Чтение онлайн

Я не хотел заводить семью. Я не желал ставить под угрозу счастье и благополучие любимой женщины. С моей работой каждый день может стать последним, а рисковать своей жизнью гораздо проще, когда за твоими плечами нет зависящих от тебя людей.

Мне было лучше одному. Во всем.

Но у жизни на меня, видимо, другие планы.

— Я сильная девочка. Справлюсь, — произносит все так же упрямо. — Оставить ребенка было моим решением. Значит, смогу его воспитать. Пусть своему отцу он не нужен, для меня мой малыш самый лучший и самый желанный на свете, — фыркает, намеренно бьет по слабым местам, желая пробить тщательно выстроенную оборону.

К слову сказать, у нее получается. Медленно она уничтожает сомнения в браке, в семье. Понятия не имею как, но Ева заставляет меня пересмотреть взгляды на жизнь, которые я раньше считал непоколебимыми.

Все чаще вспоминаю Андрюху Лебедева и его Настю. Ведь если бы не Андрей, то его жена вряд ли выжила. Они спасали друг друга.

Может, семья не слабость, а сила и мне нужно это признать? В этом случае отношения с Евой не сделают меня уязвимым.

Нужно подумать. Нужно решить.

Пока не поздно.

Смотрю на часы и понимаю. Пора. Если буду медлить, то потом не факт, что успею.

— Держи, — протягиваю дешевый аппарат с новым номером. Ева смотрит на него с удивлением. — На него могу звонить только я, так что, как услышишь, принимай вызов.

— А на нормальный нельзя? — крутит в руках свой телефон. А мне так и хочется его вышвырнуть.

— Не стоит, — отвечаю уклончиво.

Ева не дура. По обращенному на меня взгляду вижу, что она все поняла.

Сдержанно кивает.

— Ах, как жаль, что у меня на нем села батарея, — произносит наигранно сочувственно и отключает свой телефон. Убирает его в сумочку.

Умница!

Не сдержав порыв, заключаю ее в объятия. Прижимаю к своей груди и не хочу отпускать. Мне волнительно.

— Там вбит мой номер, — предупреждаю. — Если вдруг буду нужен, звони.

— Ты будешь с Марьей, — подмечает.

— Я все решу, — заверяю и делаю глубокий вдох, наслаждаясь близостью и запахом любимой женщины.

Позволяю себе эту минутную слабость.

Над нами нависают тучи. Придуманный нами план в любой момент может затрещать по швам, и тогда под удар попадет не только моя беременная сестра, но и любимая женщина. Но иного выбора у нас нет. Ева единственная, кому могу доверять на этом свете.

Она чуть отстраняется, поднимает голову вверх и заглядывает мне в глаза. Наши взгляды сплетаются.

— Не переживай за меня. Я со всем справлюсь, ты ведь знаешь, — улыбается скромно. — Сконцентрируйся на деле. Не отвлекайся.

Снова ее слова летят прямо в цель. Пробивают оборону и попадают исключительно в сердце.

— Не медли. Будь готова вовремя, — прошу. Нехотя разрываю контакт. — Мне пора.

Глаза в глаза. Словами так много не скажешь, как можешь почувствовать.

— Береги себя, — шелестит одними губами.

Не выдержав наплыв неведомых доселе чувств, резко разворачиваюсь и быстрым шагом выхожу из торгового центра.

Мне нельзя поддаваться эмоциям. Я должен быть сконцентрирован исключительно на деле.

Но, блин! Почему так шарашит в груди? Стоит Еве оказаться рядом со мной, как все планы идут по одному месту.

— Выезжаю за Марьей, — по закрытой связи предупреждаю Демьяна, Бессонова, Лебедева и Аверченко.

Слава сегодня отвлекает врагов Демидова, Андрей мне помогает, а Арсений нас всех страхует. Демидов сидит там, где должен сидеть. Если все пройдет успешно, то нам удастся переправить к нему Марью.

Только вот пока еду за сестрой думаю вовсе не о ней. Все мое внимание сконцентрировано на совершенно другой женщине, мысли о Еве ни на секунду не выходят из головы, и, чем дольше я думаю, тем сильнее сомневаюсь в своем решении прекратить с ней отношения.

Лишь рядом с Евой я ощущаю себя живым. Без нее вокруг все серо и тоскливо.

— Сестрен, ты готова? — уточняю, заглядывая в кабинет Лизы Аверченко, жены Арсения. — Нам ехать пора, — напоминаю, тактично промолчав про утекающее сквозь пальцы время.

Пользуясь моментом, пока Марья перед зеркалом поправляет прическу, фотографирую ее. Отправляю Еве образ и прошу одеться в точности так же. Следом отправляю переводом крупную сумму денег.

Дожидаюсь, пока она прочитает полученное от меня сообщение, и с замиранием сердца жду ответ. Но его не прилетает.

— Вот теперь можно ехать, — улыбаясь, отвечает сестра. Берет свою сумочку и подходит ко мне. — Я готова.

— Отлично, — сдержанно киваю.

С трудом отбросив мысли о любимой женщине, заставляю себя собраться и под тщательным контролем вывожу сестру на свежий воздух. Пусть пространство вокруг сканируют люди Аверченко, расслабляться нельзя даже при этом раскладе.

— Прошу, — открываю перед сестренкой переднюю пассажирскую дверь. Ей нужно находиться на виду, следящие за ней гады должны убедиться, что со мной действительно Марья.

— Какой ты сегодня галантный, — нервно подмечает. Она тоже переживает и старается лишний раз не покидать свое жилье, но сегодня на Марью у нас всех иные планы.

Рассаживаемся, стартуем. В зеркало заднего вида вижу, как следом за нами движется еще три машины. Охрана, приставленная Демьяном к Марье, слежка и люди Арсения.

— Петь, куда ты меня везешь? — отрывая внимание от окна в очередной раз, спрашивает Марья.

— В магазин, — отвечаю ей с невозмутимым видом. Стреляю взглядом по зеркалам, вижу, как слежка подбирается ближе, и сильнее давлю на газ.

Ох, Демидов, да ты со мной не расплатишься!

— В какой? — продолжает задавать совершенно ненужные в данной ситуации вопросы.

Поправляю бейсболку, в которой дико неудобно. Я их никогда не ношу, козырек срезает обзор и становится не комфортно.

Я по роду своей деятельности привык контролировать все от и до, брать максимум от того, что имею. В случае с бейсболкой мне приходится намеренно лишить себя части видимости, что в принципе недопустимо.

— Скоро увидишь, — бросаю, перестраиваясь в соседний ряд, и снова стреляю взглядом по зеркалам заднего вида.