Чтение онлайн

Когда уже начали расходиться, Клеарх подошёл к Феофилу, отозвав его для личной беседы. Он долго не мог начать, не зная, как наставник к этому отнесётся, поэтому тот сказал первым:

– Ты хочешь об убийстве меня спросить? Мучаешься о том, что убил вчера, и боишься погибнуть в грехе.

– Да, не нахожу покоя от этого. Тот человек был заблудшим, но он же мог ещё исправиться.

– Мог, но воля божья была в ином. Бог управил так, что он напал на нас, и ты остановил его, и это было правильно. Душа скорбит, когда приходится отнимать жизнь, и есть в этом зло, но ещё большее зло nbsp;- Где он?! Покажите мне его!
– голос Кларитас опередил её, когда она ворвалась в кnbsp;nbsp;омнату.
– Мне сказали, что ты ранен. Всё нормально?

в том, чтобы не выполнить своего предназначения, уготованного Всевышним. Не бойся, ибо ты знаешь и сам, что раскаявшегося разбойника Христос принял в своё царство. Безгранично прощение Спасителя. Утешься и молись усердно о прощении. Всё будет хорош, брат мой...

**********

Утром они выступили из дома и, согласно плану Клеарха, отправились на западную дорогу, выискивая телегу или повозку покрупнее. Пока была возможность ехать, глупо было ей не пользоваться, поэтому юноша не пожалел немного денег. Их согласились посадить пассажирами на свой воз путешественники, что следовали в Афины. Вдвоём они взобрались на мешки, стараясь устроиться поудобнее, пара волов тянула довольно медленно, и их время от времени обгоняли конные упряжки со скрипучими коробами на колёсах, где с куда большим комфортом располагались знатные и богатые путники. Воз был довольно длинным, в передней части его сидели трое фракийцев, что везли партию кожи, один из них лениво погонял быков, сзади же размещались Клеарх с другом.

– Можно было попробовать морем отправиться, - с некоторым сомнением сказал Николай.
– Так мы больно уж долго ехать будем.

– Не согласен. Ты знаешь, куда в это время года ветра дуют? Идут ли маршруты судов близ Пелопоннеса, и сколько ждать нужного корабля? Да и денег у меня не так много, не могу я себе позволить тратить средства Архина столь неразумно, ведь, нам ещё и свитки выкупать. Пока поедем на волах, потом, возможно, сядем на более скоростную повозку, если нужно, то и пешими пойдём, - ответил юноша.
– Дней за шесть-семь доберёмся.

– Ладно. Итак, значит Зена... Я не думал, что её историю считают мифом, она же жила намного позже героев золотого века Эллады. Времена мифов остались далеко в прошлом, о той эпохе написаны вполне исторические труды, - затеял разговор Николай.

– Я не говорил, что вся её история не была в действительности. Что-то, несомненно, было, но потом эта правда обросла легендами, и теперь уже сложно отделить одно от другого. Тема-то была плодотворной, даже скандальной в каком-то смысле. Наш народ любит такие истории описывать - о страстях, кровавых трагедиях, вмешательстве богов, о людях, что поднимаются к вершинам и теряют всё. Вспомни хотя бы истории об Антонии и Клеопатре, Сертории, Спартаке, том же Цезаре, ну, или Пирре Эпирском, если из эллинов кого брать.

Она из таких. Пиратка и разбойница, раздуватель мятежа против Рима, путешественница в дальние земли. Её называют царицей над воинами, будто в обескровленной Элладе, где не осталось свободы, она возрождала былое величие. Я не говорю уже о том, что сам образ женщины, занимающейся военным ремеслом, мужским уделом, казался весьма скандальным и привлекательным.

– В этом ты прав. Даже я знаю, что написано про неё немало, хотя и не исследовал этот вопрос специально, - кивнул Николай.

– Ну, а что ты о ней знаешь?
– спросил Клеарх не без подвоха.

– Хочешь проверить меня? Я уже сказал, что не разбираюсь в деталях.

– Расскажи самое главное. Ты же знаешь главное?

– Я не знаю, что там главное, скажу только о том, что знаю, - согласился на игру его друг.
– Ну, Зену называют уроженкой Амфиполя, у Полиарха я читал, что она была на шесть лет младше Юлия Цезаря...

– Ты читал Полиарха?
– усмехнулся юноша.

– Не перебивай. Она не могла стерпеть властвования римлян над родной землёй и поэтому вышла в море, занявшись пиратством, как многие тогда делали. Не было от неё спасения римлянам, потом же она встретилась с Цезарем, взяла его в плен, но он обманул её и сам захватил, прибив к кресту. Мне не кажется вероятным, чтобы человек мог выжить после такого, к тому же это кощунственно напоминает страсти Спасителя, но так рассказывают...

