делать, держать все под контролем, остро реагировать на все. Я устал.

– И это все, только из-за ее характера?
– спросила я удивленно.

Я уже не злилась за его уход, смирилась с ним, и хотела знать настоящую причину.

– Да. Мне не нравилось, что она делала и как себя вела. Сначала все было хорошо, а потом я стал замечать за ней агрессию...

– Агрессию?
– перебила я папу.
– Мама иногда злится, но она не агрессивна, ты путаешь слова.

Папа посмотрел на меня как на диковинку.

– Но она ведь била Наташу, разве это не агрессия?
– спрашивает папа.

– В смысле, била Наташу? Папа, ты о чем?
– это что, шутка?
– Папа, не надо так оправдывать свой поступок. Я уже не сержусь на тебя, но если ты будешь говорить такие вещи, я буду злиться, - предупредила я.

– Значит, Наташа тебе ничего не рассказывала?
– спрашивает папа, на что я отрицательно качаю головой, давая ему возможность продолжить.
– Она изводила ее. Я сначала тоже не видел этого, но потом стал замечать у твоей сестры синяки. То на руках, то на ногах. Она говорила, что это в школе упала, или на физкультуре, или что с мальчишками подралась, - папа покачал головой.
– Я думал, что это так, пока не увидел, как твоя мать хватает ее за руки, бьет по ним, толкает ее. Мы поговорили, и она сказала, что это стресс от смерти ее сестры, что она все еще не может отойти от этого. Но ведь девочка не виновата не в чем. Я старался контролировать, но мне не всегда удавалось.

Я сидела рядом, уставившись на папу, не в силах поверить в его слова. Почему я никогда этого не замечала? Я слышала, что мама часто ругала Наташу, но я не знала, из-за чего. Сестра всегда говорила, что она сама виновата, и что все хорошо. И я даже не задумывалась по этому поводу. Боже. Я почувствовала, как глаза защипало от слез.

Я вспомнила, как однажды, видела синяк на ее лице, и она просила у меня пудру, чтобы спрятать его. У меня рано появилась косметика, поэтому она и обращалась ко мне с подобными просьбами.

– Почему она это делала?
– спросила я сквозь слезы.

– Я думал, Наташа рассказывала тебе об этом.

– Нет, папа, она никогда ничего такого не говорила.

Папа сел рядом, положил руку мне на плечо и притянул к себе. Я обняла его и разрыдалась.

– Она была хорошей девочкой, старательной. Я пытался как-то повлиять на ситуацию, останавливал твою мать долгое время, но я сдался. Больше не смог. Бывает в людях что-то такое плохое, темное, что кроме них никто не сможет сдержать. Я думал, что ты поедешь со мной, почему-то был в этом уверен.

– А Наташу ты хотел оставить там?

– Ей было уже 17 лет, она была достаточно взрослой девочкой. Я надеялся, что она получит квартиру как можно скорее и уедет оттуда.

– Первым делом она это и сделала, - сказала я, всхлипывая.

– Как она? С ней все в порядке?

– Да, она теперь в Сочи живет. Переехала туда не так давно, к молодому человеку.

Как мама могла ее бить? Мою Наташу, которая заботилась обо мне больше всех. Которая никогда не жаловалась. Я не понимаю. Как так получилось, и за что? Она же не виновата, что ее родная мама умерла, когда Наташа была совсем малюткой.

Папа тихонько поглаживал меня по спине.

– Ты видела ее молодого человека? Он не обижает ее?
– спросил папа настороженно.

– Нет, ты что, он ее любит, я бы сказала, обожает. Я очень за них рада.

– Передавай ей привет от меня и наилучшие пожелания.

– Ладно.

Я отстранилась от папы. Столько лет я думала, что это он виноват, что ушел из семьи, что бросил мою бедную маму. Сейчас я посмотрела на ситуацию совсем с другой стороны, и увиденное зрелище мне не понравилось.