Чтение онлайн

Пролетает еще неделя, но притронуться к трудам, что принес мне Тейвел, я так не смогла, каждый раз придумывая новые оправдания, откладывая их изучение на потом. Отчего-то я испытываю странные чувства, стоит мне просто подумать о них.

Мое исследование нового рецепта застыло на месте, сегодня я снова просто сижу за своим гончарным кругом и штампую кувшины, что так популярны в жару.

Руки сами делаю все за меня, мои мысли где-то не здесь, но я даже не могу сказать, о чем конкретно думаю. Что-то терзает мое сердце: сомнения и тревога…

Ворочаясь в кровати, я никак не могу уснуть. Духота и шум с улицы из-за открытого окна не дают покоя. Применив все известные мне методики для засыпания, я с трудом добиваюсь результата.

Мне кажется, я только закрыла глаза, но громкий шум разбивающийся посуды с первого этажа заставляет меня вскочить. Мой еще дремлющий мозг не сразу понимает, что происходит, но туманность быстро рассеивается, и на смену приходит страх.

Медленно поднявшись с кровати, осторожно встаю босыми ногами на пол, чтобы он не скрипнул. Хватаю со стула свой легкий халатик и накидываю его на сорочку. В углу комнаты нахожу веник и вцеплюсь в него, как в единственное средство защиты.

Сердце колотится как сумасшедшее, дышать становится труднее. Мысли только об одном: в дом ворвался вор.

Осторожно ступая по ступеням, я спускаюсь на первый этаж. Деревянная лестница предательски издает скрип, и я замираю. Звуков больше нет. Может, мне просто приснилось?

Из окон пробивается слабый свет приближающегося восхода. Глаза успели привыкнуть к полумраку, и я отчетливо вижу очертания комнаты первого этажа. Оглядываюсь по сторонам, в самой лавке никого нет, и посуда цела.

Крепче сжимая ручку метлы, осторожно открываю дверь, ведущую в мастерскую. Делаю шаг, под ногами что-то хрустит.

На полу, оказываются, сотни осколков посуды, что я вчера вытащила из печи и оставила остывать в мастерской.

Сердце начинает колотиться еще быстрее, адреналин зашкаливает.

— Кто здесь? Выходи! — дрожащим голосом бормочу я.

Ответа нет, но тишина пугает еще сильнее. Я прислушиваюсь и слышу чье-то тихое прерывистое дыхание.

— Выходите, иначе я вызову жандармов, — беспомощно шепчу я.

Да где я такое время найду жандарма? На нашей улочки они и днем-то бывают редко.

Собравшись с духом, я резко выпрыгиваю в комнату, надеюсь напугать грабителя и получить хоть какое-то преимущество, вот только приземляюсь босыми ногами на осколки, шипя от боли.

Весь вчерашний труд пошел в никуда, больше десятка кувшинов разбито вдребезги.

Присмотревшись, я наконец замечаю крупный мужской силуэт, сидящий на полу возле окна в неподвижной позе.

Теперь я отчетливо слышу его тяжелое дыхание и замечаю окровавленные руки. Он ранен.

— Эй, — шепчу я и тыкаю метлой в него.

Никакой реакции.

— Эй, уважаемый, очнитесь.

— Помоги, — хрипит он, и я с трудом различаю слово.

Страх никуда не делся, но в голове что-то щелкает, и я осторожно подхожу к незнакомцу.

— Эй, вы как? — сажусь на корточки и толкаю его в плечо.

Слабый свет из окна освещает его лицо, и я ужасаюсь, падаю на свою пятую точку. Оцепенение окутывает тело.

— Т-Тей? — шепчу я, боясь притронуться к нему.

Что вообще происходит? Не помню, чтобы меняла специализацию своей лавки. На табличке же четко обозначена гончарная мастерская, а не лазарет.

Паника заполонила мой разум, мысли пусты, чувствую себя беспомощным ребенком, не знающим, что делать.

— Элира, — хрипит Тейвел. Он смотрит на меня своими желтыми глазами, но сейчас они не блестят, как прежде, они полны боли.

Разум постепенно отрезвляется.

— Тей, что случилось? — шепчу я, садясь на колени и аккуратно осматриваю его.

В полумраке замечаю пару царапин на лице, изодранные кулаки, он точно с кем-то дрался. Нужно осмотреть его тело, но в этой тесной мастерской даже развернуться негде.

Схватив свой веник, я наскоро сгребаю осколки посуды в сторону, и возвращаюсь к нему.

Положив его руку себе на плечо, пытаюсь поднять, но ничего не получается, он слишком тяжелый.

— Тей, прошу, помоги мне немного, — ласково шепчу я.

Дракон открывает глаза и смотрит затуманенным взглядом. Я пытаюсь вновь поднять его, кажется, он услышал меня и начинает опираться ногами об пол.

— Вот так, медленно, — выдыхаю я, когда мы, наконец, встаем. — Теперь идем наверх, потерпи немного.

С большим трудом нам удается преодолеть лестницу, при каждом шаге он шипит от боли. Я укладываю его на кровать, он издает протяжный стон.

Дав себе пару минут, чтобы отдышаться, я зажигаю свечу и ставлю ее рядом.

— Позволишь осмотреть тебя? — спрашиваю я.

Он ничего не говорит, лишь слабо кивает.

Потянув руки к его рубашке, на мгновение меня окутывает смущение, но я отгоняю его. Осторожно расстегнув все пуговицы, я ужасаюсь.

Его живот и грудь покрыты ссадинами, многие из них магического характера, как он смог добраться до меня с такими-то ранами?

Кто мог причинить такой вред дракону? И зачем им это?

У меня нет навыков лекарей, но кое-что о первой помощи я все же знаю. Спустившись вниз, я беру небольшой деревянный таз, набираю в него воду, по пути заглядываю в кладовую и нахожу оставшиеся пузырьки с восстанавливающими зельями и баночку с мазью для заживления.

Вернувшись на второй этаж, я нахожу в своем ящике чистое полотенце и начинаю осторожно протирать раны на теле Тейвела. Он шипит от каждого прикосновения.

— Потерпи немного.

Закончив с этим, аккуратно наношу мазь на синяки нежными движениями. Его хмурое лицо расслабляется.

— Вот, выпей это, — прошу я, приподнимая его голову и вливая пузырек с зельем. Дракон морщится и с трудом глотает жидкость.

Я сделала все, что могла, но это только наружные повреждения. Остается надеяться, что кости и органы целы. Стоило бы вызвать лекаря, но я не уверена, что это будет хорошей идеей, учитывая, что в прошлый раз он скрывался от кого-то и сейчас пришел именно ко мне.