Чтение онлайн

Раньше страну, вне зависимости от царя и вельмож, от общественного строя и идеологии, держала община, местное сообщество. Она была ее горизонтальной основой. Вертикаль власти, являясь столбовой осью государства, тем не менее, не подменяла и не могла заменить в системном плане горизонтальный местный уровень жизни людей. Сейчас желание всю частную и самодеятельную жизнь людей прибрать к рукам и управлять ею из единого центра. Это примерно то же самое, что попытаться поверить, что наша звезда Солнце вращается вокруг планеты Земля, а не наоборот, как есть в действительности. Или же что дважды два не четыре, а пять или шесть. Скажете, мракобесие какое-то.

Общество стремится к самоуправлению. Хотя, конечно, многие от него отвыкли. Слишком долго их от этого ответственного отношения к себе, к своим детям, к своей стране отучали. Но говорить, что общество не готово к демократии, и носиться с этим утверждением как с писаной торбой уже не стоит. Потому что так и хочется крикнуть по Станиславскому: «Не верю!» Общество готово к переменам. И оно должно быть поддержано прежде всего теми, кто понимает остроту ситуации. Например, такими непохожими друг на друга людьми, как упомянутая здесь принцесса Диана и Муаммар Каддафи. Они ушли, потому что оказались политически невыгодны нынешнему мировому истеблишменту. Мешали жить спокойно и уж слишком много притягивали к себе общественного внимания. Настолько мешали, что прах Каддафи развеяли над пустыней, чтобы не допустить паломничества его многочисленных сторонников к месту захоронения. Вот именно поэтому так редко в нашей жизни мы пользуемся заветами достойных людей своего Отечества: Ломоносова, Бердяева, Ильина, Менделеева, Вернадского и других мужей России.

Мы много знаем. У нас есть желание узнать больше. У нас много креативных и по-настоящему талантливых людей. Выходит, что у нас есть все, что надо для развития. Российский ученый-правовед Юрий Голик справедливо отмечает, что у нас есть «светлые головы (которым затыкают рты), умелые руки (по которым постоянно колотят коррумпированные чиновники), новые идеи (за которыми гоняются западные обленившиеся специалисты). Нет только одного: желания и стремления все это собрать и заставить работать на благо страны». Почему?

Нам необходимо сегодня взглянуть на себя и на свой мир как бы со стороны. В том числе и из космоса. Видеть, как страдает планета от рук человеческих. И как она оживает, когда ее начинают лелеять и холить хотя бы в какой-то части суши. Будем гордиться содеянным, а не разрушенным и утраченным. Покажем маленькому ребенку Луну за окном, а потом примерим его молодой растущий пытливый разум к бесконечной Вселенной. Научим себя и малыша сверять свою жизнь, глядя на себя со стороны. Сверять свою поступь всю свою сознательную жизнь с космосом и своим вторым «я». Что происходит, какие волнообразные течения проносятся мимо нас, в каких течениях и вихрях мы хотим поучаствовать сами, от каких хотим избавиться, чтобы они, как торнадо в Америке, не смахнули бы всех нас вместе взятых — власть, граждан, наши жилища.

Главная проблема общества сегодня — это потеря мотивации к труду. Стойкой мотивации, что твой труд будет справедливо оплачен. В связи с этим потеря ориентира, вектора движения. Ну скажите, зачем работать, если сосед, брат, сват, любовница могут получить в 100 раз больше, ничего не делая? Зачем открывать бизнес, если его либо разорят, либо отберут в любой момент те, кому он вдруг приглянулся? Зачем добротно учиться, если справедливой работы по специальности все равно не найдешь? Все места заняты родственниками и знакомыми. Зачем быть законопослушным, если большинство правовой практики решается в режиме «телефонного права». И еще много таких «зачем». Плюс дополнительное оболванивание населения через СМИ и выплата не заработанных, а отжатых зарплат. Сейчас мы живем не по результатам труда. И наши цены подтверждают это. Безумные, ничем и никем по большому счету не просчитанные цены на жилье, коммуналку, бензин. И никого уже не волнует особо производительность труда. Потому что социально-экономические категории, сопряженные с принципом справедливости, перестают работать и служить ориентирами в обществе. Они перестают быть стимулами творить и жить по средствам и своей головой.

И это мир, за который мы должны сами взять на себя ответственность, потому что никто не даст нам избавления — «ни царь, ни бог и не герой». И построить в высшей степени реально справедливое общество. О справедливости в качестве оценки высших индивидуальных свойств каждой личности. Об этом очень точно сказал Иван Ильин: «На самом деле люди неравны от природы и неодинаковы ни телом, ни душой, ни духом… Справедливость требует неравенства для неравных, но такого неравенства, которое соответствовало бы действительному неравенству людей…» Все гениальное просто. Нужно и нам попытаться хотя бы немного приблизиться к пониманию сути вещей. Ценностей современного мира, за которые разворачивается борьба. В зависимости от ее результатов и будет прочерчен новый вектор цивилизации. Или не будет. И в том, и в другом случае виноваты будем мы сами.

Еще в школьные годы тяга к истории и географии предопределили мои будущие увлечения социальными процессами и, сложившись вместе, увели в политологию, а затем — практическую политическую и научную деятельность. Позволили защитить кандидатскую и докторскую диссертации по политическим наукам. Это сейчас становится ясно, как такой вроде бы «не главный» предмет, как география, превращается сегодня в важнейшую геополитику, а история, если ее изучать вживую, учит пониманию политических и социальных процессов. И вообще, по меткому замечанию актера Вячеслава Тихонова, сыгравшего в культовом советском фильме «доживем до понедельника» историка Мельникова, «История — наука, которая делает человека гражданином». Или не делает, если учить ее по учебникам, в которых мало правды, а все выдумки и заимствования. Именно поэтому, наверное, я так активно интересовался и историей своей семьи, своей родословной, встречался с живыми участниками Великой отечественной войны. Чтобы приблизиться через историю к реальному опыту своих предков.

В студенческие годы, уже учась на истфаке классического университета и изучая историю ВУЗа, посчастливилось встретиться и с родственниками тех, кто стоял у истоков Саратовского университета, 10-го и последнего николаевского императорского университета, открытого до 1917 года в царской России, со многими краеведами.

Желание разобраться в биографиях и судьбах конкретных людей выводило объективно на судьбу всей страны. А история страны, создаваемая конкретными людьми, входила в меня своим горячим дыханием.

Искал в архивах и через государственные органы родственников, репрессированных в годы культа личности Сталина. нашел некоторые упоминания и предположительные места гибели и упокоения. И все. Размышлял, как это могли мои родственники по материнской линии проделать такой путь с территории современной Украины до Владивостока в начале 90-х годов ХIХ века, когда и сегодня туда поездом ехать почти неделю. А тогда, без транспорта, без приличных дорог? Ведь Транссиб тогда еще только строился. А регулярное сообщение между столицей империи — Санкт-Петербургом — и Владивостоком было установлено лишь в 1903 году.

В архивах советской истории изучал период репрессий 30– 40-х годов ХХ века, чтобы лучше понять и своих погибших родственников: за что же и почему они погибли и могло ли быть по-другому в нашей истории? Маленькая школьная тетрадка, куда я заносил свои немногочисленные записи (так как много писать о том времени из реальных дел о причинах вынесения приговоров не приветствовалось) тщательно проверялась на выходе из архива сотрудниками. И если что-то им не нравилось, этот кусочек текста они вырезали ножницами и выкидывали. я всегда переживал, что из всего того, что я с таким трудом нашел на пыльных папках истории, вырежут самое главное, чью-то жизнь, чьи-то слезы и потерянные надежды. И я не смогу осмыслить потом происходящее и донести эту правду до других. Ведь в понимании того, что мои родственники в 30-е годы работали на Китайской Восточной железной дороге в Манчжурии (ныне территория Китая), а потом приехали в центр страны, тоже оказались чудом не репрессированы. А то и меня не было бы на свете, как многих других людей. Хотя и так миллионы наших соотечественников из-за революций, войн, репрессий, голодных лет, каторжного труда в ХХ веке умерли, так и не познав счастья иметь детей. 

Разговор об обществе хотелось бы начать с ключевой фразы, которую, как считается, сказал Карл Маркс, а потом, в несколько другой интерпретации, повторил Ленин: жить в обществе и быть свободным от общества нельзя. С одной стороны, это становая вещь, с другой — достаточно банальная. Она еще раз подтверждает истину, что человек — существо социальное, и, соответственно, должен в общество вписаться. Другое дело — как добиться того, чтобы человек в обществе, которое сам создает, имел одновременно и элементы свободы, и элементы ответственности? Не растворился в обществе, не был отторгнут обществом, не превращал общество в стаю, где начинают действовать животные инстинкты и биологическое овладевает социальным.