Чтение онлайн

Так вот, я считаю, что настало время создать зоны, свободные от рекламы. Прежде всего это следует сделать в школах, на автотрассах и в общественных местах, таких как метро и автобусы. Некоторые государства уже встали на этот путь, решив, что естественный природный пейзаж намного важнее билборда, указывающего прохожему, сколько метров отделяет его от очередного ресторана «Макдоналдс». Уже сегодня немало стран и городов признали, что репродукции произведений искусства в вагонах и на станциях метро оказывают гораздо более полезный эффект, чем рекламные плакаты. И то, какой вариант мы с вами предпочтем, безусловно, зависит от нашего набора ценностей: материалистических либо эстетических.

Кроме того, нам нужно серьезно заняться сокращением объема телевизионной рекламы, рассчитанной на детскую аудиторию. Некоторые европейские страны уже работают в этом направлении. В Греции, например, реклама детских игрушек запрещена с семи утра до десяти вечера. Вы не увидите никакой рекламы, предназначенной для детей до двенадцати лет, ни в Швеции, ни в Норвегии [179] . Если вам кажется, что в США такое регулирование невозможно, напомню, что в 1970-х годах Федеральная торговая комиссия уже предлагала ввести аналогичный запрет исходя из результатов исследований, наглядно показавших, что большинство маленьких детей попросту не понимают целей рекламы. Тогда Конгресс США отклонил предложение Комиссии, а затем еще и наказал этот орган, ограничив его полномочия [180] . Однако этот вопрос можно и нужно поднимать вновь и пересмотреть данное решение; для этого, по сути, требуется только одно – чтобы все члены Конгресса начали ставить интересы маленьких американцев выше интересов национальных корпораций. И тут мы опять сталкиваемся с выбором ценностей каждым членом общества.

2. Реализуйте новые правовые стратегии в отношении рекламной и медиаиндустрии. Еще более смелым шагом стало бы отношение к рекламе как к одной из форм загрязнения окружающей среды. Проблема чистоты воды и воздуха и вредных шумов приобретает масштабы катастрофы, когда у людей не остается иного выбора, кроме как в ущерб своему здоровью пить грязную воду, дышать отравленным воздухом и слышать оглушающие звуки. А рекламные объявления, судя по всему, пагубно сказываются на психологическом здоровье людей. Возможно, настало время обложить рекламодателей, выбрасывающих в мир материалистические месседжи, специальным налогом – так же как компании, которые платят налоги за вредные химические вещества, выбрасываемые в воздух их дымящимися трубами. Некоторые в ответ на мое предложение возмутятся, что это ограничит свободу слова, но, как сказал мой друг Аллен Каннер, сегодня, когда корпорации платят тысячи долларов в секунду за популяризацию своих месседжей, нам нужно относиться к пользе и уместности свободы слова с особым вниманием.

Продолжу аналогию с экологией. Как известно, на компании, которые загрязняют окружающую среду или продают вредные продукты, часто подают в суд. В США табачные концерны платят миллиарды долларов в качестве компенсации за онкологические и прочие заболевания, вызываемые курением. Эти компании продают вредный продукт и сознательно манипулируют уровнем никотина в табаке, чтобы он вызывал у курильщика особо сильное привыкание. Так вот, если бы кто-нибудь подал иск против крупного рекламного или маркетингового агентства и ему выписали повестку, обязывающую публично рассказать об истинной сути его маркетинговых стратегий, думаю, мы нашли бы массу параллелей с табачными корпорациями. В частности, мы наверняка бы обнаружили, что некоторые компании отлично понимают, что их реклама отнюдь не способствует психологическому здоровью людей и что они намеренно манипулируют чувствами рекламной аудитории, чтобы усилить ее мотивацию и заставить приобретать рекламируемые продукты.

А теперь представьте, что истец выиграл это дело и рекламные и маркетинговые компании оказались в том же положении, что и табачные: отныне вся их реклама должна содержать сведения, прямо указывающие на вред рекламируемого ими продукта. Тогда наши телешоу начнут перемежаться напоминаниями о том, что путем неконтролируемого приобретения вещей вы на самом деле не удовлетворяете свои психологические потребности и что это никогда и никого не заставит по-настоящему полюбить вас. Рекламные агентства начнут обращать наше внимание на то, что полезность продукта ограничивается его функциональным предназначением – например, облегчить потребителю путь до работы и обратно, удалить пятна с одежды и т. д. Ничего более. Кроме того, сотрудники рекламных агентств должны будут вкладывать все свои творческие силы и таланты в разработку программ, способствующих заботе людей о благе общества и их личностному росту и развитию – подобно Phillip Morris, которая сегодня выделяет приличные суммы на программы, призывающие подростков не курить.

