Чтение онлайн

Маша вздохнула, беря с тарелки еще одно печенье, есть и вправду хотелось.

– Я даже знаю, когда у тебя месячные.

Что....?!!! Вот так, в лоб?! Это было слишком!!!

Маша закрыла рот ладонью. Нарушение мыслимых и немыслимых интимных границ!

– Вы...! Отто Маркович, я бы просила...

– Я также знаю, как выглядит твое смятение и страх. Ты ведь испугалась сегодня, Машенька, - мягко проговорил он.
– Вопрос в том, чего или кого?

И опять в лоб. Он безжалостно стаскивал все ее щиты, сковыривал корки. Как будто она могла сейчас ответить, кого она испугалась больше, Андрея или себя?

Как врач, блин. Как врач! Только набрала полную грудь воздуха, чтобы...

Но тут неожиданно зазвонил его смартфон.

– Я отвечу?
– спросил разрешения, как будто она могла отказать.

Пока он что-то говорил вполголоса, Маша пыталась переварить.

Это вообще, что было?! То, что он сейчас сказал, было в высшей степени странно. Такие откровения... Но если это признание в любви, то она китайский император!

Впрочем, взглянув тайком на прямую арийскую спину начальства, прикинула: розовые сопли и Отто Маркович? Однако телефонный разговор невольно зацепил Машу, потому что шеф в какой-то момент бросил на нее косой взгляд и весь неуловимо подобрался. И после этого отвечал односложно, только нет и да.

А как отбился, уселся на подоконник и как-то странно не нее уставился. Повисло молчание. Наконец он проговорил, проводя ладонью по лицу, как будто стирал эмоции или усталость.

– Значит так. Я даю вам месяц отпуска за счет фирмы, отдохнете и заодно и обдумаете мои слова.

– А как же работа?

– Если я даю отпуск, Мария Владимировна, не стоит возражать.

Ага, Арбайтен унд Орднунг! Орднунг унд Арбайтен! Маша едва сдержалась, чтобы не закатить глаза.

То что, для нее делал, было исключительно, тут просто не найти границ благодарности. Но как, в какой форме...

– Спасибо, Отто Маркович, - проговорила Маша, поднимаясь из кресла.

И уже поворачивалась к двери, полагая, что на сегодня это непростой разговор окончен, когда услышала:

– Подождите, я еще не все сказал.

глава 39

Не все сказал?

Маша замерла на полушаге. Обернулась, как-то странно и тревожно это вдруг отдалось в сознании. Ее начальник уже сидел за своим рабочим столом, руки сцеплены в замок. Прочистил горло и выдал:

– Я бы предпочел, чтобы вы сегодня же переехали о мне, Мария Владимировна. Мне так будет спокойнее.

Что?! Ему будет спокойнее? А ей? Она ведь еще не озвучила даже намерения обдумать его предложение. Как-то это было слишком. Нахрапом!

Маша нахмурилась, а он продолжал, глядя куда-то в угол:

– Обещаю, что не прикоснусь вас и пальцем, мы даже можем не видеться, у меня достаточно большая квартира.

Он опять заступал ее границы. Это было допустимо на работе, но не в личной жизни. Неужели это из-за того, что она позволила себе быть с ним откровенной?

– Благодарю вас, Отто Маркович. Но об этом не может быть и речи. Не стоит обо мне беспокоиться, я вполне в состоянии позаботиться о себе сама.

Кивнула ему и повернулась, чтобы уйти. Нагнал.

– Подождите!

– Зря я вам все рассказала, - с досадой проговорила Маша, глядя на удерживавшую ее руку.

Отдернулся, словно обжегшись, и застыл, пристально глядя ей в глаза. Потом шумно выдохнул и сказал:

– Ты не понимаешь опасности, Маша. Но...
– тут он покачал головой и усмехнулся.
– Браво, стальная королева. Браво! Ладно, идите домой, Мария Владимировна. Увидимся завтра.

Стальная королева? Нет, серьезно? Вот может же, когда хочет...

Откровенно говоря, Маша здорово рассердилась, а этот внезапный комплимент ее просто обескуражил. И потому вместо того чтобы испепелять Отто Марковича взглядом, как она собиралась сначала, Маша не сдержала улыбку.

Все-таки, что ни говори, а эмоциональная встряска здорово поднимает настроение.

***

Мария ушла, а он озабоченно нахмурился. Звонок Вольского старшего основательно спутал карты. Отто Маркович осознавал, что разнервничался и перегнул палку.

Но ей может грозить опасность, и ведь не объяснишь. Не хотелось пугать девушку, превращать ее жизнь в кошмар. Значит, придется действовать по своим каналам. Хоть это и... Он недовольно цыкнул.

Потянулся к смартфону, задумчиво постучал трубкой по ладони, а потом набрал номер Натана Вальдмана.

***

В жизни Андрея Вольского так много переменилось за последние пару дней, как будто песочные часы его судьбы враз перевернулись. Наверное, иначе и не могло быть, он слишком долго томился, подавляя себя. Копилось напряжение, песок терпения высыпался и высыпался, растворяясь в душе ядом разочарования. А теперь он разом оборвал путы, словно свежего воздуха глотнул после трех с половиной лет удушья.

Но внезапные перемены оказались не столь радужными, как ему того хотелось. Андрей опять просчитался в главном. И теперь, если бы не помощь, так просто и без условий предложенная отцом, он просто не знал, как разорваться.

Удивительно, но после стольких лет молчания говорить с отцом оказалось неожиданно просто. Подумать только, Андрей с детства копил зло, лелеял обиду, а отец развеял все это одной фразой:

– Теперь понимаешь, сын, каково это, с одной бабой жить, а любить другую?

Он смотрел в глаза отца и видел себя. Жить с нелюбимой, да еще если она душит тебя, невозможно. Увидев понимание в его взгляде, отец кивнул. Сказал просто:

– О том, почему я ушел от твоей матери, рассказывать не стану. Захочет, сама скажет тебе правду. А не захочет, значит, так тому и быть.

Слова засели занозой в сознании Андрея, и как-то сами собой начали складываться кусочки мозаики. Оттенки чувств, скрывавшиеся в обвинениях матери, всегдашняя недосказанность, которую он принимал на веру. Во взрослой жизни все гораздо сложнее, чем когда-то казалось ребенку, теперь он знал об этом не понаслышке.

Отец предложил помощь. Конечно, с его возможностями посчитаться с Дудиновым, было куда проще, но Андрею надо было доказать прежде всего самому себе, что он тоже чего-то стоит. Поэтому он просил только присмотреть за...

– За этой девушкой, Марией Вайс?
– договорил за него отец.
– Судя по тому, как прошла ваша встреча, ты крупно перед ней облажался?

Крупно. Не то слово. Так крупно, что теперь не знал, как расхлебаться. Да еще и угрозу на нее навлек.

– Так ты сможешь обеспечить ее безопасность тут, пока я разберусь со своими делами там?