Чтение онлайн

— Её нельзя так оставить…

— Руф сейчас поможет! — просвистела девочка и толкнула его обеими руками изо всех сил.

Игорь и Мириза бросились назад к винтовой лестнице и затаились. Возня нарастала, потом вспыхнул свет, и они поднялись повыше.

— Ей нужен врач, — выдохнул Игорь. — Что с ней случилось?!

— Ирвар, — повторила Мириза мрачно, а потом зашептала: — Папенька запрещает мучать простолюдинок из деревни, потому что это жестоко, неправильно и потому, что про это уже шепчутся на других островах. Никто не соглашается отдавать свою дочь Ирвару в жёны, только князь д`Эмсо, потому что у него слишком много сыновей, а папенька уже согласен на двойную цену. Ирвар обижает девушек. Он бьёт их плетью. Я бы не хотела себе такого мужа, и никто не хочет. Даже князь д`Эмсо отложил оглашение. Завтра я скажу папеньке, что снова слышала плач в коридоре.

— Скажи сейчас! — возмутился Игорь. — Беги, я исчезну отсюда, как мой товарищ.

— Нет. Ирвар всё равно просто пообещает, что это — в последний раз. Лучше пускай тут, чем в деревне. Тут послушки залечат ей спину. Руф водит ему девушек для того, чтобы Ирвар приносил меньше вреда. После того как одна умерла в сарае у полей простолюдинов. Тихо! — шикнула Мириза. Внизу послышался плач крестьянки, которую, кажется, действительно привели в чувство. — Ирвару нужно поскорее жениться, не то он выйдет из возраста раньше, чем княжна д`Эмсо родит ему дочь, — снова зашептала маленькая барышня уже в самое ухо агента. — Он заслуживает стать простолюдином. Но это слишком позорно для нашего рода. Я бы хотела, чтобы он поскорее получил свой остров и улетел отсюда. Я его не люблю. А ты можешь увидеть, какой муж мне достанется, если матушка родит ещё сестру? Ты смог узнать про сестру? — тревожно напомнила Мириза.

— Почему твоё замужество зависит от рождения сестры? — обронил Игорь, сжимая кулаки от ярости. Хотелось найти выродка Ирвара и пересчитать ему зубы немедленно. А лучше отходить кнутом, как бедную девушку.

— Откуда ты прилетел такой глупый? — удивилась Мириза. — Папеньке нужна помощница, младшая дочь. Не то он не сможет использовать чары. Данииза и Ириза уже стали жёнами, Сариза вошла в пору. Назиза подрастёт раньше меня, ей уже почти десять. Значит, при папеньке останусь я, если не родится сестра. Матушка хворает. Я люблю матушку и не хочу, чтобы она умерла. И папенька любит её, потому что у меня много сестёр и меньше братьев. Но у матушки всегда получаются два сына подряд, и это будет накладно, потому они не станут пока пробовать. Ты что-то увидел там? — кивнула она наверх, а потом насупилась: — Ты помнишь вообще, зачем мы сюда пришли?

— У тебя родится младшая сестра, если Тиквара выпустят из башни и он сможет прогуляться в деревню, — объявил Игорь, всё ещё сжимая кулаки и прислушиваясь к шевелению там, в коридоре. — Что будет с девушкой?

— Руф позовёт послушков, и они её залечат. Вернётся в деревню. Пока её семья не выплатит долг, её будут приводить сюда. Её часто приводят. Кажется, у них что-то сгорело — точно не знаю.

— И твой братец вот так вот её избивает постоянно?! — прошипел Игорь, чувствуя, как что-то прямо-таки пульсирует в голове.

— Говори со мной почтительно, ты — простолюдин, а я — княжна, — напомнила Мириза, рискуя схлопотать подзатыльник. — Ирвар со всеми простолюдинками так, он иначе не может удовлетворять свои мужские потребности.

— Чего?! — совсем разъярился Игорь. — Он их ещё и… Какой мрак! Почему твой… ваш, — ядовито выплюнул Игорь, — отец ничего не делает?!

— Он делает. Он его ругает. Ирвар обещает так больше не поступать, — закатила глаза Мириза. — Нужно женить его и отселить.

— Ага, на необитаемый остров, — сверкнул глазами Игорь. — А брат, значит, не женат и детей у него нет? — прищурился он.

— Дети есть, — возразила Мириза. — Многие простолюдинки понесли.

Офигеть тут осведомлённость у деток, конечно.

— То есть твой брат — колдун уже? — поджал Игорь губы.

— Ну ты совсем глупый, — расстроилась Мириза и села на ступеньку. — Сосудом чар может стать только чистая женщина, отец которой был магом. Только княжна. Если Ирвар не женится, и не успеет родится дочь, он вообще станет простолюдином. Самый поздний зафиксированный случай, когда мужчина сделался магом, — тридцать два года. Если не черпать чары из дочери, то это умение засыпает. Далёкие предки всех простолюдинов в долине, у нас и везде, — это дети тех, кто не успел стать магами. Великий позор. В роду Ситано такого никогда не было: мы испокон веков покупали простолюдинов у других князей — для хозяйственных нужд. Хотя есть один слух…

— Моральный выродок, который измывается над крепостными… над простолюдинками, — колдовать пока не умеет? — прервал Игорь, лихорадочно думая. — Так?

— Ну конечно, — вскинула брови Мириза. — Он же холост и живёт с нами. Хотя уже двадцать семь лет, очень опасная ситуация, — прибавила она и покачала головой. — Такой позор не позволит папеньке выручить за сестёр большие сумы денег. И значит, они не рискнут родить сестричку. Ирвар всё портит.

— А покажи мне его комнату, — прищурился Игорь. — Попробую и его вылечить от этого пристрастия.

— Ты можешь?! — вскочила Мириза и чуть не споткнулась на ступеньках. — Папенька осыпет тебя богатством! — выдохнула она. Но потом исправилась: — Ну, для тебя будет богатство. Так, конечно, он экономный.

— Из тебя выйдет отличная хозяйка, — проворчал Игорь, а девочка вдруг смертельно обиделась.

— Я буду княгиней! Если матушка родит сестру. Никакой не хозяйкой! Хозяйки — это простолюдинки, дурак! — ворчала она, провожая его по затихшему коридору к покоям нехорошего брата.

На камнях пола остались багряные следы — настолько глубокими и повсеместными были раны. Несчастная жертва потеряла много крови. Если с ней и с другими так постоянно…

Кулаки снова сжались.

Влезать в междоусобные дела жителей миров устав Бюро не запрещал, хотя и не приветствовал — но чисто из практических соображений: время в рейде следовало тратить на то, чтобы вернуть в свою коробку выпавший пазл. Сохранение тайны тоже как задача не стояло. Главное было — вытащить попаданца и занесённые им иномирные предметы в случае переброса физическим телом. Остальное — детали. За секретность Бюро никогда не боролось.

Правда, на наведение порядков не оставалось времени. Да и во всём по большей части требовалось разбираться. Но у Игоря то и дело подгорало. В патрульке он не особо успевал разобраться в происходящем, а вот оперативники могли погружаться в чужую реальность довольно глубоко. И если какие-то местечковые устои можно было выносить, даже если они странные, то кое-что будило внутри зверя.

Возможно, будь жертва надой — или как тут правильно эта бугристая раса зовётся? — оно бы иначе воспринялось. Неправильно, конечно, но это просто сидело в подкорке: женщин надо защищать от грубого насилия всяких неуравновешенных и непуганых психов. А то, что творит неизвестный ушлёпок, типа княжич… Ещё и регулярно… Нет, такое спускать нельзя! «Пообещает, что больше не будет», офонареть просто!

Когда Игорь ещё жил с матерью, с ними делил тамбур один хмурый тип, женатый на серой мышке — невзрачной, напоминающей тень тётеньке. А стены в панельке были тонкие. И ор по соседству не замечать мог только глухой.

Потом Игорь столкнулся с той тётенькой в продуктовом и заметил на ней синяки. Он много думал об этом. Лезть в чужую семью казалось неверным. Но и просто сидеть — тоже. Мать соседа этого не любила и даже просила не ездить с ним в лифте (жили они тогда на девятом этаже). Было понятно, что она ответит, если посоветоваться на эту тему.

В очередной скандал за стеной Игорь приложил к розетке стакан и вполне различил даже удары и приглушённый плач.

На следующий день он прокараулил в кустах у узкого прохода между девятиэтажками, существенно сокращающего путь от остановки, битых два часа. Но соседа дождался. И, натянув на рожу лыжную маску, отделал того от души. Вообще, Игорь ждал сопротивления — тип был боевой и слыл опасным. Но сопротивления вовсе не было, оказался тот мудак настоящей тряпкой. Даже плакал, корчась на земле.