Чтение онлайн

Хасмонейские цари пришли к власти как пламенные противники эллинизма, а сам Иуда Маккавей, проявляя неразборчивость в средствах, яростно и беспощадно боролся с населением эллинистических городов в Палестине. Но внук его брата Симона Иуда (103 г. до н.э.) принял титул царя и второе имя, уже греческое, Аристобул. Он проникся любовью ко всему эллинскому настолько, что заслужил прозвище Филэллин, то есть «греколюб». Завершился этот процесс превращения потомков ревнителей иудаизма и Бога Единого и Всемогущего в обычных царей эллинистического мира уже в правление брата Аристобул а — царя Александра Янная.

Выразительно и красноречиво это преображение показано в замечательных стихах К. Кафависа:

Можно быть уверенным, что узнай Иуда Маккавей о таком «венце» своего дела, то он, конечно, оценил бы его как весьма печальный, а не «блистательный» или «достойный». Но исторический опыт показывает, что такова судьба всякого дела, начинаемого настоящим революционером. Однако решающая и наиболее плодотворная попытка достойно сочетать в едином Иудейском государстве две цивилизации — земную в лучшем и полном смысле этого слова, эллинистическую, и сугубо духовную — еврейскую, основывающуюся на принципах иудаизма, была предпринята Иродом Великим уже на развалинах политической системы эллинизма и в сотрудничестве с Римской державой.

Трудно подобрать слова для характеристики положения в царстве Хасмонеев перед концом государственной независимости Иудеи, настолько оно было запутанным и кризисным. Конечно, в любом случае Иудея не могла противостоять римской державе, но сам эпилог истории государства, созданного национальными героями, назвать полным величественного достоинства никак нельзя. Почти всё без малого столетие его независимого существования было наполнено острыми противоречиями самого разного вида — династическими, религиозными, социальными, этническими, культурными. Нередко дело доходило даже до жестокой гражданской войны с приглашением к участию в ней иностранных сил одной из иудейских сторон. Рассмотрим эти проблемы подробнее.

С внешней стороны начало царствования династии было вполне успешным. Как уже было упомянуто в предыдущей главе, восстание против Селевкидского царства, начатое в 167 году до н.э. в иудейском городе Модиине, завершилось безусловным успехом. Семья патриотов, состоящая из священника из этого города Матафии и его пяти сыновей, возглавила повстанцев. Самым выдающимся героем в борьбе всего иудейского крестьянства и городской бедноты против внешних врагов — сирийских язычников, а также их пособников — эллинизаторов из иудейской элиты был, конечно, народный вождь — сын Маттафии Иуда Маккавей. Он стал вождём народных масс — «тираном», по понятиям древнегреческой политической культуры, и олицетворением новой власти и новой национальной династии.

В ходе тяжелой и продолжительной борьбы против греко-сирийцев и их пособников из иудеев в живых остался только один сын — Симон. Он в 142 году до н.э. добился фактической независимости от Селевкидов, а 8 элула 140 года был провозглашён в Иерусалиме «Князем Израиля» и одновременно Первосвященником. Об этом свидетельствовали и отчеканенные им серебряные и медные монеты с надписями на одной стороне «Святой град Иерусалим» или «Симон, князь Израиля», на другой — «год такой-то со времени нашего освобождения». По родовому имени Маттафии Хасмона утвердившуюся династию называли Хасмонеями. Однако же Симону не пришлось долго пользоваться плодами своего успеха. В течение отведённых ему судьбою пяти лет правления он успел сделать многое для укрепления страны, прежде всего присоединить к Иудее важный портовый город страны — Яффу. Но в 135 году до н.э. на пиру у своего зятя Птолемея, которого Симон лично назначил начальником Иерихонской округи, он был предательски убит вместе с двумя своими сыновьями. Согласно Первой книге Маккавейской (16:16), это случилось, когда гости опьянели. Предатель Птолемей захватил также свою тещу в заложники, позже она была убита по его приказу, и пытался также убить сына Симона Иоанна (Иоханана), по прозвищу Гиркан. Последнему удалось избежать гибели, отомстить предателю и самому стать преемником своего отца — Первосвященником и Верховным правителем. Собственно, эти события можно назвать первой гражданской войной. Обратим только внимание на то, что зять первого Князя Израиля и Первосвященника носит греческое имя Птолемей. Впрочем разрыв с более развитой эллинистической цивилизацией, как было указано ранее, никогда не был полным. Ведь даже послы, направленные великим вождём восставших иудеев Иудой Маккавеем в Рим, носили также греческие имена — Евполем сын Иоханана и Ясон сын Элиэзера (ИД.Т. 1.С. 714).

Однако чудом спасшийся сын Симона, племянник народного вождя — Иоанн, постепенно становится правителем, подобным царю старого эллинистического типа. Способный полководец, получивший прозвище Гиркан, он распространил свою власть на всю страну, присоединив соседние области — Идумею, Самарию, Галилею, Итурею а также эллинистические города Палестины, силой повсеместно насаждая иудаизм. При нём иудейское царство распространилось до пределов времён Давида и Соломона. Такую же политику продолжали его сыновья Иуда Аристобул (104–103 гг. до н.э.) и особенно Александр Яннай (107–76 гг. до н.э.), выдающийся представитель этой династии. К последним годам правления Хасмонеев, вплоть до превращения Иудеи в римскую провинцию в 63 году до н.э. мы ещё вернёмся. Пока что отметим, что их можно характеризовать как агонию государства и самой династии.