3. Окажите поддержку корпорациям, руководствующимся внутренними ценностями. Выше я предложил строже контролировать наиболее влиятельные и богатые корпорации страны и активнее подавать в суд на их противоправные действия. Это может натолкнуть некоторых читателей на мысль, будто я считаю все корпорации источником зла и бесчеловечности. Должен признать, в этой книге высказывались и другие идеи, и они также позволяют предположить, что, поскольку компании и капиталистическая экономическая система больше всего озабочены получением прибыли, они по определению ориентированы на материалистические ценности. Однако это вовсе не обязательно. В некоторых современных компаниях созданы корпоративные структуры, обеспечивающие равноправие всех сотрудников посредством справедливого распределения рабочих задач и прибыли и правильной структуре заработной платы. Другие компании добились заметных успехов в деле предоставления работникам возможности проводить больше времени с семьями (особенно в ключевые моменты жизни) и постоянно повышать уровень своего образования. Третьи считают ответственное отношение к окружающей среде одной из главнейших корпоративных целей или включают благотворительность в свой бюджет в качестве важнейшего компонента, вплоть до того, что предоставляют сотрудникам оплачиваемый отпуск для волонтерской работы в общественных организациях.

Все эти примеры в очередной раз подтверждают мысль, которую я пытался донести на протяжении всего повествования: материализм – явление относительное. Материалистические ценности становятся вредными, когда начинают доминировать над другими жизненными целями, к которым нам следовало бы стремиться. Тут все дело в правильном балансе, и приведенные выше примеры наглядно демонстрируют, что современные корпорации вполне способны должным образом уравновесить свои материалистические цели более здоровыми и внутренне ориентированными. Для этого им прежде всего нужно признать, что достижение данного баланса лежит в сфере их интересов и зарабатывание денег для себя и акционеров не единственная их задача. Нам всем следует взглянуть на корпорации как на организации, главная цель и предназначение которых – способствовать психологическому здоровью сотрудников, заботиться о благе общества и помогать исцелять планету. Для ряда компаний это, без сомнения, будет означать резкую смену ценностной ориентации, однако ничего невозможного тут нет.

На политику корпораций способны серьезно повлиять самые разные люди, в том числе клиенты, акционеры и сотрудники. Например, мы могли бы стать постоянными покупателями лишь тех компаний, ценности которых наглядно отображают их нематериалистические устремления. В результате корпорации с ярко выраженными материалистическими ценностями начали бы испытывать прессинг, что непременно заставило бы их изменить приоритеты либо уйти из бизнеса. Как инвесторы мы могли бы подойти к этому делу с позиций социальной ответственности и не вкладывать деньги в акции компаний, которые очевидно в своей политике ориентированы на материализм. Это позволило бы нам послать четкий месседж, что они должны думать не только о прибыли, но и о других вещах, в том числе о равенстве, многообразии и экологии, и что эти ценности не менее, а то и более важны, нежели зарабатывание денег. Конечно, чтобы всесторонне изучить политику компаний и исходить из нее при выборе продуктов, потребуется немало времени и сил. Более того, решение поддерживать исключительно социально ответственные корпорации, скорее всего, вынудит нас тратить больше денег и меньше зарабатывать на инвестициях. И тут нам опять же нужно задаться вопросом, готовы ли мы платить такую цену.

Мы можем влиять на корпоративную культуру и в качестве наемных работников. Например, когда вам предложат очередное повышение по службе, попросите лучше вместо этого дополнительную неделю отпуска, сокращенную рабочую неделю или увеличение пособия на оздоровление (физическое или психологическое). Эти немонетарные вознаграждения не только позволят вам больше времени проводить с семьей и друзьями и заниматься другими интересными делами; ваша просьба сама по себе пошлет вашему работодателю четкий месседж о том, что существуют и другие стимулы, не менее важные, чем карьера и зарплата.

4. Голосуйте только за тех государственных чиновников, которые понимают, что рост общенационального благосостояния не означает счастья нации. Как мы уже убедились, когда уровень благосостояния нации повышается до точки, в которой в полной мере удовлетворяются базовые потребности граждан в пище, крове и защищенности, дальнейшее обогащение практически не способствует повышению качества их жизни. Таким образом, как граждане мы должны признать, что программа действий, нацеленная исключительно на экономический рост нации, к повышению качества нашей жизни не приведет. Конечно, мы сможем потреблять более изысканные, модные и дорогие продукты, но наши психологические потребности при это не будут удовлетворены полнее. Это значит, что правительство должно поощрять политику, менее сосредоточенную на экономическом росте нации и более – на других способах повышения качества жизни населения.

Один из шагов в нужном направлении – пересмотреть общенациональные критерии прогресса. До сих пор повышение качества жизни у нас четко ассоциировалось с увеличением валового национального продукта или оживлением фондового рынка. Однако в экономически развитых странах такие факторы считаются не слишком точными показателями уровня жизни. Особенно дальновидные экономисты и социологи разработали альтернативные меры психологического благополучия нации, учитывающие не только материалистические аспекты, но и более широкий спектр статистических показателей. Например, американская неприбыльная политическая и научная общественная организация Redefining Progress предложила свою, более сложную и точную систему оценки прогресса нации и качества жизни, включающую такие пункты, как образование, охрана окружающей среды, права человека, возможность отдыха и т. д.; стоит назвать и систему измерений Калверта – Хендерсона [181] . Если бы эти показатели оценивались наравне с валовым национальным продуктом, государственным чиновникам давно бы пришлось признать, что они растут отнюдь не пропорционально. И тогда мы бы могли приступить к разработке новых программ, которые позволят улучшить показатели прогресса нации, и в то же время меньше заниматься программами, направленными на оценку прогресса исключительно на основе материалистических ценностей [182] .