Чтение онлайн

Проза была забыта наглухо, а напоминанием "былого величия" служили разговоры заводимые товарищем Пздлсом, когда Хулио проводил с ним досуг в наливайке, будучи хорошо подпитыми, в обществе малознакомых завсегдатаев.

– А вы знали (неудачники), что мой друг литератор?
– оглушал новостью Пздлс.

– Да, ладно. Нашел дураков... Не, че, серьезно?

– Да! И вы бы знали, как он пишет. Феномен! Я вам говорю.

– Ни х*я се. А если я тебе, - обратился к Хулио самый неравнодушный синячек, - кину заявочку в контухе, добавишь в друзья?

– Можешь не сомневаться.

– Зае*ись.

Итак, день "сурка" продолжался из суток в сутки.

На кануне юбилея Хулио порадовал своим визитом графа Орлова.

– Фотоаппарат, дружище, одолжишь на завтра?

– Не знаю, дружище. Завтра мамка день рождения отмечать собралась.

– У нее же сегодня.

– Верно, но отмечать будет завтра.

– Мляя...сестре уже пообещал. Как быть?

– Без паники. Есть решение.

– Какое?

– Живое, литр. Нет, два.

– Гм. Ты же знаешь - я нищеброд и бичюган.

– Как и всегда. Ладно, я угощаю.

День юбилея.

– Доброе утро, - вышел помятый Хулио на кухню.

– Ага. Помнишь, чудик, как домой пришел?
– спросила мать.

– Не помню. И это даже хорошо.

– Чем, стесняюсь спросить?

– Сегодня не напьюсь. Все по плану.

Как правило, на второй день синей грусти алкоголь Шумильена не пробивал, как правило.

– Как поживаешь?
– справлялся он у N, отлеживаясь в постели.

– Хорошо. К герцогине Орловой сегодня идешь?

– Увы. Уже приглашен на другое эпическое застолье.

– И что? Можно там и там успеть (подмигивание).

– Думаешь? Гм.

Вне всяких сомнений - вечер обещал быть интересным, а возможно и судьбоносным.

В назначенный час чета Шумильенов прибыла в кафе и прибыла первыми. Уютные отдельные от общего зала апартаменты уже были готовы к встрече гостей, которые слегка запаздывали. Хулио настроил фотоаппарат и, когда в красивом вечернем платье, скрывающим недостатки и подчеркивающим достоинства, с шикарной шевелюрой, нежным легким макияжем и прелестной бижутерией, прибыла именинница, сделал первые снимки.

Гости постепенно прибывали, вместе с тем росло и количество фотографий. Хулио со всей ответственностью и прилежанием старался запечатлеть каждый момент, ничего не упустив. Тосты, вручения подарков, обнимашки.

Гости в полном составе, стол ломится от яств, вино льется рекой, море цветов ароматизируют интимно освещенное помещение, а легкая приятная музыка заряжает позитивной энергией.

Слово взяла юбиляр:

– Минуточку внимания. Благодарю. Дорогие мои! Родные мои! Друзья. Огромное спасибо, что пришли, сегодня, в столь значимый для меня день, разделить эту скромную, круглую дату. Очень приятно! Жаль, что мы так редко собираемся все вместе и... поэтому я хочу поднять бокал за то, чтобы видеться чаще и без всякого повода!

Чок, чок. Хлопнули.

Застолье продолжалось.

– Можно?
– попросил фотоаппарат муж сестры мужа сестры Хулио.
– Классная вещь. Четко так снимает.

– Ага, в Москве брал.

– Да? Повезло, а я здесь купил, но, как-то ни о чем.

– Бывает...

Сделав пол тысячи снимков, Хулио решил - пора.

– Джулия, я отлучусь на часик - фотик отнесу.

– Хорошо. Не теряйся там, и фотик, смотри, не потеряй.

– Обижаешь.

Легкое разочарование испытал Шумильен, когда, придя к тетушке Чарли, не застал объекта сватовства. Зато он оказался единственным представителем ведущего пола, что сильно оживило компанию зрелых дам. Его моментом усадили за стол.

– А что, когда N придет?
– спросил Хулио старшую N.

– Дак она уж не придет.

– Да? Однако.

– А что у вас с ней за дела?

– Что за глупые вопросы! Какие у молодых могут быть дела, - вмешалась герцогиня Орлова и, поднимая фуршет, добавила, - ну, девочки, за любовь.

Хлопнули. Затем каждый из присутствующих посчитал нужным высказать мнение, что N Хулио не пара, мол слишком молода, соплива, а нужна опытная, мудрая, и не обязательно красивая. А между делом наливали, наливали, и наливали...

Смердело перегаром.

Скромными пристыженными шагами, с шухером на голове и опухшим лицом, Хулио вышел на кухню.

– Доброе утро, - поприветствовал мать.

– Ага, доброе... Что, чудик, опять не помнишь, как домой пришел?

– Не помню. И это кажется не очень хорошо.

– Кажется ему... Где рюкзак с фотоаппаратом оставил? Хотели с отцом фотографии посмотреть.

– На вешалке что, нету?

Часовые поиски окончились ничем.

– Гм. Странно.

Шумильен набрал графа Орлова.

– Привет, друже. Рюкзак мой у тебя?

– Без понятия. Фотик где?

– В рюкзаке, наверное. Погляди получше, где-то у тебя должен валяться. Наберёшь.

Через время последовал ответный вызов.

– Хулио, все обыскал - нету.

– Гм. Мистика... Ладно, на связи.

Шумильен позвонил сестре.

– Привет, как здоровье?

– Оставило меня вчера. Как сам?

– Еще не знаю. Фотик у тебя?

– С чего бы это? Ты же его относил, а когда вернулся, в хламину пьяный, уже был без него.

– Рюкзака тоже не было?

– Вроде нет.

– Чертовщина... Позвони в кафе, в гардеробе могли забыть.

– Ох, Хулио, Хулио.

Администрация кафе весьма услужливым тоном дала ответ, что ни чего лишнего не оставлено. Выходило, что рюкзак, фотоаппарат, около пяти ста снимков, то есть память о юбилее необъяснимым образом исчезли. Бесследно испарились. Были и не стало. Все. Нету.

Следствие установило - история мутная.

Сестре Хулио принес глубочайшие извинения; друга заверил, что возместит деньгами, ну, при первом удобном случае; себя поздравил с началом новой трезвой жизни (продлившейся две недели).

Отчаяние.

Панические атаки беспокоили Хулио почему-то по ночам. Тяжкие думы без проблеска в конце туннеля не давали покоя, мучили бессонницей, внушали страх. Жить так дальше было нельзя.

Из одних достоверных уст Шумильен узнал следующую новость - если встать на биржу труда, то по спец. программе можно уехать в другой город, устроиться на работу, снять жилье, а потом получить какие-то компенсации. Хулио решил, что этот вариант ему гож. Однако этим решением он обманывал, как себя, так и других - тянул время. Да и в конце концов из этого ни чего путного не вышло, разве, что начисление по безработице. А долги меж тем неустанно росли. После напряженной мозговой деятельности, седую голову посещают гениальные мысли - избавиться от ненужных вещей, тем самым и финансовые дела поправить и балласт минусовать. Так-то.