Чтение онлайн

Когда телефон пиликнул уведомлением о прибывшем такси, он поцеловал меня, шепнув:

– До встречи в офисе, Надежда Игоревна, и до встречи вечером, Кисунь, - и рванул вниз по стуненькам подъезда, а я еще какое-то время смотрела ему вслед и слушала стихающие шаги, и только потом закрыла дверь.

Покрутила обручальное кольцо на пальце. Подумала, что не буду его снимать, может это его заслуга в том, что мы снова вместе? Допила кофе, глядя в окно во двор и улыбаясь. Поймала себя на мысли, что так давно не улыбалась просто так, без причины, просто потому что утро прекрасно, что я, кажется, счастлива, и что в глубине души мне одновременно и тревожно и радостно. Очень непривычен коктейль эмоций, наслаивающихся друг на друга. Приходится сосредоточиться, чтоб выделить в нем главную ноту: я счастлива. Вот что я чувствую сейчас – я счастлива. И с этим чувством – я счастлива – собираюсь, потом еду в офис, поднимаюсь на нужный мне этаж и погружаюсь в работу.

От работы меня отвлекает уведомление на whatsapp, Саша пишет, что, к сожалению, сегодня вечером у него никак не получится прийти ко мне, потому что ночью у него рейс, надо срочно лететь в Москву, решать проблемы, которые без него некому ни за что не решить. И пять раз слово «прости».

Настроение резко падает, даже в кабинете становится ощутимо холодней. Печатаю ему в ответ, что я все понимаю, при этом думая, что ничего я не понимаю. Привыкла к нему за выходные. Всего два дня и три ночи, и я уже мечтаю о продолжении.

Пытаюсь работать, но никак не могу собраться с мыслями, злюсь на себя и на него, вот почему нельзя было отправить в Москву своего зама? Или полететь завтра-послезавтра, почему его планы не принимают в расчет меня? Надо полететь – летит, а я остаюсь.

И как я не уговариваю себя, что это глупо и совершенно по-детски, ничего поделать с собой не могу: через час строчу новое сообщение, кусая губы: «я пошла пообедать в кафе на первом этаже. Может, присоединишься ко мне случайно?». Мессенджер рисует две галочки – сообщение доставлено и прочитано. Решаю не ждать ответа, как будто я и правда просто проголодалась и пошла в кафе в не зависимости от того, будет ли обедать Саша.

Кидаю телефон в сумочку и выхожу в коридор, и у лифта сталкиваюсь с Сашиной секретаршей, которая, похоже, привела в офис своего двойника. Такая же большегрудая блондинка, как и Эвелина, только чуть роскошней одета. Дамочка ненатурально хлопает нарощенными ресницами и поправляет свои локоны. Она очень влюблена в себя, судя по тому, как она ищет свое отражение в зеркальных поверхностях лифта и любуется собой. Эвелина решает вдруг нас представить другу другу и жеманно произносит:

– Добрый день, Надежда!

– Добрый, - отвечаю ей тем же, краем глаза наблюдая, как вторая блондинка чуть выпячивает свои и без того объемные губы.

– Вот Катя прилетела, сразу с самолета в офис. Катя! – обращается секретарша к ней, - познакомься, это Надежда, юрист наш.

Я жду продолжения, что за Катя такая к нам сразу с корабля на бал пожаловала. И Эвелина, уже заходя в лифт и нажимая на кнопку первого этажа, объясняет:

– А это Катя, девушка шефа. Он сказал ее в кафе отвести, вот и веду.

Сердце бухает вниз, я еле удерживаюсь на ногах, меня буквально окатывает ледяной водой, тысячи иголок впиваются в сердце. Становится сложно дышать, легкие отказываются проталкивать кислород, он застревает где-то в горле. Катя отрывается наконец от разглядывания себя в зеркалах и добавляет обиженным тоном:

– Я сюрприз ему хотела сделать, рванула к нему домой, а его дома нет, значит на работе, тогда и примчала сюда.

Глава 30

Я вся превращаюсь в лед, иначе никак не объяснить, как я умудряюсь спокойно стоять и улыбаться, потом выйти из лифта и выйти на улицу. Как заведенная кукла, повинуясь заложенной программе - зайти в кафе, сесть за столик, посмотреть в меню невидящим взглядом, заказать обед, дождаться, когда его принесут, но понять, что есть я не могу. Я вообще ничего не могу, даже дышать трудно. С трудом фокусирую взгляд на Эвелине и Кате за соседним столом, они так громко разговаривают, что я слышу каждое слово:

– А губы ты давно сделала? – спрашивает Сашина секретарша.

– Пару недель назад, иначе бы раньше прилетела, но уколола и ботокс, и губы, и гиалуронку, врач сказала, что надо сначала ей показаться, как встанет все, не улетать.

– Это правильно, красота важнее всего. Ты вся такая на люксе! Он оценит, – уверяет Катю Эвелина.

Да уж, ему будет что оценить. Катя эта – реально кукла. Мне не нравятся такие, но кто я такая, чтоб судить. Мужчинам наверно нравятся. Саша же выбрал ее.

Минуты тянутся жвачкой. А я так и сижу над тарелкой и гляжу в пустоту. Мое сердце разбито на осколки, и они режут меня изнутри.

Саша просто использовал меня, пока его девушка была в Москве, он делал вид, что я ему небезразлична. Или не делал? Никак не могу собрать в своей голове воедино картинку, она то и дело разлетается на осколки, обрывки воспоминаний. Может я все придумала себе? Я ведь не спросила его, одинок ли он, просто вообразила, что он, так же как и я, одиноко прожил все эти пять лет, пока мы были вдали друг от друга. Как я могла так наивно обмануться – не понимаю.

Но я же помню, как он на меня смотрел, такой взгляд ни с кем не спутаешь, в нем читался интерес, влюбленность. Как он обращался со мной, будто я ценность. Был внимателен, нежен, шептал про любовь и обещал больше не отпускать. И я решила, что это правда. А все оказалось враньем. Мне не верится.

Хотя как тут не верить? Одергиваю сама себя и напоминаю себе, что его девушка прилетела, вот она сидит за соседним столом, и он улетает сегодня с ней домой, в Москву, где они наверняка живут вместе в какой-нибудь роскошной квартире или даже в доме. Строят планы на будущее, спят в одной постели, целуются по утрам, когда он уходит на работу, он дарит ей подарки и цветы, она ждет его вечерами с работы или из командировки.

Просто эта его командировка затянулась, и он развлекся в выходные тайком ото всех, используя бывшую жену, то есть меня. Даже далеко ходить не пришлось, я сама упала к его ногам. Стыд захлестывает меня, обжигает щеки так, что приходится прикрыть их руками, пальцам горячо от крови, бросившейся к лицу. Сердце гулко стучит.

Память услужливо подкидывает воспоминания о том, что он просил сохранить наши отношения в тайне, прикрываясь какими-то доводами о конфликте интересов, и я согласилась с ним. Как он коварно поступил со мной, я совсем от него не ожидала. Это ведь было так подло: попросить прощения за то, что бросил меня пять лет назад, для того, чтоб переспать со мной, и бросить сейчас. Может просто не ожидал, что Катя его прилетит, думал, что там будет жить с ней, а тут – со мной? Не могу представить, что Саша способен на такое, но, кажется, я его совсем не знаю.