Чтение онлайн

Вдруг в поле моего зрения попадает стройная девушка с длинными по пояс, вьющимися волосами золотистого оттенка, которая уверенным шагом направляется к нам. Она практически отталкивает меня в сторону, бросается на шею моему мужчине и впивается в его губы.

40. А вот и Беверли!

Ида

Демид секунду находится в замешательстве, затем убирает руки бойкой красотки, отстраняется, и с удивлением восклицает:

— Беверли?!

На ломанном русском, девушка начинает щебетать поздравления, а затем надув губки кокетливо хныкать, что Демид давно не звонит, хоть и обещал делать это чаще, и вообще она безумно соскучилась.

При виде этой мерзкой сцены меня захлёстывает лавина эмоций. Моё тело начинает бить мелкая дрожь, голова кружится, сердце стучит как бешеное, и к горлу подступают едва сдерживаемые рыдания.

Я больше не могу всё это терпеть, разворачиваюсь и быстрым шагом отдаляюсь от этого ада в сторону туалетов. Мою голову разрывает сотня вопросов, которые я жажду ему задать, но не могу.

Как только я переступаю порог уборной, буря эмоций вырывается наружу. Ко всему прочему, мои руки начинают сильно трястись, а из глаз брызжут слёзы.

Я так и знала! Чувствовала же, что не может быть всё так прекрасно…

Успокаиваюсь добрые 10 минут, привожу себя в порядок и выхожу.

За дверью меня ожидает Демид.

— Милая, давай поговорим?! — внезапно севшим голосом просит он.

— Не сейчас. Не хочу портить праздник, — холодно отвечаю я, сжав кулаки и вонзив ногти в ладони, чтобы не расплакаться снова.

Направляюсь в сторону банкетного зала. Упрямый босс хватает меня за руку. Осторожно пытаюсь высвободить её, но тщетно.

Тогда я чуть теплее говорю:

— Пойдём, пожалуйста, Демид. Тебя все ждут.

Несколько секунд он изучающе смотрит на меня. Потом осознаёт смысл моих слов, и, не выпуская моей руки, уверенно утягивает к двери в нужное помещение.

Мы возвращаемся в уютный, стильно украшенный зал, садимся за стол и начинаем праздновать день рождения.

Через силу улыбаюсь, спокойно поддерживаю разговоры за длинным, накрытым столом. Не хочу, чтобы кто-то знал, какие бурные эмоции я сейчас испытываю. Скрывать чувства я прекрасно умею, и те, кто не в курсе этой ужасной ситуации, никогда не поймут, что за ад твориться у меня внутри.

Демид постоянно поглаживает мою руку на столе или под ним. Пытается накормить меня чем-нибудь вкусным, подкладывая в мою тарелку разные деликатесы, но я не притрагиваюсь к еде. Просто не могу. Только пью шампанское в честь именинника, чтобы поддержать очередной тост.

Мне очень хочется напиться, как в прошлый раз, но я боюсь последствий. Хотя, что может произойти? Пересплю с его братом? Ха. Не то место. Не то время. Не тот брат. Прежнего желания к Алексу я больше не испытываю. Хочу только его старшего брата.

Да и Савицкий-младший весь вечер не сводит глаз со своей белокурой помощницы. Немного выдыхаю. Хочу, чтобы друг был счастлив. И Юле он идеально подходит… Во всяком случае, сгорать от ревности из-за длинноволосой блондинки, ошивающейся возле её парня, она вряд ли будет…

Тогда я ещё не понимала, что моя Зефирка, точно так же сгорает от ревности. И в роли блондинки, не дающей ей покоя, выступаю я. Но, а сегодня я вижу перед собой, счастливую, влюблённую пару.

С чистой совестью перехожу на крепкие напитки.

Как почувствовав моё состояние, Алекс приглашает меня на медленный танец. С лёгкой улыбкой соглашаюсь.

Во время танца мы болтаем, немного сплетничаем и даже смеёмся. Пока я не задаю беспокоящий меня весь вечер вопрос:

— Алекс, а ты знаешь эту Беверли?

Внимательно посмотрев мне в глаза и посерьёзнев, друг отвечает:

— Ну слышал о ней пару раз… Вроде Демид с этой красоткой какое-то время довольно тесно общался.

— У него с ней было что-то серьёзное? — торопливо спрашиваю я.

Алекс ухмыляется, снисходительно смотрит на меня и снова отвечает на мой постыдный вопрос:

— Гартман, когда у Демида было что-то серьёзное? Вспомни хоть одну такую девушку… Не можешь?! Вот и я не могу. Демид и серьёзные отношения — два несовместимых понятия… Та-ак, потрахивал её периодически.

От его слов мне становится тошно. Грудь сдавливает. Хочется на воздух. Но я, призвав всё своё самообладание, продолжаю допрос.

— А тогда, что она здесь делает? Как думаешь?

— Насколько я знаю, у них есть какие-то совместные планы… А почему ты спрашиваешь?

Алекс слегка отстраняется и изучающе смотрит на меня. Я начинаю краснеть под пристальным взглядом его стальных глаз. Смотрю вниз. Изучаю лаконичные пуговицы его отглаженной рубашки. Покусываю губы.

— Господи, Ида, только не говори, что ты в него влюбилась?! Ты думаешь, Демид с тобой серьёзно?! Я же тебя предупреждал. Ты же знаешь, какой он. Я думал у вас просто…

Друг заставляет себя замолчать. Только внимательно смотрит на меня и ожидает получить ответы на свои вопросы.

— Алекс, пожалуйста… Я не хочу об этом говорить. К тому же мы начинаем привлекать излишнее внимание, — шепчу и с мольбой заглядываю в его холодные глаза.

Друг смягчается, плотнее прижимает меня к себе и выдыхает мне в волосы:

— Чтобы ни случилось, ты всегда можешь на меня рассчитывать…

От его тёплых объятий и слов мне становится чуточку легче. А от прожигающего насквозь взгляда Демида, который он не сводит с нас ни на секунду, я даже получаю особое удовольствие.

Какие-то совместные планы у него с Беверли. Вот гад…

Алекс провожает меня к столу, галантно отодвигает стул, и я снова занимаю своё место.

Под столом Демид торопливо находит мою руку и ласково сжимает холодные пальцы. Я высвобождаю свою руку и отстраняюсь от него. Обнимаю себя непослушными руками. Смотрю перед собой.

— Что он тебе сказал, малышка? — шепчет Демид рядом с моим ухом. Не дождавшись ответа, мужчина недовольно выдыхает: — Я убью его… Ида, что он тебе сказал?

Поворачиваюсь к собеседнику, презрительно смотрю на него и сердито шиплю:

— Тебя это не касается, Савицкий!

Он сжимает руки в кулаки, стискивает челюсти, его дыхание учащается. От его реакции мне становится не по себе. Но Демид быстро берёт себя в руки и спокойным голосом говорит:

— Меня касается, всё, что связано с тобой. Смирись уже с этим! Потанцуем?