Но, конечно, внутренний кризис Иудейского царства назревал и развивался в течение всего времени правления Иоанна Гиркана, Иуды Аристобула и Александра Янная. Было бы неверно объяснять это только личными качествами этих правителей, хотя они явно не были образцами добродетели. Однако жестокая расправа с непокорными врагами была вообще в духе того времени, и в этом отношении иудейские цари не отличались от современников. Иудаизация, иногда насильственная, нееврейского населения Палестины также могла рассматриваться тогда как ответ на враждебное отношение язычников к иудаизму. Ведь и язычники временами насильственно навязывали иудеям поклонение чужим богам. Однако даже в древности вызывали ужас действия, например, Иуды Аристобула. Немедленно после смерти отца Иоанна Гиркана он заключил в тюрьму свою мать, где она, согласно сообщению Иосифа Флавия, погибла от голода. Далее он провозгласил себя царём и, опасаясь соперничества, приказал держать в заключении трёх своих братьев, в том числе и будущего царя Александра Янная. Последний брат Антигон — выдающийся военачальник — был убит в результате заговора его царедворцев. Александр Яннай вышел на свободу после годичного правления Аристобула. Как пишет Иосиф Флавий, он казнил одного из братьев, пожелавшего оспорить его права на царство. Именно Янная и его супругу Саломею (вдову Аристобула) изобразил в своём стихотворении Кавафиса, приведённом в предыдущей главе. Но, наряду с преклонением перед античной образованностью, этот царь был способен наблюдать во время пира в окружении наложниц распятие на крестах сотен своих врагов — фарисеев. Более того, по его приказу перерезали на виду казнимых их жен и детей (ИД. Т. С. 54–55). К этому стоит добавить, что, по свидетельству Иосифа Флавия, причиной смерти царя была «невоздержанность в вине», то есть пьянство (Там же. С. 57). Александр Яннай в этом пристрастии явно был похож на своего деда Симона.

Однако главные причины кризиса Иудейского царства лишь в малой степени зависели от личных моральных качеств его правителей. Главной из них, как убедительно показал Чериковер, был разрыв между интересами народа и нового правящего класса — военачальников, крупных землевладельцев, храмовой аристократии, высших чиновников, богачей и крупных торговцев. Именно они в первую очередь получали выгоды от расширения границ царства, завоевания выхода к морю, захвата военной добычи и пленных в качестве рабов. Несомненно, это нашло выражение в изменении кадрового состава армии Хасмонейских царей. Несмотря на то, что победы повстанческой армии под водительством Иуды Маккавея наглядно доказали прекрасные боевые качества солдат-иудеев, армия царей независимой Иудеи превращается в наёмную и многонациональную, подобно армиям других эллинистических государств. Эту проблему изучал Кашер (A. Kasher){30}.

Согласно результатам его исследования, армия уже при первых Хасмонеях стала приобретать вид постоянных вооружённых сил, лично преданных правителю. Эти изменения были подобны реформам Мария, преобразовавшим римскую армии. Теперь каждый солдат снабжался оружием за казённый счёт и получал денежное содержание из казны. Первоначально главный контингент регулярной армии происходил из самых бедных слоев иудейского общества. По мере расширения территории царства представители иудейского населения активно переселялись на вновь обретённые территории. В связи с этим такой источник пополнения армии стал истощаться, поскольку переселенцы нужны были для закрепления территорий и укрепления экономической базы государства. Поэтому уже при Иоанне Гиркане по примеру других эллинистических государств стала осуществляться вербовка в армию иностранных наёмников. Разумеется, такая практика, помимо прочего, имела целью создать лично преданные правителю войска, способные по его приказу расправиться и с внутренними врагами.

Число наемников в армии Хасмонеев, разумеется, точно не известно. Однако, судя по отрывочным данным Иосифа Флавия, оно было достаточно значительно. У Янная, по его сообщению, число наёмников доходило до 9000 солдат (1000 кавалеристов и 8000 пехотинцев), при этом численность войск, в которых служили иудеи, составляла 10 000 человек. Даже если эта пропорция менялась, всё равно доля наёмников была весьма значительной. Поскольку войны велись с соседними сирийцами, то в качестве наёмников старались привлекать уроженцев дальних краев, в частности, жителей Малой Азии, особенно Киликии и Писидии. Особо ценились за свою воинственность и свирепость наёмники из далёкой Фракии. Нередко наёмные солдаты из одной провинции служили в армиях враждебных государств и, бывало, встречались на полях яростных сражений с земляками. Естественно, что такая армия была весьма ценным орудием Хасмонеев при проведении их внешней и внутренней политики, но её содержание ложилась тяжёлым бременем на податное население страны — иудейское крестьянство и городские низы иудейского царства.