Чтение онлайн

– Прекрасно, - удовлетворённый успешной сделкой, Олли Мот повернулся в сторону стены. Только теперь я заметил тихий монотонный звук и посмотрел туда же, куда и наш наниматель.

На гладкой поверхности висела круглая коробочка со стеклянной крышкой, цифрами по краям и тонкими полосками, торчащими из середины наподобие солнечных лучей. Короткая стрелка касалась цифры два, а длинная двенадцати. Кажется, я видел нечто похожее в мастерской Сахар… только символы там были наши, а не имперские.

– Встретимся в шесть у входа в эту убогую конуру, - сказал Олли Мот и удалился вверх по скрипучей лестнице, ведущей на второй этаж.

– Что произошло? О чём так долго трепался тот мерзкий мужчина?
– требовательно поинтересовалась Адигора.

Выходя наружу и наполняя грудь порцией свежего воздуха, я готовился к объяснениям, которые задолжал не только Адигоре, но и остальным, ожидающим нас возле здания, увенчанного огромным глазом.

К моему удивлению, у закрытых дверей стояла одна только Новжа вместе с парочкой незадачливых стражниц. Падве ещё не совсем остыла и колотила сжатым кулаком каменную стену оказавшегося довольно крепким белокаменного здания. Ром было открыла рот, чтобы спросить об исходе драки, который, впрочем, и так был достаточно очевиден хотя бы по тому что мы вернулись в целости, как к группе присоединились остальные.

У Димбо восторженно блестели глаза. Она раскрыла ладошку, демонстрируя игральные кости с наполовину стёртыми чёрными точками по бокам.

– На жемчужину обменяла, - сообщила она вдохновенно.
– Чудные, правда?

– Где ты взяла жемчужину?
– удивилась Новжа.

– В Жемчужине, - ответила объездчица со скепсисом на лице.
– Где же ещё? Они же там под ногами валяются, бери не хочу.

– И ты обменяла жемчужину на этот мусор?
– тон Арчи звучал непривычно осуждающим.

– Я говорила, что не стоит этого делать, - заметила Малка самодовольно.
– Слишком уж они обрадовались этой сделке, чуть не подрались за чёрный крохотный шарик.

Димбо прищурилась, недоверчиво глядя в собственную ладонь.

– За чёрную жемчужину мы могли бы все вместе семь лун прожить в таверне, у каждой была бы личная комната и трёхразовое питание, состоящее из самых отменных блюд, - объяснил Арчи терпеливо.
– А вырученное тобой, Димбо, стоит не больше пары медяков, на которые не купишь больше куска чёрного хлеба.

Левый глаз Димбо нервно задёргался:

– Да, я... Да, я.… найду этих мошенников и запихну эти штуки им в глотку, а Падве их поколотит.

Перестав дубасить стену, стражница размашисто кивнула, подтверждая своё участие в компании возмездия, и сжала ещё и второй кулак.

Наблюдая за вспышкой праведного негодования, я мысленно порадовался, что похитители и убийцы женщин не добрались до Жемчужины. Тогда бы они поняли, что в Светлом крае многим можно поживиться, помимо рабов.

Девушки болтали, интересуясь нет ли у Димбо или у кого ещё другой жемчужины. Но Арчи дал совет не разбрасываться такими ценностями направо и налево, не делать ничего, способного раскрыть нашу истинную сущность. Все успокоились, а Димбо, несмотря на продемонстрированное возмущение, спрятала обменянные игральные кости в карман штанов.

– Нас с Адигорой наняли, - сообщил я остальным, - в качестве охраны на одной сделке.

– Наверное, я упустила момент, когда давала своё согласие, - ровно заметила Адигора.

– Не упустила бы, если бы хоть немного выучила язык, - не сдержался я.

Смерив друг друга негодующими взглядами, мы отложили выяснение отношений до лучших времён. Ещё немного посовещавшись, решили, что Арчи вместе с Ром отправятся на поиски контор работорговцев, если они вообще имелись в этом городе. А Малка, Падве и Димбо пойдут по объявлениям о работе, которые Арчи высмотрел на доске. Стражниц нельзя было отпускать в одиночку, в особенности запальчивую Падве.

Обозначенный общими усилиями план воодушевил всех. Мы вернулись на «Зарю», чтобы пообедать и проведать напряжённую незнакомой обстановкой Риф, а затем разошлись кто куда.

– Тебе не стоило договариваться с тем мужчиной, - продолжала гнуть своё Адигора, пока мы ждали перед входом в «Безголовую курицу».

Я решил её игнорировать, ненавидел, когда поучали. Даже если это была Адигора, особенно если это была она.

На противоположной стороне улицы располагалась лавка, заполненная «часами», как их назвал Арчи. Множество безостановочно тикающих аппаратов, совершенно бестолковых с виду, похожих на глаза слепцов. Они пялились на нас, раздражая беспрерывным движением стрелок. Показывали без пяти минут шесть.

– Нутром чую грядущие неприятности, - изрекла Адигора пророчески и, наконец, замолчала.

Когда длинная стрелка коснулась цифры «12», к двери таверны подошёл горбатый мужчина, нагруженный тяжёлым мешком. Он шумно и прерывисто дышал, отдуваясь, снял груз с костлявых плеч и осторожно положил на землю, прислонив его к коленям. Куском рваной тряпки стёр пот с лысины и испещрённого морщинами лба. Одет вполне опрятно, но просто, в поношенных, местами стёртых до дыр, сапогах, бесспорно раб стоял сейчас рядом с нами, но не проявлял и капли любопытства по отношению к двум незнакомцам. Не взглянул ни разу в нашу сторону и не пытался заговорить.

Дверь таверны распахнулась, ударившись ручкой о деревянную стену. Наружу выбрался Олли Мот и с видом родовитого аристократа оглядел ожидающих его персону людей. Он опоздал на целых десять минут и, наверняка, сделал это намеренно.

Приблизившись к рабу, треснул его по спине с такой силой, что получившийся звук ударил по ушам.

– Немедленно подними мешок с земли, никчёмная тварь, - прошипел Олли Мот.
– Дождёшься, что избавлю от необходимости стричь ногти на пальцах ног и латать носки сапог тоже больше не понадобится.

Раб с усилием поднял увесистую поклажу и повесил на ноющую от боли спину. Я постарался изобразить равнодушие к жестокому обращению, чтобы лучше вписываться в играемую роль, но мне это не слишком удалось, в отличие от Адигоры, оставшейся всё такой же бесстрастной.

– Мы готовы идти, - сообщил Олли Мот и возглавил процессию, вышагивая впереди с бравадой Императора.

– Когда мы получим деньги?
– поинтересовался я, нагоняя его.

С мерзкой ухмылочкой Олли Мот вручил мне холщовый мешочек, перетянутой бечёвкой:

– Тут девяносто, ещё столько же будет после сделки, - я успел взять медяки, когда прозвучала вторая половина фразы, - мой храбрый коротышка.

Даже не знаю, что разозлило меня сильнее, то, что этот тип считал нас своей временной собственностью или насмешки над моим ростом. Живя в Светлом крае, я никогда не ощущал себя хуже других из-за того, как выглядел, но теперь вдруг узнал какого это. Всё-таки большинству здешних мужчин я был где-то по грудь. Это рост Адигоры можно было считать выше среднего по имперским меркам.