Чтение онлайн

царствующие и правящие, тикин Лор. Они дети природы. Мы ведь и в любви не

принадлежим себе, а они свободны соединиться по желанию.

— Прости, божественный. Но, по-моему, все не совсем так. Во владениях

моего отца, в Арцахе, и здесь, в Сисакане, внебрачная близость считается

безнравственной. И за нее равно осуждаются на смерть обе стороны: и

мужчина, и женщина.

— Неужели? — удивился Каранни.

— Да, да.

— А как же храмы с их нравами?

— С храмами — дело иное. Жрецы имеют с этого большой доход. Они

установили, что жена умершего мужчины должна впредь жить одна, но при этом

оговорили, что при желании она может поступить послушницей в храм, отдав

туда и все имущество мужа как дар. Так многие вдовы попались в лапы

жрецов.

— Вот оно что! — помрачнел Каранни. — Необходимо пресечь это дело.

Храмы у нас обладают несметными богатствами. Они наживаются от имени богов

и этим разрушают основы царства.

Тикин Лор молитвенно сложила руки на груди.

— Остерегайся и храмов, и жрецов, божественный. Вся скверна и все зло

от них. Я слыхала, что наша царица, твоя супруга Мари-Луйс, стоит за

единого бога, отвергая всех других. Так ли это?

— Да, так она думает.

— Думает или уже установила такое?..

— С намерением узаконить это она и поехала в Нерик. Но я не хочу

вмешиваться в ее дела.

— Ты прав, божественный! — одобрила тикин Лор. — Чем дальше от богов

и от всего, что с ними связано, тем спокойнее.

Они попридержали колесницы, дожидаясь, чтобы родоначальники и войска

нагнали их. Каранни был доволен общением с тикин Лор. Сколько в людях

горечи, тревоги, о которых он и не ведает.

Ночь провели в горах под сенью шатров.

На рассвете, вознеся молитвы богу Арегу, спустились в глубокое

ущелье. Река Арфи беспокойно бурлила и пенилась, перебирая высокими белыми

гребнями волн. Это еще не до конца стаявший снег на высоких вершинах

Сисакана полнил ее. Так, весело буйствуя, она неслась к Ерасху, чтобы

отдаться объятиям его мутных вод.

Из зарослей камыша вдруг повысыпали бычки, целое стадо, и почти все

белые. Они мчались вдоль берега, краем уже зеленеющих полей и лугов.

Удивительным было то, что на каждом из них восседал юноша, вооруженный

копьем. И неслись эти бычки, как буйный ветер в степи.

— О превеликий Мажан-Арамазд! — воскликнул Каранни. — Какое

потрясающее зрелище!

— А у моего отца, — сказала тикин Лор, — люди творят еще большее

чудо: уже несколько лет, как они ездят верхом на лошадях.

— Что? — удивился Каранни. — Люди садятся на коня? Как эти люди на

бычков?!

— Да, божественный. Привязывают ему на спину особую подушку и

садятся. Неужели не слыхал?

— Нет, не доводилось. Значит, мужчина и конь!..

— Да, царевич, мужчина и конь. И так это красиво, когда они, слившись

воедино, мчатся во весь дух.

— Они могут так и в бою участвовать на коне?

— Конечно, божественный. Воины моего отца часто приезжают из Арцаха к

нам в Сисакан верхом на лошадях. И вид у них очень воинственный. Нам такое

непривычно, но, видимо, мужчина на лошади — это большая сила.

Каранни выразил желание немедленно попробовать свою силу, сесть на

коня. Они подъехали к крепости. Удивительное это дело — человек на коне!..

Надо непременно побывать в Арцахе. И как можно скорее!..

Они прежде вошли в храм, где сисаканские жрецы готовились к

ритуальной церемонии. Царевич, не сдержав своего нетерпения, подозвал

шурина:

— Подыщи мне хорошую арцахскую лошадь. Ты уже ездил на коне, а?

Пробовал?..

— Нет, пока не доводилось, божественный, — отвечал Татан, — но видел,

как это получается у других. В войске у тестя своего не раз видел.

Арцахские конники успешно одолевают в стычках своих противников

егимаис-еранцев. Последние теперь, как завидят всадников моего тестя,

сразу разбегаются врассыпную, бросая при этом все, что у них есть.

Каранни не мог дождаться, когда наконец окончится церемония и он,

покинув храм, тотчас отправится в Арцах.

* * *

Властитель Сисакана родоначальник Шатлойс и тикин Лор остались в

крепости, а Татан выехал сопровождать Каранни в его поездке по соседним

провинциям.

В горах, где брала начало бурная речка, которая потом, спускаясь

ущельем в долину, впадала в Ерасх, располагалось окруженное крепостной

стеной селение Диц Майри. Едва они пересекли крепостные ворота, Каранни

послал гонца к властителю Арцаха Багарату Дола, мол, садись на коня,

приезжай немедленно и возьми с собой еще всадников, да побольше...

Крепость Диц Майри зажата в медно-бурых скалах. Из ближних пещер

раздалось воронье карканье и эхом отозвалось в селе. Каранни вышел к реке.

С того берега сельский староста громко прокричал слова приветствия. Татан

таким же манером ответил ему. Сельчане вскоре перекинули деревянные мостки

через реку. Староста со всеми домочадцами, да и весь люд тоже ринулись по

мосткам и, едва ступив на другой берег, бросились в ноги царевичу.

Каранни спросил:

— Как он, мост-то ваш, надежный?

— И мост, и село мое очень надежны, божественный! — отвечал

распростертый на земле староста. — Приказывай, государь наш!

Каранни вскочил в колесницу и направился к мосту. В прозрачной воде

он увидел свое трепещущее отражение. Выходит, боги благословляют его