Бывшая любовница
Шрифт:
– Я не успел на открытие, - с деланной небрежностью проговорил Андрей.
– Дела внезапно вылезли.
Отец окинул его странным взглядом, кивнул и обратился к тому мужику с каменной рожей, который теперь с интересом к ним прислушивался:
– Господа, позвольте представить, Андрей Вольский, мой сын.
Раздались одобрительные возгласы, мужчины пожимали ему руки. Знакомство состоялось, сразу нашлись извечные мужские темы для обсуждения. И то, что грозило вылиться в неприятные разборки, плавно перетекло в деловой разговор.
Андрей стоял вполоборота, с этого места ему не было видно Марию, но, казалось, кожей ощущал ее присутствие. Хотелось подойти к ней, увести оттуда, а вместо этого приходилось обсуждать инвестиционные проекты. Он хорошо держался, но только до того момента, когда интуитивно почувствовал, что Маша уходит.
Словно струна натянулась, грозя лопнуть. Сразу же извинился, ловко протискиваясь между собеседниками, и в несколько шагов нагнал ее.
– Здравствуйте, Мария Владимировна.
Близко. Наконец-то. Плевать было на все остальное!
Он не видел ее больше трех лет. Смотрел в ее глаза и готов был задохнуться от внезапно нахлынувшего волнения.
– Здравствуйте, Андрей Александрович, - вежливо, пусто, холодно.
Взгляд сквозь него, куда-то в сторону.
– Не уделите мне пару минут?
– спросил нарочито вежливо.
– Разве что пару минут, - доброжелательно так, словно милостыню кинула.
Такое зло его взяло, аж затряслось все внутри.
– Может, отойдем?
глава 34
Горящий мрачным огнем взгляд, эта скрытая агрессия в голосе...
Ее словно отбросило назад, в ту кабинку туалета, где он мог безраздельно над ней властвовать. А он, казалось, уловил этот миг, неуловимо подался к ней всем телом.
Лишь на секунду мир поплыл, а мозг беспомощно шарил вокруг, потерявшись в пространстве, искал точку опоры, а потом все с металлическим лязгом встало на место.
Течная сучка? Нет.
ЗДЕСЬ вам не ТАМ.
– Конечно, - спокойно проговорила Маша, показывая на островок-кафетерий с несколькими столиками.
– Только очень недолго, ладно?
У него странно дернулся кадык, полыхнули пламенем глаза. Кивнул, отворачиваясь. Путь до островка в десять шагов был проделан в молчании. Густое, тяжелое, оно обволакивало Машу, мешая дышать. Но она не стала первой прерывать паузу.
Островок был в центре оживленного зала, а их будто укрыло невидимым куполом, отрезая от остального пространства.
Андрей спросил:
– Как живешь?
– Спасибо, хорошо. А ты?
В этот момент зазвонил его смартфон. Андрей мельком глянул на дисплей, выругался и сбросил вызов. Ответил не сразу:
– Нормально.
А потом вдруг без всякого перехода:
– С кем ты здесь? С моим отцом? Что он тебе дал такого, чего не мог дать я? Или с кем-то из этих?
– презрительно скривившись мотнул головой в сторону остальных мужчин.
Что??! Да кем он себя возомнил!?
Маше показалось, что злость, всколыхнувшаяся от его слов, сейчас задушит ее к чертям. До каких пор?! Сколько можно?! Кем он считает?!
Еще один звонок, и снова Андрей не глядя сбросил входящий.
Звонок сбил накал, Маша вдруг успокоилась. Медленно выдохнула, унимая бешено заколотившееся сердце, и улыбнулась, глядя в его глаза:
– Представь себе, я здесь работаю. И мне не нужно быть с кем-то, я прекрасно обхожусь сама.
Проговорила так спокойно, будто не оскорблял он ее только что. Не ранил словами. Словно это ее вовсе не касалось.
А он, кажется, вообще не слышал, что она сказала. Вернее, услышал только то, что хотел. Глаза загорелись каким-то диким пламенем:
- Так у тебя никого нет? Не замужем?!
– выдохнул победно, жарко.
– Я так и знал, ты моя. Моя!
Снова это ощущение, что он утягивал за собой в безумие прошлого. Стряхнула наваждение как сеть, проведя рукой по рукаву пиджака.
– Аня твоя, Андрей. А я твоей и не была.
Маше вдруг показалось, он сейчас зарычит, верхняя губа дернулась, приоткрывая зубы. Удивительно сколько горечи и боли плеснулось сейчас в его глазах. Злости, отчаяния.
И в этот момент его смартфон зазвонил в третий раз.
Третий звонок, как в театре. Это знак.
Вместе с третьим звонком треснул тот мнимый купол невидимости, отделявший их от всего зала. Начался откат, заливая душу ядом разочарования. Маша встала, понимая, что и так засиделась.
– Приятно было встретиться, Ане привет передавай...
Он не дал закончить.
– Я ухожу от Анны.
Услышь она это три с лишним года назад...
– Это ваше дело, Андрей, - Маша взглянула на часы, светившиеся на огромном табло, и заторопилась.
– Две минуты давно истекли, прости, но мне пора.
– Нет, подожди!
И снова настойчивая трель телефонного звонка. На мгновение они застыли, глядя друг на друга, потом Андрей скрипнул зубами, рыкнул:
– Мы не закончили. Я найду тебя!
И все-таки принял вызов.
***
Это все уже было далеко. Где-то в другой вселенной Андрей огрызался, рыча что-то в трубку, и резал воздух рукой. Маша отвернулась и пошла туда, где ее, она знала это, ждали.
Наверняка драгоценный арийский шеф наблюдал, как его «юная коллега» справится с нештатной ситуацией. Здесь и сейчас она смогла отстоять свой профессиональный уровень, справилась.
Женщин ведь предпочитают не брать на такую работу, не только потому что они уходят в декреты или уступают мужчинам по части выносливости и умственных качеств. Все гораздо сложнее и проще. Профессионализм складывается из очень многих составляющих. И отношения полов никто не отменял, а женщины гораздо уязвимее, беззащитнее в этом плане.
Кажется, шеф был доволен, глаза одобрительно блестели, хоть на каменной физиономии и застыло какое-то новое нечитаемое выражение.
Маша поправила безупречную прическу и через силу улыбнулась.
Пошла на автопилоте. Плечи расправить, голову выше, но подбородок не задирать. Гордость и самоуважение. А то что ног не чувствует, ватные, так это откат, конечно же. Просто перенервничала от неожиданности.
Главное не слушать, что там в глубине скулит сердце.
Не. Надо.
***