Чтение онлайн

Пять лет спустя, вернувшись в родные края, Леда с головой окунулась в воспоминания.

Шаг. Ещё шаг.

Скрипнувшая дверь. Полумрак прихожей.

«Как же давно я здесь не была...» — с грустью подумала принцесса.

В нос ударили такие родные ароматы травяных сборов. Душа Леды наполнилась радостью.

В кресле-качалке у камина, словно и не было этих двух лет разлуки, сидела Этта. Слепые глаза устремлены вдаль, а проворные руки ловко орудовали травами, отделяя листочки от стеблей и отправляя их в медную миску.

Время, казалось, не властно ни над домом, ни над самой Эттой. Ни единой новой морщинки не появилось на её лице. Тёмно-коричневое платье, как и прежде, облегало её худощавую фигуру, а в тон ему на голове красовалась аккуратная косынка.

— Сама явилась, значит? — хрипловато проворковала Этта, не отрываясь от своего занятия. — Хорошо, что на этот раз не Саю прислала. Давно тебя не видать, золотко. Твои противозачаточные настойки готовы.

Ведьма протянула принцессе миску с травами, и та бережно поставила её на подоконник, где на солнышке грелся рыжий кот Фай.

— Мне больше не нужно зелье зверобоя. Прости, Этта, — с едва сдерживаемым волнением проговорила Леда, опускаясь на табурет рядом, как делала всегда. — Жизнь с драконом закружила меня в вихре событий, да и заботы о приюте не оставляют ни минуты свободного времени. Прости меня, пожалуйста, знаю, что виновата. Как же я хотела прийти, но накануне встречи вечно что-то случалось. То тиф, то странная магическая патология — словно сама судьба не хотела, чтобы я тебя увидела.

— У тебя доброе сердце, принцесса, — кивнула Этта, откинувшись на спинку кресла. — Я рада, что ты здесь.

— Я… я сбежала, — прошептала Леда. — Дракон меня предал. Мне пришлось вернуться и…

— Всё так, — она кивнула. — Ты должна вернуться домой, принцесса.

— Зачем? — с горечью процедила Леда. — Всё, к чему я прикоснулась, превратилось в прах! Моя земля обнищала! Сердце разбито…

— Ты же знала, на что шла, золотко, — укоризненно произнесла Этта. — Я тебя предупреждала. Нужно было выбрать восточного принца, и всего этого не было бы.

Принцесса встала и подошла к окну, пытаясь скрыть подступающие слёзы.

— Да. Я выбрала свой путь. — Она погладила кота. — Прости, что жалуюсь. Последнее время я много плачу.

— А ты не беременна, золотко? — Этта лениво покачивалась в кресле-качалке

— Нет, — пробормотала она, продолжая гладить Файмана.

— Точно? Не пропускала? Одного невыпитого пузырёчка тебе достаточно, чтобы понести от дракона.

Леда побелела. Как ей признаться, что однажды она не выпила?

— Всё хорошо, Этта. Правда.

Ведьма посмотрела с укором, но ничего не сказала.

— Что ты видишь? — с мольбой в голосе спросила Леда. — Что мне делать? Я не знаю…

— Ничего не вижу. Только тьму. Иногда обрывки... горящий замок и кровь. Много крови.

— Я лгунья, Этта... Я так любила его, что даже с этим смирилась.

— Ты всё сделала верно. Они убили бы твоего сына!

Слёзы душили принцессу, и она, не в силах сдержать рыдания, бросилась к Этте. Уткнувшись лицом в её колени, Леда сотрясалась от беззвучных всхлипов.

— Мне так больно, — прошептала она сквозь рыдания.

— Плачь, дитя моё, — ласково проворковала Этта, гладя её по волосам. — Плачь, пока не иссякнут слёзы. Сегодня, ещё не время, но солнце обязательно взойдёт.

Ведьма чувствовала горечь принцессы, но знала: слова бессильны перед такой болью. Только время залечит раны. Время… которое старухе хотелось обмануть.

— Мы будем с Каем вместе? — Леда подняла заплаканное лицо. Даже сквозь слёзы её красота не померкла.

— А готова ли ты простить его, золотко? — спокойно спросила Этта.

— Нет! — выкрикнула Леда. — Нет! Холодный ублюдок! Ненавижу! — слова срывались с её губ, перемежаясь с рыданиями. — Никогда! Я наказана, — прошептала она сквозь слёзы. — Проклята... За малодушие… За то, что сбросила груз ответственности с плеч и предала свой народ.

— Ты по-прежнему наша принцесса. Докажи себе, чего стоишь. А остальные и так тебя примут.

Этта что-то шептала, продолжая перебирать каштановые волосы. Леда не могла разобрать слов, но ласковое бормотание успокаивало. Ещё какое-то время принцессе понадобилось, чтобы прийти в себя, но и вправду стало легче. Конечно, горечь всё ещё терзала раненое сердце, но внутри вспыхнуло ослепительное сияние, и Леда поняла — это надежда.

— Ты права... как всегда, — промолвила принцесса.

Они молчали.

Слёзы принцессы высохли, оставив лишь тень былой печали.

— Давай пить чай, — наконец предложила Этта, — составь старухе компанию. Расскажи, как тебе жилось всё это время.

Их тихие голоса сливались в нескончаемый разговор, ведь им было о чём поведать друг другу. Проведя время с Эттой, принцесса не спешила уходить, решив разделить с ней и обед.

Империя Драконов

Вечер выдался изматывающим: сначала Кай нянчился с капризной Мей, затем выслушивал нудные нравоучения имперского доктора, а потом снова вернулся к Мей, которая устроила очередную истерику.

Внезапно Кая пронзила тревога. Что, если Мей пожалуется Белому Дракону на Леду? Последствия для жены будут катастрофическими. Уладив дела с любовницей, он бросился в кабинет, но там его ждал удар: Леды не было.

Сердце ухнуло куда-то вниз — она в приюте! Мысль билась в висках с неистовой силой. Ведь приказ о вручении ей бумаги о разводе он так и не отдал! Кай ринулся вон, решив во что бы то ни стало всё объяснить. Он корил себя только в одном — в измене. Но даже этот проступок не мог заглушить любовь к человеческой принцессе. Она пылала в нём ярким пламенем, затмевая всё вокруг.

В приюте он наткнулся на Риваари, этого проклятого полукровку, которого терпеть не мог. Отвращение к сопернику, тайно воздыхающему по жене, душило Кая.

Риваари, самодовольно демонстрируя свою мнимую власть, холодно приказал ему убираться. Но драконы не отступают. Наглый выпад полукровки спровоцировал драку. Кай был готов стереть ухмылку с лица Риваари, но тот пригрозил обратиться к Кругу Драконьего Огня. Пришлось отступить, но это не было поражением.

Он вернётся и заберёт Леду, чего бы это ни стоило. Даже если придётся пойти против императора, Круга, против самого Рюза, единственного бога, в которого Кай верил. Он добьётся того, чтобы Леда услышала, чтобы она, наконец, поняла.