Catастрофа
Шрифт:
– С ним все в порядке?- взгляд его остановился где-то на уровне талии подруги, словно пытаясь понять, все ли там на месте, но при всей его невозмутимости... хотя какая там невозмутимость, парень был подавлен, растерян и, похоже, ждал самого болезненного удара в своей жизни.
Не отдавая отчет своим действиям, Дашута положила руку на еще плоский животик, словно защищая своего, не родившегося, малыша. Лицо ее посветлело, а скользнувшая по губам улыбка становилась ярче с каждым мгновением.
Но, увы, Илья всего этого не замечал, повисшая тишина его жутко напрягала и, что уж там, пугала.
– Все хорошо!- наконец произнесла она, привлекая к себе внимание,- все хорошо...
И в тот же момент вновь попала в объятья своего любимого. По палате разнесся счастливый Дашутин смех.
– Я так волновался, боже, ты даже не представляешь! Три недели я ждал, когда ты все расскажешь...
Смех тут же прекратился, а подруга чуть смущенно призналась:
– Я не знала...
– Не знала, что я не нахожу себе места из-за твоего молчания?- не переставая улыбаться спросил Орлов.
– Три недели назад я еще не знала, что беременна,- промямлила девушка, вызвав нервный смешок Ильи.
А через мгновение мы уже не сдерживая себя хохотали над столь необычным поворотом судьбы.
***
Полчаса спустя, вдоволь насмеявшись и наплакавшись, мы наконец-то успокоились.
Дашка и Илья ни на секунду не отпускали друг друга, я тоже в кои-то веки расслабилась. Все же будь что будет, но именно сейчас я понимала, что Матвей нужен мне здесь и сейчас, нужен как воздух. Сейчас я не представляла свою жизнь без этого человека, может быть пройдет время и я пойму, что все это ошибка и мной самой придуманная сказка, но это будет потом. Потом я буду жалеть себя, а сейчас хочется почувствовать его рядом, его тепло, нежные объятья и горячее дыхание, чуть щекочущее шею. И Архипов это понимал и активно пользовался, а я не слишком сопротивлялась.
– Ну а ты когда обрадуешь меня сыном?- прижав покрепче (похоже, чтобы не сбежала), чуть громче, чем надо сказал Матвей, сверля меня своими черными глазюками.
– Еще неизвестно кто будет у Орловых,- решила интерпретировать по-своему его немного двусмысленную фразу.
– Не важно. Ты обещала мне сына,- безапелляционно заявил этот нахал.
– Ты перегибаешь палку,- зашипела я, но, похоже, Архипов уже и не слушал меня.
– Хотя не важно. Когда мы поженимся, тебе просто некуда будет деться.
– С чего ты взял?!
Что я там говорила про взаимопонимание? Забудьте! Сейчас я буду убивать!
– Ну, это вполне логично,- пожал плечами еще ничего не подозревающий смертник,- здоровый мужчина с вполне определенными потребностями, рядом с красивой женщиной. Когда я выпишусь, пойдем в ЗАГС и оповестим государство, что мы спим вместе.
– Не ломай комедию, Архипов!- вскочив с насиженного места, я приняла уже полюбившуюся мне позу "руки в боки".
– Разве мое предложение похоже на комедию?!- начал повышать голос Матвей.
– А разве нет?! Я не пойду за тебя замуж!- топнув ногой, заявила я, полностью противоречив своим утренним мыслям и желаниям.
– Это не обсуждается!- бодрым козликом подскочил со своего места парень, смотри-ка и не болит у него ничего!
– Самовлюбленный индюк!
– Идиотка!
Ах так!
– Не смей ко мне больше приближаться, Архипов!
Выкрикнула я и понеслась к двери. Услышав лишь непонятную фразу Даши: "вообще на ошибках не учатся...",- и разъяренное рычание и скрежет зубов.
Думаю, теперь точно всему конец! Баста! Определенно! Я не собираюсь больше этого терпеть!!!
Матвей
Осень в этом году пришла рано. Уже пожелтевшие листья колышутся на облезлых ветках. Довольно обыденное зрелище.
Сегодня наконец-то решился сделать хоть что-то, хотя как решился? Сдался дурацкому щемящему чувству, оставшемуся после Дынькиного ухода.
Думаете, я идиот? Возможно... даже, наверное, так оно и есть. Глупая девчонка, чего ей стоило остаться и превратить все в шутку? Я бы согласился, ждал бы столько, сколько ей бы понадобилось, чтобы принять верное решение.
Сглупил. Не отрицаю. Туманное очертание мира и понимания, образовавшегося тогда, развеялось из-за нетерпеливости и неосторожности.
А ведь чувствовал, что так оно и будет, но поделать с собой все равно ничего не смог. Увидеть эти горящие, чуть прищуренные глазки, пылающие щеки стало смыслом жизни. Садист... ха.
Ждал? Конечно же я ждал, что она вновь придет ко мне, ведь она всегда приходила. Наивный идиот.
А когда меня выписали, было уже поздно. Соседняя квартира обрела своих новых жильцов. В тот момент и правда решил, что это конец. Как обычно это бывает, на место отчаянья пришла злость... злость на себя... конечно же на себя! Моя девочка ведь понимает, какой я придурок... понимала... но все равно сбежала.
Адрес ее родителей все еще лежал в бумажнике, но идти не было сил.
Трус? А как же без этого? Конечно же, я боялся, хотя чего именно и не знал. Того огня в глазах? Наврядли. Его-то и хотелось больше всего увидеть вновь. Нового отказа? Наверное, к этому я был готов. Равнодушия? Да, я долго искал это в себе, ведь равнодушие лечит, успокаивает. Сам был готов, но она... она не я, ураган эмоций, буря страстей. Равнодушие с ее стороны - это конец... конец всему, что я уже успел себе напридумывать.
Так и тянул. День, неделя, месяц, вот уже и лето кончилось. Пора было решать, что же делать дальше. Отпустить или бежать следом.