Чтение онлайн

От палаток отделилась ещё одна группа всадников, кинувшись в преследование сотни смельчаков. Две конные массы двигались параллельно, постепенно сближаясь, и лучники обстреливали друг друга, поворачиваясь набок. Габриэль практически в одиночку приходилось противостоять врагу в этой дуэли, ибо у других эллинов не было луков, но она не сдавалась, посылая стрелу за стрелой. Воительница видела, что преимущество можно получить лишь в рукопашной, поэтому вновь закричала, размахивая мечом:

– Поворот влево! В рывок!

Масса завернула, стремительно пойдя на сближение с варварами, уже изрядно уставшие и взмыленные кони теряли за собой пену. Геты также пустили в ход шпоры, расходуя все силы в один момент, и бока их лошадей стали красными от крови. Отряды столкнулись под острым углом, теперь в ход пошли мечи, и у горожан появилось заметное преимущество. Выбитые из сёдел оставались позади, раненые же отворачивали в сторону, чтобы безопасно отойти к своим. Один из вождей в позолоченной броне напал на Габриэль, ранив её Борея коротким копьём, но Зена успела заметить это, приблизившись к нему сзади и сокрушив ударом по затылку. Конные массы вновь разошлись, не в силах сокрушить друг друга.

В этот момент позади гетов что-то произошло - раздались панические крики, началось смятение, и их конница потеряла темп преследования. Из серой массы вынырнули всадники со знакомыми пучками красных волос на шлемах, их костяные панцири потемнели от пыли и крови.

– Это сарматы! Боги на нашей стороне!
– догадался Александр, приветствуя их рукой.

– Мы едва вырвались!
– сказал Фарзой, приблизившись к воительнице.
– Позади нас идёт целая лавина из многих тысяч врагов!

– Зверь пробудился, но путь для нас свободен!
– рассмеялась Зена.
– Вперёд, к воротам! Снаряды и стрелы со стен укроют нас от опасности!

Варварам, действительно, удалось, наконец, выступить основными силами, но участники вылазки были уже недалеко от города и неслись во весь опор, перепрыгивая низкие полевые ограды. Для них заблаговременно отворили массивные створки, и первые выстрелы из тяжёлых катапульт заставили преследователей остановиться.

Они въехали в Томы под рёв толпы, люди выстроились от самых ворот до площади, сидели даже на крышах домов. Вид окровавленных победителей привёл всех в неистовство, тысячи рук взметнулись вверх, кто-то даже осыпал всадников монетами и листьями сверху. Горожане кричали:

– Слава Царице! Царица воинов!

Сама Зена подняла меч над головой и принимала эту живую волну, как подобает полководцу. Позже она спрыгнула с коня у здания Совета и подозвала Пелопида, сказав ему:

– Я слышала, что мисы строят планы предательства. В городе слишком много варваров, и нужно немедленно принимать меры.

– Мне тоже доводилось слышать, но верных доказательств нет, - возразил тот.

– Если мы дождёмся верных доказательств, то может быть уже поздно. Нужно арестовать их лидеров сейчас. Я знаю, что это понравится не всем, но сейчас иного выхода нет, - воительница не оставляла возможности для возражений.

– Былой мир в городе теперь кажется лишь сном, - вздохнул старик.

– Так всегда бывает, когда приходится стоять перед лицом смерти...

Город был охвачен врагом ещё десять долгих дней, и в одну из ночей геты предприняли второй штурм. Они соорудили таран, покрыв его навесом из кож, и смогли подтащить его к воротам, заставив осаждённых пережить неприятные мгновения, когда окованное железом бревно било в створки. Однако эллинам удалось поджечь его и нанести варварам немалые потери камнями и снарядами, к рассвету штурм окончательно провалился. Наконец, истощённые и потерявшие надежду геты начали покидать лагерь, уходя обратно в степь. Томы выстояли, не разделив участи других городов, но цена за это была немалой.

Глава 7. Венок победителя.

– Так, это была большая рыба?
– вновь спрашивал у девушки Александр, желая, чтобы она ещё раз рассказала забавную историю.

– Огромная. Я таких в наших краях не видала, - отвечала та.
– Она была больше меня, говорю тебе. Здесь, вообще, ловят множество удивительной рыбы, я могу часами смотреть, как они достают сетями из морской пучины неведомых тварей.

– И она, действительно, хлопнула тебя своим хвостом?

– Да, ловко уметила. Я вышла на деревянный причал, что далеко заходит в море, привлечённая криками людей о знатном улове, и увидела, что они пытаются поднять из лодки эту громадину. Рыба была синей и яростно трепыхалась, не поддаваясь даже десятку человек. Я подбежала, и тут она махнула своим хвостом и сбила меня с ног, ну, я и не удержалась на причале, упав в воду.

– Хотелось бы мне это увидеть, - повалился от смеха юноша.
– Гиппарх рассказывал, как они тебя спасали. Это было невозможно слушать, я по полу катался.

– Что ж, я не злюсь на тебя. Знаешь, думая об этой рыбе, мне захотелось написать поэму о подводном царстве, Посейдоне и морских конях...

– Это должно быть интересно.

Они полулежали рядом на скамьях, как и положено приличным людям на пиру, в главном зале, андроне. Народу было не много, лишь самые близкие к путникам. Кельты размещались в стороне, беседуя лишь между собой, они уже вполне приучились обедать на ложах и больше не смеялись над этим эллинским обычаем. Присутствовал и Фарзой с парой сарматов, они также всем своим видом показывали, что знают, как себя вести в подобных обстоятельствах. Однако самой Зены не было, и её ложе стояло пустым.

Война ушла, словно осень сдула её своим холодным дыханием, лишь курганы над захороненными огромными грудами варварами напоминали о ней, да изредка можно было найти в траве обглоданный скелет из тех, кого не обнаружили при сборе трупов. Следом за осенью, одевшей степи в рыжий цвет, навалилась и зима, сделавшая море бурным, мелкие реки и ручьи затянуло льдом, тихими днями всё заполняли белые хлопья. Они остались в городе как минимум до весны, и можно было бы наслаждаться покоем, но дела в Томах этого не позволяли.

– Ты закончила описание наших сражений с гетами?
– вновь спросил Александр.

– Почти. Дошла уже до того момента, когда ты с небольшим отрядом выскочил из малых ворот, чтобы поджечь таран. Страшная ночь была...
– ответила Габриэль, крутя в руках восковую табличку и стило для письма. Она была одета в длинное белое платье, от которого успела уже отвыкнуть, и волосы убрала, как было принято у приличных женщин, пустив по вискам и лбу изящные завитки.

– Да, я надеялся, что окажусь героем твоего повествования, - кивнул юноша.
– Только не пиши, что меня сбили с ног, а потом чуть не подожгли наши же воины, кидавшие горящие снаряды со стен. Пусть это выглядит как-нибудь более эпично.