Царская Семья - жертва темной силы
Шрифт:
М.В. Родзянко настаивал на своем. Он говорил, что они, монархисты, не могут молчать; что это опасное дело, и он должен довести его до сведения Императора; что могут возникнуть серьезные последствия для Династии. Закончил свои слова Родзянко просьбой к Императрице дать на это согласие.
Мария Феодоровна посмотрела на него своими добрыми глазами и сказала взволнованно, положив свою руку на его: 146
«Господь да благословит вас».
а потом добавила:
146
М.В. Роздянко, «Крушение Империи», с. 42.
«Но не делайте ему слишком больно».
В тот день, когда Государь согласился принять М.В. Родзянко, председатель Государственной Думы так волновался, что поехал с супругой в Казанский собор, чтобы отслужить молебен.
Сначала Михаил Владимирович докладывал Императору о текущих государственных делах. Потом начал говорить о Распутине: 147
«Ваше Величество, присутствие при дворе, в интимной его обстановке, человека, столь опороченного, развратного и грязного, представляет собой НЕБЫВАЛОЕ ЯВЛЕНИЕ В ИСТОРИИ РУССКОГО ЦАРСТВОВАНИЯ. Влияние, которое он оказывает на церковные и государственные дела, внушает немалую тревогу решительно во всех слоях русского общества. В защиту этого проходимца выставляется весь государственный аппарат, начиная с министров и кончая низшими чинами охранной полиции. Распутин - оружие в руках врагов России, которые через него подкапываются под Церковь и Монархию. Никакая революционная пропаганда не могла бы сделать того, что делает присутствие Распутина. Всех пугает близость его к Царской Семье. Это волнует умы».
147
М.В. Родзянко «Крушение Империи», с. 43.
Государь тогда спросил Родзянко, почему идут такие нападки на Распутина и отчего его считают вредным?
Председатель Думы стал рассказывать о том, что например, делается в Синоде, где произошел раскол; что иерархи, которые поднимают голос против Распутина, перемещаются или понижаются в должности.
Далее М.В. Родзянко стал показывать Императору письма-жалобы женщин, которых совратил Григорий Распутин.
В одном из писем женщина каялась, что подпала под влияние Распутина и он ее соблазнил, но ее объял ужас, когда она увидела, как Распутин выходил из бани в сопровождении ее двух дочерей.
Михаил Владимирович доказывал Государю, что Распутин хлыст, показывая ему разные фотографии. Он также показал вырезку из заграничной газеты, где было сказано, что на съезде масонов в Брюсселе говорилось о Распутине, как об удобном орудии в их руках. 148 Он говорил Государю, что близость Распутина ко двору создает опасность для Наследника Российского престола.
Во время всего этого разговора Император волновалс Он брал одну папиросу за другой и бросал их в пепельницу.
148
Там же, с. 45.
М.В. Родзянко обратил внимание Государя на фотографию, где Распутин был снят с наперсным крестом.
Император сказал: 149
«Да, уж это слишком. Он не имеет права надевать наперсного креста».
В конце разговора Родзянко стал говорить Государю, что если он имел несчастье прогневить его, если он превысил свои полномочия, то он снимет с себя звание председателя Государственной Думы. Он хотел исполнить свой долг. Он считал своей обязанностью довести до сведения Государя все. Он видит, какое волнение вызывает это дело в Думе и не мог молчать перед Императором.
149
М.В. Родзянко «Крушение Империи», с.45.
Государь поблагодарил Михаила Владимировича и сказал, что он поступил как честный и верноподданный человек.
Тогда М.В. Родзянко попросил Императора показать ему Наследника. Император велел вызвать Цесаревича.
Председатель Думы представился Цесаревичу Алексею, как «самый большой и толстый человек в России», чем вызвал смех. 150 Родзянко спросил его, был ли удачым накануне благотворительный сбор «колоса ржи»?
Михаил Владимирович пишет:
150
Там же, с. 47.
»… этот удивительно симпатичный ребенок весь просиял и сказал: «Да, я один собрал пятьдесят рублей».
Государь добавил:
«Он целый день не расставался со своей кружкой».
Председатель Думы заметил, что все солдаты охраны и служащие дворца смотрели с большой любовью на Наследника Цесаревича Алексе
Когда М.В. Родзянко уходил, старший камердинер Императора Чемодуров сказал: 151
«Ваше превосходительство, вы бы почаще приезжали к нам. У нас мало кто бывает и мы ничего нового не знаем».
151
Чемодуров последовал за Царской Семьей в ссылку в Сибирь.
Вечером того же дня, на квартиру председателя Государственной Думы позвонил по телефону А.С. Танеев, отец Анны Вырубовой. Он, заикаясь, пробовал говорить о Распутине.
М.В. Родзянко ответил:
«Рад, что вы сами признаете, что с вами есть причина говорить об этом мерзком хлысте. Я вам скажу, что если вы честный человек, вы должны его убрать из Царского - и вы знаете как».
На следующий день председателю Думы позвонил из Царского Села Дворцовый комендант генерал-адютант В.Н. Дедюлин и попросил с ним встретитьс
Когда Родзянко поехал к нему, В.Н. Дедюлин сообщил, что в тот вечер Государь почти не прикасался к еде за обедом и был очень задумчив. Дедюлин также передал Михаилу Владимировичу распоряжение Императора - взять из Синода все секретные дела о Распутине и произвести тщательное расследование.
После этого разговора М.В. Родзянко принялся за работу. Он досконально разобрался в деле участия Распутина в секте хлыстов. Картина создалась следующая:
Первый донос на Распутина, как на хлыста, был сделан тобольским уездным исправником губернатору Тобольска в 1902 году, на основании официального сообщения местного священника села Покровского.
Губернатор передал дело местному епископу Антонию. Владыка поручил заняться расследованием одному из миссионеров епархии. Последний произвел обыск в квартире Распутина и обнаружил много подозрительных вещей. В результате открылось полное подтверждение принадлежности Распутина к секте хлыстов.
Весь этот материал был передан епископом Антонием специалисту по сектантству Березкину, который состоял в должности инспектора Тобольской Духовной Академии.
Березкин долго работал, исследуя это дело. Но в это время Григорий Распутин уехал в Петербург и там вошел в доверие некоторых высокопоставленных лиц.
Следствие, произведенное Березкиным, вполне доказало принадлежность Распутина к секте хлыстов. Причем, Распутин был там не заурядным членом, а хлыстом «высшего полета», умелым пропагандистом и растлителем душ православных людей.
Получив доклад Березкина, епископ Антоний дал распоряжение Тобольской Духовной консистории передать Григория Распутина судебной власти.
Пока продолжалась переписка, Распутин успел вернуться в Покровское и начал строить себе новый большой дом. Перед всеми он хвастался дорогими подарками, такими, как собольей шубой, золотым крестом на золотой цепи и фотографиями влиятельных лиц Петербурга.