Чтение онлайн

5. Начните работу по обеспечению защищенности каждого члена общества. В главе 4 мы говорили о том, что бедность, будучи не в состоянии удовлетворить потребности населения в защищенности и средствах к существованию, ведет к повышению уровня материализма и снижению уровня субъективного благополучия. А это значит, что один из верных способов сделать людей счастливее – искоренить ее. Известный американский психолог Джеффри Миллер писал, что в западном мире в большинстве случаев «сто долларов, потраченные человеком на себя, не принесут ему особой радости; а вот если дать такую же сумму голодному, больному, угнетенному человеку из развивающейся страны, он станет намного счастливее, чем прежде» [183] . Исходя из структуры, используемой в книге, базовые потребности этого человека в защищенности и средствах к существованию будут в результате полнее удовлетворены, что непременно скажется на его субъективном благополучии. Любопытно, однако, что данная стратегия способна повышать уровень психологического благополучия у людей, живущих в относительно экономически развитых странах мира. Тратя деньги на создание благоприятных возможностей для тех, кто нуждается в этом больше нас, мы выражаем и закрепляем такую важную внутреннюю ценность, как забота об обществе, что способствует более полному удовлетворению этой потребности и, следовательно, повышению уровня благополучия как берущего, так и дающего.

Понятно, что решить проблему бедности, просто выписав чек каждому малоимущему человеку, невозможно, и прогресс мировой экономики отнюдь не привел к тотальному богатству. Всем ясно, что и либеральная, и консервативная политика обязаны создать условия для улучшения жизни людей, оказавшихся в незавидном социально-экономическом положении. Если мы научимся делиться друг с другом материальными благами и прекратим сосредоточивать капитал в руках относительного меньшинства, счастливее станут все.

6. Экспериментируйте с альтернативными экономическими системами. После распада СССР и начала движения Китая в сторону свободного рынка многие провозглашали о полной и безоговорочной победе капитализма в конкурсе экономических систем. Но у капиталистической системы, без сомнения, есть и недостатки, в частности глобализация, культурная однородность (западный консьюмеризм), упадок малого бизнеса в результате активного наступления крупных торговых сетей, увеличение разрыва между богатыми и бедными внутри стран и между странами и т. п. Не говоря уже о проблемах материализма, описанных в этой книге.

Некоторые сообщества реагируют на данную ситуацию, экспериментируя с альтернативными экономическими системами, основанными на ценностях, отличных от безраздельного господства всемогущего доллара [184] . Например, в Итаке реализуется весьма успешная программа общественных денег, которые можно обменять только в пределах определенного радиуса от центра города. В других общинах создаются так называемые банки взаимных услуг, в которых люди жертвуют некое количество часов своих услуг и получают эквивалентное количество часов в услугах других людей; в рамках такой системы работа адвоката приравнивается к работе, скажем, садовника. Еще одна популярная система – Local Exchange Trading System, или LETS (Торговая система местного обмена). Хоть эти системы и отличаются друг от друга, все они работают на основе внутренних ценностей, а не на базе менталитета типа «победитель получает все», пока еще господствующего на мировом рынке. Они призваны обеспечивать помощь и поддержку соседей, они эгалитарны с точки зрения стоимости затрачиваемого людьми времени и редко используются способами, оказывающими негативное социальное и экологическое влияние, о которых мы говорили в главе 8. Это тоже экономические системы, однако они укрепляют многое из того, что Шалом Шварц назвал ценностями «универсализма», а мы с коллегами называем внутренними ценностями и целями.

Еще один отличный пример альтернативной экономической системы – кооперативы. Нас, американцев, всегда учили, что индивидуальная собственность идеальна, ибо она делает нас более независимыми и меньше всего препятствует нашему самовыражению. Маркетинг и бизнес всегда пропагандировали эту идею среди потребителей, ибо, если пятеро соседей сбрасываются на газонокосилку, это означает, что производитель данного агрегата продаст на четыре штуки меньше, чем мог бы, если бы они этого не сделали. Одна из немногих распространенных в США структур, предполагающих совместное пользование материальными благами, – это, конечно, библиотеки, но данную систему вполне можно расширить на самые разные продукты, которые нам нужны лишь время от времени. В ряде городов уже существуют кооперативы инструментов; в них граждане могут при необходимости дважды в год взять на время, например, циркулярную пилу. В других местах созданы общественные огороды; их люди вместе обрабатывают, а потом делят урожай. Еще один отличный способ сэкономить деньги и одновременно укрепить общинные узы – закупка продуктов совместно с соседями. А еще семьи могут обмениваться детскими игрушками и книгами. Все эти варианты весьма наглядно показывают, что многими вещами можно пользоваться сообща, не имея их в индивидуальной собственности, что, без сомнения, приведет к снижению уровня материализма в обществе.

