Чтение онлайн

Так закончился наш второй день в городе Грозном. Сон на новом месте оказался очень крепким. Хоть у нас и не топилась печка… Нам и без неё оказалось очень даже хорошо. Сверху ничего не капало, снизу ничто не хлюпало, с боков не дуло… В общем, всё было нормально. Хоть и холодновато.

Сегодняшним ранним утром мы решили сводить всех наших солдат на своеобразную экскурсию в две большие палатки, расположившиеся неподалёку от ворот с надписью «Стигл». Там находился военно-полевой морг, куда свозили найденные в Грозном тела погибших солдат. Хоть наши бойцы и являлись разведчиками-спецназовцами, но они только что прибыли на эту необъявленную войну. И мы, как заботливые и предусмотрительные командиры, хотели приучить своих молодых подчинённых к виду убитых… Как их ровесников, так и людей постарше…

Уже рассвело. И вроде бы можно было топать, но какое-то время мы спорили о том, сводить личный состав в морг до наступления завтрака или же после него. Благодаря стараниям комбата Тарасова весь наш отряд поставили на местное котловое довольствие. И отныне мы могли питаться не сухим пайком, который, впрочем, остался у нас про запас. Так сказать, на чёрный — пречёрный день. Теперь мы, то есть командиры имели полное право ходить в офицерскую столовую, тогда как наши бойцы могли получать вроде бы добротную пищу из полевых кухонь. Правда, сперва в большие термоса, из которых всё содержимое следовало раскладывать по непосредственно солдатским котелкам.

Так что… Сегодня был первый день, когда нас допустили в местные пункты общественного питания. И поэтому мы не хотели испортить изначально хорошие впечатления окружающих о славных бойцах Аксайского спецназа. Это потом… Всё будет ровно так, как оно и произойдёт. А пока… В общем, сегодня мы должны были выглядеть очень прилично и даже культурно. Но предстоящий завтрак как-то не увязывался с посещением похоронных палаток. Именно из-за этого у нас и возник некоторый спор…

— А вдруг там кто-нибудь возьмёт да проблюётся?! — возмущался Юра Денисов. — Что тогда? Они ж такие… Стоит только одному начать…

— Как все остальные подхватят? — с неприкрытой иронией переспрашивал Батолин. — Один за всех и все за одного?!.. Так что ли?

И лишь Саня Пуданов негромко рассмеялся. Ведь для его группы это была уже вторая командировка в город Грозный и поэтому наши речи вызывали в нём лишь веселье. Да и в этот морг он идти не собирался…

— Моим там делать нечего! — заявил он с лёгкой усмешкой. — Они уже столько насмотрелись! На всяких… Жмуриков… целых и не очень… Так что…

Батолин хмыкнул, но всё же решил послушаться Пуданова и его группа была оставлена в покое. Но ведь ещё существовали две другие РГ.

— Мне — без разницы! — произнёс я. — Хоть до завтрака, хоть после него…

— У твоих что, самые крепкие желудки? — продолжал ёрничать командир роты. — Всё проглотят и обязательно переварят? А может быть ещё и добавки попросят?

— Ну, зачем так? — уклончиво отвечал я. — Придём… Посмотрим.

Пока мы спорили и рассуждали о способах предотвращения нервных срывов и непроизвольных желудочных извержений, которыми так любит страдать наш горячо обожаемый личный состав… Незаметно подкралось время утреннего приёма пищи, то есть тот самый завтрак. Поэтому все возникшие вопросы были решены одним радикальным способом.

— Сначала на завтрак! — заявил Батолин уже перед строем. — А потом все в морг!

В своей офицерской столовой мы без особого аппетита проглотили обязательную по утрам кашу-овсянку. Мы хоть и не являлись английскими аристократами, которые уже и жить-то не могут без своего любимого лакомства… Как говорят, очень полезного и чрезвычайно витаминизированного… Но у товарищей лордов помимо овсяной каши на столе присутствуют всякие там беконы да ростбифы, паштеты и вкусненькие салатики… Тогда как у нас… У боевых российских офицеров, прибывших сюда не просто так, а чтобы днём и ночью защищать этот аэропорт Северный… В общем, наш завтрак был крайне скуден…

— А тут ещё и в морг идти… — проворчал Юра с самым недовольным видом. — Мало того что жрать нечего… Так ещё и…

— Не хочешь — не ходи! — ответил Батолин. — Снаружи постоишь…

Денисов фыркнул в свой холодноватый чай, но с ротным больше спорить не стал.

А потом мы построили две группы любителей военных экскурсий, да и повели их к двум отдельно стоящим палаткам. Уже на подходе к ним мы заметили то, что в левой палатке установлена печка.

— Дымок идёт… — задумчиво сказал Юра. — Зачем это «им»?

— Греться! — мрачно пошутил командир роты. — По ночам-то холодно!

Однако никто из нас не разделял его мрачновато-весёлого настроя.

— Ну, хватит вам!.. — хмуро произнёс я. — Не в цирк же идём.

— Э-эх… — сказал Серёга со вздохом и больше не балагурил.

Дальше мы шли молча. Я один раз уже был в морге, но это было гражданское заведение. Там все покойники лежат в смирных позах, что придаёт им более-менее приличествующий обстановке вид. А тут нам предстояло кое-что другое. Ведь в этот военно-полевой морг свозили служивых людей, которых смерть настигла в самых различных ситуациях… И выражения их лиц могли быть именно такими… Когда они и умирали. А это — не самое лёгкое зрелище.

Но вот и палатки. Сначала мы остановили строй, а потом пошли разыскивать работников военного морга. Как и следовало того ожидать, они оказались в левой палатке, которая и отапливалась печкой-буржуйкой. Мы с Батолиным вошли во-внутрь и обнаружили там двух солдат. Они сидели за столом в перегороженной половине и что-то ели. Когда я подошёл поближе, то увидел их отстранённо-хмурые и ничего более не выражающие лица. Не обращая на нас никакого внимания, двое бойцов продолжали рубать тушёнку из своих банок. На столе также находилось полбуханки чёрного хлеба и пустые кружки. Зато на печке уже начал закипать армейский чайник…

Всё это я увидел за те коротенькие секунды, пока Батолин сначала окликнул едоков… А потом и потряс за плечо того, кто сидел спиной к нам. Только тогда солдат оглянулся на вошедших…

— Ребята! — произнёс Серёга своим привычно строгим тоном. — Нам нужно своих солдат в морг сводить. Чтобы они привыкли к мёртвым.

— Идите! — произнёс солдат, сидевший к нам лицом. — И смотрите.

Говорил он совершенно равнодушно и как-то… Безжизненно, что ли. В его взгляде сначала было промелькнула маленькая искорка удивления, но она исчезла очень быстро. И солдат опять принялся ковырять ложкой в своей банке. Тушёная говядина была совершенно неподогретой, то есть почти что замороженной… Поэтому холодное мясо поддавалось бойцу с большим трудом.

— Нет! — заявил упрямый и настырный гость с капитанскими звёздочками-пятнышками. — Нам нужно, чтобы вы сами всё тут показали. Это ваша территория.

Сидевший к нам лицом солдат поднял голову и посмотрел на своего напарника.

— Вань. — послышался тусклый и почти безжизненный голос.

Сидевший к нам спиной боец понимающе кивнул и стал выбираться из-за стола. Если тот пехотинец сидел на солдатской кровати, то этот Ваня располагался на большом деревянном ящике, который был придвинут к столу слишком уж близко.