Чтение онлайн

Я училась на филолога, но моя детская мечта стать журналистом не умерла. Так, не имея при себе ни журналистского образования, ни соответствующей аккредитации, я выяснила, что Дима увлекался литературой, барами и женщинами. С каждым его словом он начинал мне нравиться все больше и больше.

– Недавно познакомился со странной девушкой, – сказал он, закуривая следующую. Мне нравились его улыбка, его смех и родинки вокруг глаз. – Она была странной. Знаешь, в момент приближающегося коитуса она попросила остаться в туфлях…

– В туфлях? – спросила я, смеясь.

Он улыбнулся и посмотрел на меня:

– Именно: в туфлях.

Послышались звуки салюта. Снопы искры поднимались в беззвездное ноябрьское небо, загорались, взрывались и снова поднимались в небо.

– В твою честь? – спросил Дима.

– Может быть, – сказала я. – Я замерзла.

Я начала игру. Намек был понят.

– Вернемся к остальным?

Я поняла ту женщину, которая предпочла остаться в туфлях: она просто подготовилась к скорому побегу. Неужели я его не привлекаю? Или он просто притворяется? Как много вопросов и как мало ответов…

Когда мы вернулись на кухню, мы все сели за стол. Каждый из компании начал делиться чем-то, что, как казалось, вызовет интерес большинства. К счастью, мои увлечения выходили далеко за рамки увлечений, отвечающих желаниям и потребностям моих друзей. Но, к своему несчастью, я давно обнаружила, что отклика они не у кого не находят. Я научилась выкладывать основную информацию в доступную всем форму, при этом легко добавляла остроты, которые либо смущали, либо смешили всех.

Я начала рассказывать про сегодняшнюю историю с зачетом и автоматом по греческой литературе. Краем глаза я встретила заинтересованный взгляд Димы. Он увлекся моим рассказом.

Я была взволнована. Я повернулась к нему, но была встречена холодным взглядом, в котором сквозили и надменность, и враждебность.

Чем я это заслужила? Я встретила его таким же надменным и холодным взглядом. Он растерялся. Я растерялась.

Что это было?

– Я обожаю Чехова, – сказал он, когда рассматривал мою скромную библиотеку. – Он невероятен.

Очередная мысль, эмоционально проявляемая: «Ему нравится то, что нравится мне».

В моей картине мира было одно негласное правило: человек, которому нравится Чехов, по определению своему плохим быть не может.

– Этот альбом, – сказал он, улыбаясь и откидываясь назад на стуле, заложив руки за шею, – я переслушал несколько раз.

Moby и Sting. Два исполнителя, музыка которых является зеркалом души человека. В случае Димы душа у него была добрая.

– Еще по одной? – спросил он, когда мы всей компанией перешли на белый ром.

Он, чокнувшись со всеми, красиво откинул голову назад и вылил все содержимое рюмки в себя. Он смешно поморщился. Я рассмеялась.

Каким-то странным образом я чувствовала себя с ним хорошо. Все с ним было легко и просто. Я не хотела думать ни о чем. Мне нравилось, что во время споров он быстро разгорался, увлекался, иногда глотая слова, иногда путая факты, прилично пьяный человек всегда должен иметь право на ошибку; тогда он начинал смеяться, и смех его был настолько заразительным, что каждый подхватывал, не понимая сути наших споров, и каждый смеялся.

Только половина второго, а у меня уже был новый мужчина.

Последняя мысль: «Я никогда и ни за что не смогу полюбить такого парня, как он».

Бывает, что в нас рождается чувство, природу которого невозможно объяснить. Мы испытываем его по отношению к тем людям, которых мы видим в первый и, возможно, в последний раз в своей жизни.

Дима относился именно к этой категории людей. Он был веселым, самое главное – он был живым при всей своей скромности. Но назвать его мужчиной мечты?.. Я думала об этом, уединившись на балконе – Ира, испугавшись, что Дима станет и моим другом, украла его на «минуту».

Сигарета за сигаретой, мысль за мыслью. Как бы смешно это ни звучало, но я чувствовала себя глупо. Чего я хотела от него? И что он хотел от меня?

– Ты совсем пропала, – сказала Настя. – Я постою с тобой?

Мне показалось, что что-то случилось.

– Да нет, все в порядке, – сказала Настя. – Просто… Ну ты знаешь, мужчины…

– Да, – сказала я. – Понимаю.

Я приобняла ее, подбадривая.

– Лин, я могу остаться у тебя? – спросила она.

– Конечно, – ответила я. – Мне кажется, что пора всю эту толпу уже домой отправлять.

Настя улыбнулась. Я проводила ее в гостевую комнату, где постелила ей. Она благодарно посмотрела на меня, снова поздравила с днем рождения и заснула.

Дима, Карина и я проводили всех остальных к такси. Втроем мы сидели на кухне. Карина быстро нашла общий язык с Димой: обсуждали недавнюю статью о инновационном лекарстве от рака, а я делала всем чай.

Позже мы прошли в гостиную, где мы легли все втроем. Активно поступали предложения о просмотре фильма.

– Предлагаю «50 оттенков серого», – сказал Дима.

Карина рассмеялась.

– А я никогда этот фильм не видела, – сказала я.

– Тогда смотри и плачь, дорогуша, – сказал Дима, улыбнувшись. – Фильм дерьмо, зато как актеры там хорошо выглядят… В общем, сама сейчас все увидишь.

После первых пятнадцати минут фильм я поняла, о чем говорил Дима: фильм был до ужаса скучным, зато Джейми Дорнан на фоне унылых и серых зданий Сиэтла и на фоне невзрачной и какой-то зеленой Дакоты Джонсон.

Карина заснула, а мы с Димой смотрели фильм и пускали похабные шутки относительно поведения героев.

В какой-то момент я почувствовала руку Димы на своем плече. Мне было неловко, и даже захотелось отстраниться, но в то же время его теплая рука, легко сжимающая плечи, его упругая кожа, от прикосновения которой тело испытывало странное, незнакомое желание…

Он заснул. Я разочарованно вздохнула, скинула с своих плеч его руку и пошла к себе в комнату. Я чувствовала себя глупо, и вдруг мне захотелось отмыться от этого желания, от этого чувства.

– Может, мне помочь тебе чем-нибудь? – спросил Дима утром, медленно потягиваясь.

– Нет, – сказала я. – Одной будет проще.

От вчерашнего желания ни осталось и следа. Я снова смотрела на его лицо, и снова думала о том, что оно мне не нравилось.

– Как тебя найти? Я имею в виду в соцсетях, в мессенджерах?

«Только не это, – подумала я. – Он же будет навязываться».

– Через Иру или Настю.

Он кивнул головой. Дима стоял в коридоре, немного разбитый после количества выпитого алкоголя. Он медленно одевался, меня это злило: я хотела как можно скорее избавиться от вчерашнего напоминания своего глупого решения.