В этой заключительной главе предлагаются стратегии для внесения изменений, снижающих влияние материалистических ценностей на нашу личную, семейную жизнь и социальные процессы. А еще я попытался предложить вам альтернативное видение жизненных ценностей, основанное на исследованиях, которые четко продемонстрировали, что люди, сфокусированные на таких ценностях, как самопринятие, принадлежность к социальным группам и забота о благе общества, значительно счастливее тех, кто ставит во главу угла финансовый успех и статус. И именно в той мере, в какой нам удастся разорвать некоторые из порочных циклов, создавшихся в результате фокуса нашего общества на материалистических ценностях, как на персональном, так и на коллективном уровне, мы сможем повысить качество жизни: своей собственной, своих семей, местных сообществ и планеты в целом.

В заключение мне хотелось бы рассказать вам сказку, которую я часто читаю своим сыновьям. В ней затронуты многие идеи, обсуждавшиеся в этой книге. А написана она Маркусом Пфистером и называется «Радужная рыбка» [185] .

Радужная рыбка считалась самой красивой во всем океане, потому что у нее была мерцающая разноцветная чешуя. Все рыбы восхищались ею, но радужная рыбка редко с ними играла.

И вот однажды маленькая голубая рыбка попросила радужную подарить ей одну из ее блестящих чешуек. Радужная рыбка страшно разозлилась и накричала на голубую рыбку. Весть о ссоре быстро распространилась по всему океану, и вскоре все его обитатели перестали обращать на жадину внимание.

Никто ею больше не любовался и не восхищался. Опечаленная радужная рыбка отправилась за советом к мудрому осьминогу, и тот сказал, что ей надо подарить голубой рыбке свою чешуйку. Осьминог сразу предупредил рыбку, что после этого она уже не будет самой красивой в океане, зато будет счастлива. Понятно, что радужная рыбка усомнилась в этом совете.

Однако, когда маленькая голубая рыбка опять попросила у нее чешуйку, радужная рыбка, хоть и колеблясь, но оторвала одну из своих красивых чешуек и подарила голубой рыбешке. И тут ее охватило новое, неизведанное доселе чувство. Вскоре к ней приплыла еще одна рыба, потом третья, четвертая и т. д. Радужная рыбка раздавала свои блестящие чешуйки и в результате оказалась в шаре мерцающего света, исходившего от всех, с кем она поделилась.

В конце концов у радужной рыбки осталась всего одна сияющая чешуйка. Она раздала практически все, что было ей так дорого, но чувствовала себя невероятно счастливой.

«Эй, радужная рыбка! – крикнули ей другие рыбы. – Плыви к нам играть!»

«Плыву!» – воскликнула радужная рыбка и, радостная и довольная, поспешила резвиться вместе со своими друзьями.

Интерес к проблемам материалистических ценностей возник у меня, когда я был аспирантом и работал с Ричардом Райаном в Рочестерском университете. В те далекие времена меня очень поддерживали многие члены «Рочестерской мотивационной группы», в том числе Эд Деси, Синтия Пауэлсон, Бетси Уайтхед и Джефф Уильямс, Эл и Клара Болдуин, Арнольд Самерофф и Мелвин Зак. А с тех пор как я стал профессором и начал преподавать, в реализации этого исследовательского проекта мне помогали несколько моих студентов, которые собирали, классифицировали, вводили и анализировали данные, в частности Майкл Берг, Кристин Линднер, Мэттью Пейс, Шон Сигел, Нил Торберт и Кристина Вагнер.

Работа над книгой началась после того, как Алфи Кон опубликовал в New York Times материал о нашем с Ричардом Райаном исследовании; огромное ему спасибо за то, что он зажег этот огонь. Агент из Нью-Йорка Лиза Свэйн после прочтения статьи Алфи позвонила мне и спросила, не хотел бы я написать книгу на поднятую в ней тему. Впоследствии Лиза всячески поддерживала меня, благодаря чему я справился со многими проблемами, с которыми столкнулся на этом пути. А Эми Брандт, в то время работавшая в MIT Press, увидела в идеях моей книги обещание изменений нашего мира к лучшему и убедила других редакторов опубликовать ее; сердечно благодарю ее за это. Решающую роль в том, что я сумел найти время для работы над книгой, сыграли сотрудники отделения психологии Нокс-колледжа и лично декан Ларри Брейтборд. Спасибо также Диане Бек за поддержку и всем людям из MIT Press за ценные комментарии.

Некоторые мои друзья и коллеги прочли первые варианты моей рукописи и дали мне чрезвычайно полезные советы. Спасибо Дэвиду Каржински и Кеи Кавасиме за то, что поделились со мной «точкой зрения студентов»; Кирку Уоррену Брауну, Аллену Каннеру, Джереми Полу Хантеру и Кену Шелдону за вдумчивые комментарии и преподобному Лэйну Андристу, Мэри Гроу, Мэри Кассер и Алексис Скаддер за то, что помогли мне сделать эту книгу более доступной для тех, кто не является специалистом в области социологии. Но особенно незаменимым в этом плане оказался мой отец Джим Кассер, и я сердечно благодарю его за долгие часы, проведенные за редактированием моей рукописи.