Целительница его сердца
Шрифт:
– Ава! – молниеносно вспомнил я про подругу Айрин, - Немедленно разыщи мне Аву!
– Сейчас, господин, будет сделано – Брюйе как ветром сдуло.
Через несколько минут запыхавшийся старик вел для меня Аву, чуть ли не подталкивая девушку в спину.
– Я говорила ей, говорила! – в истерике выкрикнула Ава. – Никакого дядюшки у Айрин и в помине нет! Ее просто-напросто украли, а она поверила, как дурочка!
Час от часу нелегче.
– Что за тип это был?!
– Такой низенький противный мужичонка с усишками и поросячьими глазками, - всхлипывала девушка. – наплел ей с три короба, она и поверила…
– Демонова Бездна! – рявкнул я ругательство, а Ава при этом покраснела. – Кто его впустил на территорию Академии?!
– Мадам Соба… она сообщила Айрин, что ее ожидают в комнате для посетителей.
– Ах, мадам Соба… - протянул я недобро.
Теперь все ясно. Эта самая мадам не понравилась мне с первой минуты пребывания, а еще она терпеть не могла сироток, это было понятно и без ментальной магии.
Тут же потеряв всякий интерес к Аве, я развернулся и поспешил в главный корпус Академии.
– Где Соба? – рявкнул я на сидевших в учительской преподавателей.
Женщины ахнули, стали моментально подбирать многочисленные юбки, некоторые из них кинулись к зеркалам в поясных сумочках, вытащили губные помады, и прочую косметику. Дуры! На кой демон мне все эти женщины, когда МОЯ Эрин в опасности?!
– Господин! – нашлась лишь одна, сумевшая сохранить здравый рассудок в моем присутствии преподавательница. – Мадам Соба сейчас в сиротском общежитии, она…
– Привести немедленно! Даю вам пять минут! – приказываю я. – Остальным всем живо покинуть кабинет!
Преподаватели бросились от меня врассыпную, я был только рад этому. Вскоре ко мне заглянула запыхавшаяся и растрепанная Соба. Особо не церемонясь с противной женщиной, я затолкал ее в опустевшую преподавательскую, и немедленно обхватил ее голову обеими ладонями. Нет, я не собирался сворачивать ей шею, хотя этого она как-раз-таки и заслуживала, после того, как поступила с Эрин! Мне нужны были лишь ее воспоминания.
Воспользовавшись своей ментальной магией, я заглянул в ее воспоминания, чтобы точно увидеть, кто именно забрал мою Эрин.
И увиденное меня не обрадовало. Демон! Лучше бы я ее сам насильно отвез в свой замок, там бы с ее головы ни один волосок не упал!
Грубо швырнув находящуюся в трансе Собу на диванчик для отдыха, я наслал на нее заклятие сильнейшей мигрени. Пусть помучается, тварь!
Я же направлялся к Эрин. Найду и проучу! И тех, кто это сделал с моей истиной, и с саму истинную тоже проучу, только по-другому!
Глава 33
В кантибэге было тесно, воняло пылью, а еще в мою спину и ноги то и дело впивались крошки от хлеба и булок, которыми я до этого подкармливала своих питомцев. Надо будет порядок навести, хотя бы крошки вытряхнуть, когда я вернусь домой.
Угу, а вернусь ли? И в какой дом я собралась возвращаться? Нет у меня дома своего! По крайней мере в этом мире. Снаружи кантибэга заварушка, тем временем, набирала обороты. Я слышала ругань, глухие удары, и звуки стали, бьющиеся о сталь.
– Айрин! – прозвучало совсем рядом. – Айрин, я знаю, что ты где-то рядом! Вылезай!
Этот строгий голос Дарка Омара Винтера я узнаю из тысяч голосов! Плюсом ко всему, метка его вещи на запястье вспыхнула ярким светом, и ощутимо кольнула мою нежную кожу.
– Айрин, я их всех изрубил, вылезай! – повторил Винтер.
– Нет, я боюсь трупов… - пискнула я.
– Демонова Бездна! – грязно выругался куратор.
Потом послышались звуки протаскивания каких-то мешков по соломе, и гулкие шлепки о землю, будто эти мешки выкинули в помойку.
– Вылезай, Айрин, нет здесь никаких трупов!
Я боязливо выглянула из кантибэга. Куратор возвышался надо мной.
– Эм… вы их вытащили?
– Вот еще вытаскивать, руки марать! Я их поднял из мертвых, и они сами уперлись отсюда.
Как ловко и весьма удобно, - подумалось мне. Изрубить негодяев, поднять из мертвых, чтобы убрались, да еще и чтоб закопались там! Дарк Омар Винтер – страшный человек. Да и человек ли он вообще?!
***
Дарк протянул мне свою широченную ладонь. Я вылезла, полностью ее проигнорировав, да еще и энциклопедию потяжелее с собой прихватила. И как запущу ею, прямо в его прекрасное самодовольное лицо!
Дарк был настолько ошеломлен моим поступком, что никак не успел ни увернуться, ни остановить фолиант магией.
– Айрин, что случилось?! – в полном ошеломлении спросил он, оттирая кровь из рассеченного виска.
– Как вы могли?! – я полезла в кантибэг, чтобы достать еще одну книгу. – Как вы могли поступить со мной так?!
Книги полетели в голову куратора, но теперь он был на чеку, и остановил их всех. Фолианты зависли в воздухе, а потом попадали на пол.
Я разозлилась, и стала шарить чем бы еще таким запустить в наглючую кураторскую рожу, и мне под руку попалась Тыковка!
– Хи-хи!!! – взвизгнула она истерично и отпрыгнула от меня. Но разбивать верную питомицу о башку коварного Винтера мне не хотелось, поэтому я оставила испуганную Тыковку в покое.
– Айрин, успокойся! – повысил голос куратор на один тон. – Объясни мне, что это за истерика?
– Истерика?! – кричала я на мужчину. – Да что вы себе позволяете?
– Я тебя пальцем не тронул. – спокойно возразил Дарк.
– А вот это что?! – Я ткнула ему своим запястьем прямо перед его глазами.
Там естественно ничего не было, и я, не нашла ничего лучше, чем провести по руке языком.
Куратор в полном обалдении наблюдал за тем, как я облизала запястье, и на нем резко проявилась метка.
– Что это такое?! Думаете, я не знаю?! Вы меня за кого держите?! Уберите это немедленно, не то…
Договорить гневную фразу я не успела. Могучий куратор, выше меня на две головы, и больше раза в три, просто смёл меня в охапку, я и взвизгнуть не успела, как его твёрдые чувственные губы смяли мои, и впились в меня в мучительном неистовом поцелуе!
Теперь настал мой черед быть парализованной от действий куратора. Поцелуй вышел столь ошеломительным, столь неожиданным, что я на какие-то мгновения растерялась, и не знала, что мне делать дальше. Я целовалась. Еще в прошлой жизни, до попадания в этот мир, у меня были и свидания с парнями, и поцелуи, разумеется. Но этот поцелуй Дарка Винтера не имел ничего общего с ними! Дарк целовал мои губы так, будто не целовался целую вечность. Да и не поцелуй это был. Он пил меня! Пил, точно путник, неделю ходивший под палящим солнцем, а потом наткнувшийся на источник с прохладной водой!