Бывший. Добьюсь тебя снова
Шрифт:
– Белка, прости. Я что-то не то сказал.
Чтоб ты провалился, Арс!
Вскинула ремень ружья на плечо, похлопала себя по карманам, проверяя наличие запасных патронов. Сунула нож в ножнах за высокое голенище ботинка. Потопталась на месте, проверяя достаточно ли крепко пристегнула снегоступы.
– Вы остаётесь здесь. – обернулась к мрачному и подавленному Арсу. В глаза не смотрела, только скользнула взглядом по хмурому лицу. – Петя с вами. Будет охранять. И никуда не отходите – потеряетесь, искать вас времени не будет. Погода меняется, да и темнеть скоро начнёт. Я быстро вернусь.
– Возьми собаку с собой. Куда ты одна?
Беспокоится обо мне, благородный наш. Ухмыльнулась и поправила ружьё на плече.
– Петруччо. – потрепала пса по лохматой голове и показала пальцем на Арса. – Охранять!
Петя жалобно заскулил, несогласный с моим решением, но ослушаться команды не посмел. Только ткнулся лбом в моё бедро.
– Охраняй! – повторила команду и не оглядываясь пошла в сторону ельника. Там за ёлками, под корнями поваленного дерева была лисья нора, рядом с которой я установила фотоловушку, за которой и приехала.
– Белка! – громко окликнул меня Арс.
Я развернулась и приложила палец к губам. Тихо! Не нужно орать и привлекать к себе лишнее внимание. Ни к чему беспокоить зверьё.
Короб с оборудованием нашла сразу, хотя его прилично замело. Аккуратно, шипя сквозь зубы на примёрзшие к коре дерева ремни, отцепляла их один за другим и размышляла, как отгородить себя от вопросов Арса, бьющих насквозь.
– Э-э-э-эй! – звук злого, раздражённого вопля, прозвенел в морозной тишине подобно раскату грома.
Замерла и, встав на ноги, тревожно прислушалась.
Болван! Не мог выплеснуть свою энергию как-то иначе, а не орать на всю тайгу? Предупредила же! А если шатун рядом?
Вытащила из ботинка охотничий нож и, уже не церемонясь, срезала прочные кожаные ремни со ствола. Быстрее, быстрее! Нужно убираться отсюда. Если зверь не ушёл, как я надеялась, то звук живого голоса привлечёт его. Ну Арс! Бестолочь!
Отчаянный собачий лай и медвежий рёв заставили сердце на секунду замереть и потом ухнуть вниз. На раздумья времени не было. Сунула нож обратно в ножны и вскочила на ноги.
Там за ёлками, на поляне, где я оставила Арса с Петей, слышались жуткое рычание и лай, было понятно, что мой верный пёс принял бой не на жизнь, а на смерть.
Бежала так, что думала, сердце разорвётся. Тяжёлые еловые ветки с пушистыми, снежными покрывалами, которыми я любовалась пять минут назад, и бережно отводила рукой, сейчас хлестали по плечам, по лицу, царапая кожу. На ходу сорвала с плеча ружьё и взвела курок. На самом краю ельника до крови закусила губу, услышав, полный смертельной боли, визг Пети. Каким бы большим псом он небыл, справится с медведем ему не под силу.
Выскочила из-за елей и резко затормозила. Вскинула ружьё и прижала приклад к плечу. Открывшаяся картина заставила задохнуться, застыть кровь в жилах.
Ещё недавно девственно белый, нетронутый снег на поляне, был окрашен алыми пятнами крови, взрыхлён, словно здесь носилось стадо носорогов. Петю я не увидела, зато огромный свирепый медведь одним рывком настиг отступающего за сани Арса. Замахнулся лапой с выпущенными чудовищными когтями и… ударил!
Глава 17. Белка
Как в замедленной съёмке смотрела на неспешно парящие в воздухе оранжевые клочья куртки, кружащиеся перья наполнителя и веером разлетающиеся от груди Арса алые капли крови.
Время словно приостановило свой бег. Я видела, как медленно падал в снег Арс, взмахивая бесполезной палкой, которой пытался отмахнуться от разъярённого, учуявшего кровь медведя. Как одним хищным движением зверь настиг жертву и снова замахнулся смертоносными когтями.
Пронзительно засвистела, привлекая к себе внимание. На голос не понадеялась, горло сдавил привычный в стрессовой ситуации спазм.
Зверь вскинул голову в поисках источника звука. Заметив меня, оставил жертву и, встав над Арсом на задние лапы, выпрямился во весь свой гигантский рост. Задрал голову и, оскалив клычища, заревел, предупреждая, что добыча его.
У меня была всего одна секунда, и ни малейшего права на ошибку. Она могла стоить жизни Арсу. Да и мне тоже. Задержав дыхание, плавно нажала на курок.
У медведя не так много уязвимых мест, попав в которые его можно остановить или даже убить. Я целилась чуть ниже грудного бугра, в надежде зацепить сердце. Жакан мощная останавливающая пуля, я уповала на неё.
Зверь дёрнулся в шоке, медленно опустился на передние лапы. Я не спускала с него напряжённого взгляда в прицеле, готовая выпустить второй заряд, как только представится хорошая, беспроигрышная возможность. Медленно, но неумолимо шатун заваливался набок.
Сделала несколько шагов к нему, подходя ближе, и в то же время настолько, чтобы успеть среагировать на его рывок. Медведь глухо рычал, но не ворочался. Прицелилась в место между его ухом и глазом и выстрелила на добивание. Зверюга затих, а я кинулась к, упирающемуся пятками в снег и пытающемуся отползти от него на спине, Арсу.
На бегу переломила ствол ружья и нащупала в кармане запасные боеприпасы. Первая попытка попасть патроном в ствол не удалась, он выпал из дрожащих пальцев в снег. Искать и рыться в снегу времени не было. Я притормозила и, сделав глубокий вдох, нащупала в кармане ещё один жакан, точным движением зарядила и защёлкнула ствол.
Наведя ружьё на неподвижно лежащую тушу, медленно и осторожно обошла её. Медведь смотрел остекленевшим глазами в лесную чащу и не дышал, из раскрытой пасти струйкой вытекала кровь. Я его всё-таки убила!
Повесив ружьё на плечо, кинулась к лежащему на снегу Арсу.
– Белка, ты завалила медведя! – его голос ослабел, но в глазах светился неподдельный восторг.
– Молчи. Тебе нельзя говорить! – с отчаянием смотрела, как из разодранной груди толчками бил фонтанчик крови. Стянула с головы снуд и попыталась зажать им рану. Нужно затянуть, перевязать, но чем?
– Петя…он…
– Молчи, Арс! – я уже понимала, что мой верный друг, скорее всего, погиб, сердце сжималось от боли, но слез и истерику я позволить себе не могла. Сначала нужно помочь человеку, Арсу, уже потом идти искать собаку.