Чтение онлайн

Зена с остальными уже ждали его в переулке близ гостиницы, она закрепила себе два кинжала по бокам, скрыв их хитоном, укуталась поверх плащом и опустила накидку на глаза, Габриэль с Персеем скрыли по кинжалу, так же облачившись в плащи. Ономакрит шёл следом за Каллисто и её людьми, воительница же с остальными двигались за ним, через какое-то время киликиец остановился у ворот одного дома на западной окраине и подождал своих.

– Она вошла в дом, что стоит за этим. Очевидно, здесь она останавливается у сочувствующего ей киликийца, - сказал Ономакрит.
– Вы видели, сколько их было? Шесть человек, это многовато для нас.

– Ничего, будем наблюдать, - ответила Зена.
– Я с тобой подберёмся поближе, Габриэль с Персеем пусть укроются у стены этого дома, там залегла глубокая тьма.

Воительница, низко пригибаясь к земле, прокралась вдоль стены к дереву, что стояло близ запертых ворот, Ономакрит шёпотом советовал не рисковать так, но она решилась и взобралась на нижние ветви. Она прильнула к стволу так, что со стороны дома была вовсе не заметна, да и с улицы её было не легко разглядеть, киликиец поместился в тени подальше от ворот. Ждали не слишком долго, через какое-то время щёлкнула задвижка, дверь отворилась, протянув полосу света к воротам, и на пороге, как видела Зена, позиция которой позволяла ей смотреть поверх забора, появились трое людей. Одним из них был тот лучник, приближённый фессалийки, что погубил Сострата, он говорил двум другим:

– Я отправлюсь по своим делам, вы же не слишком задерживайтесь у Диокла, но возвращайтесь сюда к утру. Госпожа выступит с восходом солнца.

– Надеюсь, что её план будет успешен, а, Диомед? Это бы сильно облегчило наше дело, иметь такой город - совсем другое дело, - отозвался один из разбойников.

– Мы не оставим врагам никаких шансов, - уверил его лучник, - но, если не вернётесь вовремя, то мы уйдём без вас.

Разбойники разделились, лучник один отправился куда-то к центру города, два других же вместе двинулись вниз по улице. Зена, спрыгнув с дерева, когда они уже отошли, последовала за ними, жестами призывая Ономакрита и остальных с собой. Воительница быстрым шёпотом сказала собравшимся:

– Берём этих двоих, они идут по тёмным и пустым улицам окраины, я слышала из их разговора, что до утра их никто не хватится.

Она схватила камень размером с кулак близ дороги, поместила кинжал на боку так, чтобы было удобно выхватить, и первой побежала за разбойниками, медлить было нельзя, ибо они уходили всё дальше, следом за ней бросились и остальные. Двое шли по крайней улице, вдоль которой тянулась глубокая канава, они кляли товарищей за то, что не дали им фонарь, и часто спотыкались на неосвещённой дороге. Зена решила не осторожничать и нападать открыто, она приблизилась сзади довольно тихо, однако уже шагах в десяти разбойники услышали её, обернувшись, тогда она бросилась и нанесла первый удар. Противники её не были готовы, и первого она свалила ударом камня в голову, стараясь не убить, но лишь оглушить, одновременно она выхватила левой рукой кинжал и вонзила его второму в бок. Воительница перехватила раненого сзади за шею, она хотела уже вытащить второй кинжал и добить его, но тут подоспел Персей, яростно накинувшийся на удерживаемого ею разбойника, тогда она отпустила его, обратившись к оглушённому, ибо не желала, чтобы его убили.

– Держите этого, он должен нам прояснить, что задумала фессалийка, - сказала она Ономакриту и Габриэль, и те оседлали распластанное тело. Персей, тем временем, сокрушал своим кинжалом другого разбойника, тот был уже мёртв, но юноша не мог остановиться, и Зена оттащила его, весь плащ его был обагрен кровью.

– Уже достаточно, ты орудуешь как мясник в лавке, воин же должен убивать одним-двумя точными ударами, - окинула взглядом эту картину воительница.
– Это от горячности и неопытности, я понимаю, но ты должен учиться. Смотри, плащ твой испорчен, придётся его бросить.

– Что будем делать?
– спросила Габриэль.

– У нас мало времени, Персей, что развёл такую грязь, займётся трупом - стащит его в канаву и завалит мусором, мы же должны быстро разговорить этого.

Они нашли узкий переулок меж домами и расположились там, довольно быстро приведя разбойника в чувство, было слышно, как в темноте возится Персей, бросая в канаву черепки сосудов, что лежали грудой у домов. Зена взяла кинжал для убедительности и начала расспрашивать пленника:

– Смерть витает рядом с тобой, лишь ответив мне, ты сможешь отвратить её. О каком плане фессалийки вы говорили? Что она задумала?

