Быт русского народа. Святки. Масленица. Часть 7.
Шрифт:
Усадив гостей, хозяин подносил чарку вина прежде всех почтеннейшему. Он просил его выпить за здоровье с особым почтением; хозяйка держала поднос и кланялась ему в пояс, величая полным именем. Почтеннейший гость вставал с лавки и выпивал понемногу, с важной медленностью, желая здоровья всему дому хозяина. Особым считалось уважением, когда подносила хозяйка. Гость, вставая с места, кланялся ей и потом раскланивался по обе стороны. Тогда вставали все гости и не прежде садились, пока не усадится важный гость. За ним подносила хозяйка остальным гостям по порядку. Молодые мужчины и женщины не смели пить; им дозволялось только прикасаться к чарке губами и пожелать здоровья. Зато они выходили в другую комнату, когда мучила их жажда. Тут их угощали из темного стакана крепким медом, а случалось, и крепкой наливкою. Потом хозяйка обносила гостей приготовленными на деревянных тарелках лакомствами, которые потом ставились на столе в беспорядке. Чего там не была? Орехи каленые и простые всех названий, пряники вяземские, крендели смоленские, коровайники, папушники, медовые пироги, яблошники, пастила, яблоки моченые и свежие, сухие сладкие плоды, варенья из вишни, смородины, малины, крыжовника, морошки, брусники, клюквы и проч. На другом столе находились в глиняных закупоренных кружках наливки: сливянка, вишневка, клубниковка, малиновка и превосходная рябиновка; душистые меды: красные, белые и мартовские; пиво Красное, черное и бархатное. Тогда не знали ни заморских вин, портящих желудок и здоровье, ни зловредных конфектов, истребляющих зубы. Тогда жили по-своему и все были здоровы. Если хозяин и хозяйка замечали, что гости не едят и не пьют, то они приступали к ним с поклонами и не прежде переставали кланяться, пока не станут есть и пить. Чинились ли гости? Хозяйка жаловалась, что они ничего не едят, и сама насыпала им в руки орехи, ягоды и т. п. Хозяин также не переставал потчевать сначала чаркой, а потом кубком или стопою [39] .
39
Вместимость кубка и стопы была неодинаковая. При бракосочетании в. к. Иоанна III кубок вмещал полтора ведра вина, а стопа более двух ведер. Угощальный кубок в два стакана, а стопа в три.
Домашняя прислуга, стоявшая толпою у дверей, не прислуживала: вся забота лежала на хозяине. Прислуга успевала заранее напиваться зеленого вина (зеленчаку), а сенные девушки крепких медов. Все ходило мыслетями. Гостям не давали отдыха: они должны были пить и есть, этим только доказывали особое уважение дому. Девушки угощали сами себя. Суженые смотрели на них исподлобья, перебирая пальцами пуговицы на кафтанах, или поправляли свои длинные курчавые волосы на голове.
Вино скоро расшевеливало сердечушки; самая строгая молчаливость забывалась. Неприступные и важные до того гости делались разговорчивее: шутили, смеялись и, наконец, принимались петь подблюдные песни.
Подблюдными они называются по той причине, что их пели и теперь поют за столом при кушаньи. Я назвал их пением славы, потому что каждый стих оканчивается припевом: слава.
Новых подблюдных песен мы не имеем, а потому помешаются здесь старые, какие пели наши предки. Они;..пели от избытка радости и удовольствия, а мы, очужезем-ленные заморскими вычурами, повторяем их песни. Наши бояре, князья и знаменитые сановники не чуждались народных увеселений, и народ соперничествовал в том с ними. Знатные люди собирались в старые годы, чтобы повеселиться; ныне собираются большею частью для того, чтобы провести ночь за картами. Что скажет о нас потомство? Оно скажет, что мы открыли в картах новый путь к истреблению просвещения. Больно, когда об этом подумаешь! Посмотрите, как забавлялись прежде на святках. Знатные гости первые заначинали петь славу всему тому, что было достойно славы, что было славно. Наш Белый Царь, всегда драгоценный для русского сердца, приветствовался прежде всех:
Слава Богу на небе, Слава! Государю нашему на сей земле, Слава! Чтобы нашему Государю не стариться, Слава! Его цветному платью не изнашиваться, Слава! Его добрым коням не изъезживаться, Слава! Его верным слугам не измениваться, Слава! Чтобы правда была на Руси, Слава! Красно солнце светило, Слава! Чтобы Царева золота казна, Слава! Была век полным-полна, Слава! Чтобы большим рекам, Слава! Слава неслась до моря, Слава! Малым рекам до мельницы, Слава! А эту песнь мы хлебу поем, Слава! Хлебу поем, хлебу честь воздаем, Слава! Старым людям на потешенье, Слава! Добрым людям на усмеханье, Слава!Славу поют все без различия, применяя ее к предмету и обстоятельствам. Девушки краснели, когда гости просили их пропеть, молодые женщины понимали, к чему клонилось прошение, начинали петь и своими намеками о суженых забавляли все общество.
Три последних стиха присоединяются не только к подблюдным песням, но большею частию по произволу к игорным и гадательным.
Родители любят дочерей своих, а еще более любят видеть их счастливыми. С какою радостью поют они согласие и любовь молодых!
Летит сокол из улицы, Слава! Голубушка из другой, Слава! Сизыми крыльями обнималися, Слава! Уж и им добрые люди дивовалися, Слава! Как сокол с голубкой уживалися, Слава! Кому мы спели, тому добро, Кому вынется, тому сбудется, Тому сбудется, не минуется.Во время пения держащая блюдо девушка дает кому-нибудь из загадавших положить под платок руку и потом велит вынуть вещь наудачу. Чья вещь вынется, тому спетая песнь служит предвещанием.
Другие поют эту песнь иначе:
Летит сокол из улицы, Слава! Голубушка из другой, Слава! Слеталися, целовалися, Слава! Сизыми крыльями обнималися, Слава! Кому мы спели, тому добро, Слава! Кому вынется, тому сбудется, Слава! Тому сбудется, не минуется. Слава!Девушкам не суждено вечно жить в родительском доме. Грустно! но грустнее быть одинокой.
Ласточка, ласточка! Слава! Не вей гнезда в высоком терему, Слава! Ведь не жить тебе здесь и не летывати. Слава! Сердце девушки вещун — оно не обманулось, ожидая суженого. Ты, мати, мати, порода моя! Слава! И ты выгляни, мати, в окошечко, Слава! И ты выкини, мати, опутинку, Слава! Чтобы было чем опутать ясна сокола, Слава! Что ясна сокола, то мово жениха. Слава!Сердце девушки грустит: оно ищет суженого, мысленно готовит ему полотенце и постель:
По огороду хожу, полотенца стелю, Слава! Я еще похожу, я еще постелю. Слава! Снимает колечко, катает его и идет за ним: Покачу я колечко кругом города, Слава! А за тем колечком я сама пойду, Слава! Я сама пойду, мила друга найду, Слава! Мила друга, суженого. Слава!Под первой песнью разумеют замужество с милым, а под другою отъезд.
Красные девушки сидели как на иголках, когда им пели про будущую их долю; они переставали играть в переборочки и не смели поднять своих глаз. Не одни они терпели, но и сами суженые: