Чтение онлайн

Жужжание уже началось. Опять.

Она напомнила себе о том, что это – возможность получить ответы. Она зажмурилась и сосредоточилась на глубоком дыхании. Пульсирующий гул усилился. Мысли потекли медленнее. Она заставляла себя прекратить сопротивляться, постаралась расслабиться и раствориться в мгновении…

Прилив радости подсказал ей, что ее собеседник рядом.

Она полусонно разжала веки и оказалась в хижине.

– Привет.

– Доктор Джейн Холлоуэй, ты не рассказала другим про наш уговор.

Джейн резко насторожилась. Голос звучал… сердито. Разве компьютер мог рассердиться? Она медленно повернулась по кругу и заставила себя придать лицу нейтральное выражение, хотя мышцы словно бы задеревенели.

– Привет. Ты не сказал мне, как тебя зовут.

Голос зазвучал нетерпеливо:

– Не понимаю. Это крайне важная информация. Ты должна их оповестить.

Джейн покачала головой.

– Они мне не поверят. Они… У меня нет доказательств.

Она задумалась о том, чем занимается, – произносит виртуальные слова виртуальным ртом, потому что ее тело на самом деле находилось внутри космической капсулы «Провиденс» и она была без сознания. Наверняка она плавала в воздухе и натыкалась на разные предметы. Она опустилась на кровать, вдруг потеряв уверенность.

– Может быть, я сошла с ума.

– Доктор Джейн Холлоуэй, есть срочное дело, которое требует вашего внимания. Не время погружаться в иллюзорные фантазии.

Джейн с опаской встала. Это странное общение расслабляло ее, разоружало. Она начинала забывать о том, как опасна эта ситуация, ее покидала обычная осторожность, у нее вылетели из головы все вопросы, которые она собиралась задать.

– Что?

– Я не могу уберечь их от беды. Я пытался предпринять сдерживание и недопущение, но средства управления не реагируют так, как должны. Природа заражения такова, что оно прерывает необходимые нервно-электрические цепочки. Я неподвижен и нем. Только с тобой я способен поддерживать связь. Остальные для меня не открыты. Я не могу на них влиять. Ты и только ты одна должна действовать.

В голосе завибрировали истеричные нотки.

Джейн напряглась. Ее вдруг охватил страх.

– О чем ты говоришь?

– Я предположил, что твоя личность хорошо ответит на любые исследовательские усилия. Я мог бы направлять тебя и отговаривать, если понадобится. Однако в настоящее время четыре индивидуума присутствуют в двух секретных помещениях, а двое из них находятся в губительной близости от опасности, которая грозит самому их существованию. Мне бы не хотелось их истребления.

Голос звучал надменно, самодовольно.

Рука Джейн рефлекторно сжала спинку стула.

– Истребление? Ты говоришь, что остальные астронавты в смертельной опасности?

– Доктор Джейн Холлоуэй, я жду от тебя предотвращения надвигающейся катастрофы.

– Как? Скажи мне как. Скажи, что я должна делать. Что за опасность?

– Жди. Я отправляю данные.

Джейн пошатнулась. Жужжание у нее в голове звучало все громче. Понимание проникало внутрь ее с новой, волнующей остротой. Она ощущала вибрацию с силой, дотоле неведомой. Она чувствовала полет каждой крошечной пчелки. Она чувствовала, как создаются связи, как отдельные нейроны выстреливают гораздо быстрее, чем, по идее, могут. Она чувствовала себя отделенной от себя самой, отрешенно наблюдающей, а в это время пространство между ее ушами расширялось для восприятия…

Она ахнула. Ее сознание заполнили трехмерные карты интерьера «Цели» в сопровождении чего-то наподобие описания функций и содержимого каждого сектора. Она упала на четвереньки и попыталась как-то справиться с потоком информации.

– О боже… – прохрипела она.

– Если хочешь, я бы с признательностью обсудил существование божественных форм жизни, но, быть может, нам лучше поговорить о более насущных делах? Было бы предпочтительно отложить этот разговор на какое-то время до полного запечатления приказа и запоминания картины управления. Однако в данный момент это жизненно важно. Ты готова приступить?

– Нет! Просто… перестань! – Джейн извивалась на шершавом, пыльном полу хижины, сжимая руками голову. Маленькие сверкающие пчелки вырастали внутри, производили связи, что-то переписывали и оставляли после себя горящие следы, передавая данные. – Останови этих пчел! Пожалуйста! Это чересчур!

– Доктор Джейн Холлоуэй, тебе тяжело. Я помогу.

Джейн ощутила подъем, облегчение, уменьшение боли. Она открыла глаза в темноте, но эта перемена ее не испугала, а только вызвала любопытство. Ей казалось, что ее обняли, ей было тепло и спокойно. Это было чудесно, но и пугающе.

– Что ты сделал со мной?

– Я просто разделил мыслительные слои. Ты по-прежнему там, но еще и здесь. Я не осмеливаюсь слишком долго держать тебя без прикрытия. Это могло бы вызвать когнитивный диссонанс. Я не знаю, как ваш вид может отреагировать на подобное вмешательство.

У Джейн было такое ощущение, что она уходит все дальше и дальше от реальности.

– Здесь – это где?

– Со мной.

– Где ты? Физически?

– Я здесь.

Это существо явно предпочитало обтекаемые, двусмысленные ответы. Если бы ситуация не была настолько экстремальной, Джейн бы весело расхохоталась.

– Что это за форма общения? Как мы это делаем?

– Я проник в дремлющий участок твоего головного мозга. Стимуляция этой области активирует ранее невыраженный генетический материал, что, в свою очередь, возбуждает текущие структурные улучшения, облегчающие данный метод общения. Коротко говоря, мое экспертное вмешательство мне подсказывает, что у тебя происходят ускоренные эволюционные изменения.

Джейн слышала слова. Она улавливала их значение. Но она не могла понять их смысл.

А голос продолжал без остановки:

– Это любопытство. Ты концептуально знаешь об индивидуумах в твоем мире с такой способностью, однако создается такое впечатление, что ваша цивилизация решительно отрицает саму возможность существования такой способности. Подобная близорукость – преграда на пути прогресса вашего мира. Недостаток науки – если не воображения. И все же в целом все вы шестеро обучены стандартам научных исследований. Ваш вид исчезает, доктор Джейн Холлоуэй.

Джейн сглотнула подступивший к горлу ком.

– Ты и с другими так общаешься?

– Нет. Это невозможно.

– Почему?

– Я способен просматривать чужие мысли и воспоминания, что-то узнавать – в ограниченном масштабе, но я не могу с ними общаться. Быть может, со временем это станет возможно. Им не дается менсентентийский. Это мешает общению.

Джейн силилась уловить ход мыслей незнакомца.

– Менсентентийский?

– Общий язык.

– Что? Послушай, ты должен объясниться. Я не понимаю, о чем ты говоришь.

– Я бы посоветовал более сдержанное, спокойное отношение, доктор Джейн Холлоуэй. Я не учитель. Я не получил требуемых инструкций.