– Город... она хочет овладеть городом, - сбивчиво ответил тот, явно желая зацепиться за нить своей жизни.

– Расскажи подробнее, всё припомни, ибо смерть близка.

– Я знаю, что этой ночью в таверне "Артемида" она будет ждать посыльного от какого-то Кидона, что обещал ей открыть ворота акрополя перед отрядом... Я не знаю ничего больше, Диомед, её любовник, посвящён во все тайны, это он мне рассказал...

– Когда должен придти этот посыльный?

– Около полуночи, она будет ждать его в таверне, он должен принести какой-то условный знак, означающий, что его послал Кидон...

– Это всё? Хорошо, нам надо спешить, до полуночи мы ещё успеем поспеть в "Артемиду" раньше фессалийки. Ономакрит, закончи с ним, и уберите его с Персеем, чтобы никто до утра не нашёл, - Зена отпустила пленника и повела любимую на край улицы, кутаясь в плащ. Скоро к ним присоединились остальные, воительница сказала, что нужно смело принимать судьбу, посему они сядут где-нибудь в тихом уголке в таверне и будут ждать гостей, потом же проследят за ними, напав по дороге. Киликиец показывал дорогу, рассказывая на ходу, что таверна эта находится в квартале, заселённом пиратами, и является одним из любимых мест самых отчаянных из них. Тёмные улицы окраины сменились более освещёнными кварталами нижнего города, таверна была одним из самых высоких зданий здесь, поднималась на четыре этажа и смотрела фасадом на море, людей же было не так много, как они ожидали увидеть.

Зена оглядела заведение, заметив, что, помимо большого зала на первом этаже, имеется ещё и площадка под открытым небом, где столы и ложа окружены оградой изящных деревьев, два светильника же на столбах давали хорошее освещение. Заметила она и открытую площадку за колоннами на втором этаже, где так же стояли столы, именно там, как она видела, было бы лучше устроиться, чтобы остаться незамеченными снизу, самим же всё видеть. В том, что Каллисто сядет именно на открытой площадке, она не сомневалась. Ономакриту, не без труда и денег, удалось занять один стол на втором этаже, Зена с Габриэль полулегли спиной к колоннам, заменявшим собой внешнюю стену, теперь с улицы узнать их было нельзя, Персей нарочно пригасил одну лампу, что была рядом со столом, и их окутал мягкий полумрак.

– Хорошо, что здесь имеется такой укромный уголок, - оглянулась Габриэль, - можно даже заказать себе немного выпить, а то у меня с вечера в горле пересохло.

– Вино здесь весьма скверное, хорошее подают только уважаемым посетителям, - отозвался киликиец, - однако нам следует что-нибудь заказать, дабы не вызывать подозрений у хозяина. Он уже присматривался к нам, ибо кампания наша выглядит странной.

Они поставили на стол кувшинчик с вином, Ономакрит, хотя и сомневался в его качестве, всё же попивал время от времени, Габриэль же взяла себе ещё и лепёшку, сказав, что весьма проголодалась. Из зала на первом этаже доносился приглушённый гомон, внизу же, на открытой площадке, было тихо, там помещалось лишь четверо человек, одного из которых, пьяного и обнажённого, уже собирались тащить за ворота. Месяц ушёл, и звёздное небо лежало шёлком богини, под этими звёздами и появилась она, уже синей тенью узнанная Зеной, что повернулась на лай собаки у ворот, потом же воплотившаяся в свете живого огня для всех остальных. С Каллисто были ещё двое, однако лучника Диомеда среди них не было, разбойники заняли самый близкий к стене стол, прямо под теми, кто желал их крови, причём ложе досталось только фессалийке, остальные довольствовались скамьёй для простых посетителей, где поместились сидя.

– Вино проклято, хозяин?
– она, похоже, была в хорошем настроении и много смеялась.
– Нет? Кто же его тогда делал? Кентавры, циклопы? Я хочу совершить возлияние в честь своего отца, но этим пойлом только оскорблю его, принеси же лучшее из того, что у тебя есть. Не жалей, ты должен знать меня... Знаешь? Хорошо, тогда неси, ибо сила моя может вырасти многократно.

– Сомневаюсь я в честности этого богача, - сказал один из разбойников, по выговору Зена узнала в нём критянина.
– Следовало бы проверить всё поначалу, но не идти к нему так просто, он же может услужить ахейцам и заманить нас в ловушку.