– Ну, не надо. Эта легенда о её распятии появилась ещё до страстей нашего Бога.

– Да, я знаю, - продолжил Николай.
– Итак, она выжила и спаслась с креста. Что там потом было? Она путешествовала долго где-то на Востоке, вернулась обратно, вновь начала воевать с Римом, во Фракии была и в Македонии, некоторые говорят, что всю Элладу обошла. Потом появилась Каллисто, её история совсем темна, знаю только, что две эти женщины боролись между собой, и Зена убила противницу. Я лично думаю, что это всё легенда. Ну, а потом эта война на наших землях, Цезарь сошёлся с Помпеем, и она там участвовала.

– Как она выглядела?

– Ты так спрашиваешь, будто я её видел. Описывают её как высокую женщину с тёмными волосами, стало быть, ионийская кровь, ведь Амфиполь - это колония Афин. Была она очень сильной, однако же и красивой одновременно. Да, и конечно говорят, будто отцом её был Арес, бог войны. Однако это уж точно глупость и нелепица.

– Я видел как-то её изображение, - сказал Клеарх.
– В Афинах у одного богатого человека стены комнаты были расписаны сценами из легенд, с ней связанных. Она была верхом, рядом же стояла и её спутница. Не могу, конечно, сказать, что эта картина отражает её реальную внешность.

– Да и жила ли она реально вообще?
– не унимался Николай.
– У меня, вот, нет в этом уверенности.

– Я не сомневаюсь. Есть, как минимум, два свидетельства авторов исторических трудов о ней. Во-первых, Симонид в своей "Истории деяний Помпея" говорит, что некая Зена сражалась на стороне Помпея в битве при Диррахии. Во-вторых, о ней коротко упоминает Деметрий в пятой книге "Митридатовых войн", он рассказывает, что она служила у царя, потом же сама билась в Элладе.

– Ну, тебе лучше знать.

– Ладно. Давай я почитаю, что-нибудь, дабы нам развлечься в дороге. Я взял кое-какие свитки о ней, ну, чтобы тебя в курс дела ввести.

– Тебе просто нравится...

– Ну, и это тоже, - не стал отпираться Клеарх.
– Это легенда от Эпомена Александрийского, мне нравится, как он пишет, подражая древнему слогу.

Он развернул на коленях папирусный свиток, отмотав до нужного места, и начал читать, часто даже не глядя в текст, ибо знал его хорошо:

– Огромная птица из дерева под парусами неслась по волнам, быстрый корабль, забывший гребцов, то ли игрушка, то ли друг холодного ветра, уходил от гнева морского Всадника, грохоча и взбираясь на валы. Зена тьмавласая, как Артемида-гроза, как статуя бога, на мачте стояла и взор обращала к Востоку, посейдонова буря была за спиной, а впереди - лишь ковёр бурного моря. Судно не знало пути, сбил его с курса к далёкому острову Владыка морей, звёзды не появлялись на затянутом небе, и землю, что жаждали как тёплого хлеба, никто не видел уже третий день. Матросы, отчаявшись в своих силах, просили Зену: "не упорствуй, молись Господину пучин, дабы он вернул нам надежду"; но она не отвечала им, вглядываясь в даль моря, ибо не желала потакать суровому богу. И снова просили её: "смирись и моли о прощении, мы знаем, что это из-за тебя пришло наказание"; но молчала она. И в третий раз они приступили к ней, ибо буря приближалась, готовясь разбить судно в прах, и Габриэль, прежде остававшаяся спокойной, теперь присоединилась к ним, говоря: "что ты оставила нас, смертных, внизу? неужто ты думаешь, что тебе не страшна морская пучина? но мы-то погибнем из-за одной твоей гордости, не оставляй нас и смири свою душу, дабы мы жили". Только тогда с мачты Зена ответила, весело прокричав, вместе с ветром: "не бойтесь! мы все смерти не избежим, но это будет ещё не сегодня, ибо я вижу знамение, грозному богу нас не достать, и я не смирюсь с его волей". В этот момент все узрели дельфина, поднявшегося из глубины и сверкавшего золотыми боками, за ним приказала воительница направлять судно, и вот, через бурю и волны, за чудесным дельфином они мчались до вечера, когда впереди в лучах уходящего солнца сразу многие увидели в ореоле тумана синеватую землю Британии...

– Так она была в Британии?

– Это не важно. Я уже говорил, что миф отделился от правды, и фантазия писателей более не сдерживалась уже ничем.

– Хочешь сказать, что это просто красиво? Согласен...

Они ехали, и деревянные колёса продолжали мерно грохотать о камень дороги, ко второй же половине дня телега сошла с имперского тракта, и покатилась по плотно утрамбованной грунтовке. Так было даже лучше, ибо тряска уменьшилась. Подумав и почитав свитки Клеарха, Николай вновь начал разговор о мифах: