Чтение онлайн

Как только Петр научился произносить несколько слов по-английски, Оксфордский университет поспешил ему присвоить звание доктора. Молодой русский царь пытался усвоить все новое и научиться всему, что считал полезным для родного отечества. Он заявлял: «Я ученик и ищу учителя!» И скоро умел даже чинить ботинки и рвать больные зубы.

Последнее стало просто его страстью. Уже в Москве, а потом и в Петербурге, он всегда носил при себе набор медицинских инструментов и, если видел кого-либо на улице с опухшей щекой, тут же пускал свое умение в ход. Многие придворные потом горько сожалели, что пожаловались на зубную боль в его присутствии. Царь не упускал возможности тут же продемонстрировать свое искусство. А лучшим способом угодить государю считалось обратиться к его помощи, чтобы вырвать зуб.

В Западной Европе Петр пробыл почти пятнадцать месяцев, многому сам научился, многое познали его спутники, да еще царь набрал несколько сотен мастеровых и привез их в Россию.

Через Дрезден посольство доехало до Вены, и здесь путешествие было внезапно прервано. Из Москвы поступили тревожные вести.

Воспользовавшись отсутствием царя, стрельцы вновь взялись за оружие. Они подняли бунт, призывая не пускать царя в Москву за то, что он «уверовал» в немцев и сжился с ними. Опальная Софья, воспользовавшись недовольством стрельцов, через свою старшую сестру Марфу стала посылать им «грамотки», призывая их идти в Москву, — ведь после первого бунта стрелецкие отряды были расквартированы за пределами столицы. Ее приверженцы, явно намереваясь поставить у власти Софью, запертую в Новодевичьем монастыре, стали распускать слух, что государь за границей скончался.

Узнав об этом, Петр спешно возвратился в Москву, с помощью отрядов своих верных иностранцев быстро подавил восстание и учинил суд. Это был жестокий и кровавый суд. Бунтовщиков Петр приказал повесить перед окнами своей сестрицы или отрубить им голову — кровь лилась рекой… Казни продолжались несколько недель. Софья же, лишенная титула, до сих пор за ней сохранявшегося, была насильно пострижена в монахини под именем Сусанна и заключена в келье монастыря. Доступ к ней отныне был закрыт даже для ее сестер. Так и провела она в строгом заключении пять лет и в 1704 году скончалась — было ей сорок семь лет.

Подверглась опале и царевна Марфа, которая призналась, что поддерживала связь со стрельцами и говорила Софье об их желании посадить ее на царство. Сорокашестилетняя сводная сестра царя Петра была сослана в монастырь в ста километрах от Москвы, где стала монахиней Маргаритой. Свою младшую сестру, бывшую правительницу, она пережила лишь на три года.

Постриг приняла и царица Евдокия — жена Петра. Узел законного брака Петра Романова был разрублен. Ему донесли, что и она участвовала в заговоре. Маленького сына Алексея у нее отобрали, а ее, вопреки желанию, на крытой повозке, запряженной парой лошадей увезли в Суздаль, в Покровский девичий монастырь. Провожала Евдокию вся родня. Режим царице был установлен не очень строгий: хотя и названа она была старицей Еленой, черных одежд на нее не надели и поселили в уютной келье, в церковь же водили с почтением, прикрывая ширмой, чтобы уберечь от чужого недоброго глаза.

Итак, месть была свершена. Со стрельцами навсегда было покончено. Вместо стрелецких отрядов царь Петр создал совершенно новую армию по западноевропейскому образцу: был введен воинский устав, солдат одели в немецкие мундиры. Во главе русской армии были поставлены девятьсот иностранных офицеров, в основном немцев. А несколько позже были открыты специальные военные училища — морское, инженерное и артиллерийское.

Поехал российский государь за границу, чтобы изучить кораблестроение и мореплавание, а вернулся с мыслью переделать старую варварскую Русь и влить в нее Струю новой жизни.

Многое из того, что Петр видел на Западе, ему хотелось внедрить у себя на родине. Начал он с указа о бороде. В Европе ему бросилось в глаза, что мужчины (шли гладко выбриты, на Руси же брить бороду считалось смертным грехом. Вернувшись, Петр объявил длинные бороды признаком отсталости и собственноручно отрезал их всем, кто осмеливался явиться к нему на прием, так сказать, при бороде. В Москве же были созданы специальные бригады по брадобритию, и действовали они беспощадно. Многие, кто не избежал участи лишиться своей длинной бороды, прятали ее остатки в мешочек, как реликвию, и носили этот мешочек на груди до самой смерти, не желая расставаться с ним и в потустороннем мире. Те же, кто желал сохранить бороду, покорно уплачивали за нее налог. Только духовенство и крестьяне были освобождены от этой повинности.

Не только бороды срезались, но и укорачивались кафтаны. Петр ввел новое платье — отныне кафтан должен был быть коротким и иметь современный вид. Изображения установленных образцов платья были расклеены на улицах. И еще одно новшество: изменение календаря. Ведь отсчет времени на Руси все еще начинался от «сотворения мира». И вот пятый Романов ввел новое летосчисление: от Рождества Христова, как в европейских странах. Год 7208 стал 1700 годом, а Новый год начали праздновать не 1 сентября, как это было раньше, а 1 января. И чтобы русские знали, что делается на свете, государь велел издавать газеты.

Глубоко убежденный в целесообразности своих указов, издаваемых им с целью приблизить русский быт к тому образу жизни, который он видел на Западе, Петр шел напролом, йе считаясь с душевной болью своих сограждан. А наказания за невыполнение своих указов царь оправдывал следующим образом: «С другими европейскими народами можно достигать цели человеколюбивыми способами, а с русским не так: если бы я не употреблял строгости, то бы уже давно не владел русским государством и никогда не сделал бы таковым, каково оно теперь. Я имею дело не с людьми, а с животными, которых хочу переделать в людей».

Сколько распоряжений было сделано внуком первого Романова, чтобы смыть с русского народа пятно варварства! Был, например, еще в Древней Руси обычай убивать младенцев, рождавшихся уродами, часто под видом неполноценных детей убивали и нежеланных. Петр объявил отныне смертную казнь за это. А для детей-подкидышей около церквей были устроены специальные заведения. В окно, всегда открытое для этой цели, в любое время можно было подложить нежеланного ребенка. По всем губерниям и городам велено было открыть дома для приема незаконнорожденных детей. Стали строиться заведения для больных и престарелых, появились первые аптеки. Москва обязана царю-реформатору своим первым военным госпиталем, к которому затем добавились хирургическая школа и анатомический кабинет. Был заложен ботанический сад, где государь лично посадил некоторые растения.

О теремной жизни русских женщин было уже сказано. Петр приказал покончить с затворничеством девиц и замужних женщин. Для этой цели он учредил особые собрания, которые назывались ассамблеями и которые должны были проводиться поочередно в знатных домах с четырех часов пополудни до десяти часов вечера. Хозяева обязаны были заботиться об освещении комнат и угощать гостей чаем и другими напитками. Отдельная комната предназначалась для игроков в шахматы, там же можно было курить. Азартные игры — в карты или кости — запрещались. Приглашения на эти ассамблеи не бывали личными: обычно составлялся общий список приглашенных, который накануне собрания опубликовывался полицмейстером или комендантом. Приходить разрешалось в любое время, но не раньше и не позже установленного часа. Женщины должны были являться на ассамблеи в обществе мужчин. Первое место среди развлечений занимали танцы, и так как подданные Петра не умели танцевать, то он сам принимался обучать их этому искусству — проделывал па во главе шеренги кавалеров, и те должны были в точности повторять каждое его движение. Мужчины могли приглашать на танец любую женщину. Так появилась возможность завязывать знакомства. Отныне приветствовались браки, заключенные по желанию детей, а не по произволу родителей. Так русская женщина приобщалась к общественной жизни по примеру западных стран. Кроме того, российская аристократия приучалась к европейским формам обхождения и к общению с иностранцами, приглашавшимися, как правило, на эти ассамблеи.

Много других новшеств появилось в царствование Петра. Каждый дворянин отныне непременно должен был знать грамоту и арифметику. Впервые были открыты школы и академии для обучения различным профессиям. Достигнув совершеннолетия, дворяне обязаны были являться на смотр государю; он назначал, кого в армию, кого в гражданскую службу, кого отправить учиться за границу. Книги европейских писателей стали переводиться на русский язык и печататься не церковнославянским шрифтом, а светским. Попы бросали эти книги в грязь, топтали, называя напечатанное ересью. Петр упразднил звание патриарха и создал Священный Синод — собрание архиереев, руководимых представителями светской власти. Упразднена была и Боярская дума. За границей приобретались произведения искусств, послужившие началом коллекции Эрмитажа. В Москве открылся первый публичный театр. Руководить театром был приглашен немец Иоганн Кунст, который привез с собой артистов и музыкантов. Сначала спектакли игрались на немецком языке, а позднее в русском переводе.