Чтение онлайн

Клиффорд Саймак в «Доме на берегу» делится с нами любопытными наблюдениями: «Мы сегодня живем в обществе, насквозь подконтрольном и регламентированном. Крутимся в тисках ограничительных правил, то и дело сверяясь со множеством номеров — на карточках социального страхования, на налоговых декларациях, на кредитных карточках, на текущих и пенсионных счетах и на всяких других бумажках. Нас сделали безликими — и в большинстве случаев с нашего собственного согласия, поскольку эта игра в номерочки на первый взгляд делает жизнь проще, но главное в том, что никто не хочет ни о чем беспокоиться. Нам внушили, что всякий, кто обеспокоен чем бы то ни было, — враг общества. В сущности, мы выводок скудоумных цыплят: мы машем крылышками и суетимся, попискиваем, а нас все равно гонят по дорожке, проложенной другими. Рекламные агентства втолковывают нам, что покупать, пропагандисты учат нас, что думать, и даже сознавая это, мы не протестуем. Иногда мы клянем правительство — если набираемся храбрости клясть что бы то ни было вообще…»

Так что же нужно сделать, чтобы человек не сошел с ума от раздвоенности? Выдержал весь этот информационный поток? К чему мы вообще идем: к созданию машинного общества, которое будет состоять из человеко-машин? Постоянно, только что не каждый день, появляются все более навороченные гаджеты, правительства заявляют, что создают боевую машину будущего. То есть человек, получается, эволюционирует к киборгу как к последней конечной станции своего развития? Осваивая новые технологии, вступая в технологическое общество, человек создает устройства, которые позволяют легче жить, меньше работать, меньше физически трудиться, но в итоге становится все более зависим от них, связан с ними. Мы пользуемся стиральной машиной, хлебопечкой. Уже настоящей практикой становится применение в быту роботов. А это значит, что у человека высвобождается все больше времени, чтобы заняться другими делами. Свободное время, чтобы заняться творчеством, и чтобы труд или полноценный отдых действительно приносили наслаждение. Но мы-то сразу льнем к компьютеру и высвободившееся время все больше тратим не на реальный, а на виртуальный мир. Пропадаем в нем сутками напролет. Ведь, как поется в известной песне «Метро» в исполнении группы «Високосный год», «мы могли бы служить в разведке, мы могли бы играть в кино». А вместо этого «мы, как птицы, садимся на разные ветки и засыпаем в метро». Интернет становится и любовником или любовницей. Тут уж и дети становятся не очень-то нужны. Да и другие нужды и прелести жизни отходят на второй план. И мы начинаемся постепенно сливаться с машиной. Просиживаем штаны в офисе, не понимаем чуждое для нас голливудское кино, цепенеем от бессмысленности собственных поступков и мыслей. Вот он, шаг к человеку-машине. Или все-таки киборгизация — это иллюзия? Человек — не киборг, и создает устройства, которые будут идти параллельно, но будут не главными, а человек все-таки останется человеком природы, о чем писал Вернадский. И тогда все инновации: микромир, геном человека, микробиология — ближе к идее известного фильма «Пятый элемент», когда человека создали из живой ткани, а не из механизма. Не случайно и основатель компании «Apple» Стив Джобс говорил, что, создавая разнообразные гаджеты, мы создали себе лишь дополнительные удобства пользования миром, а не изменили сам мир. 

А в чем удобство пользования? Сидеть и, не выходя из дома, стучать по клавишам и обмениваться новостями? Пользоваться нужной информацией, которая стала такой доступной? Конечно. Однако не стоит забывать и о том, что в интернет-паутину пришли и «пауки», которые начали плести свои сети явно не для того, чтобы облагодетельствовать тех, кто хотел бы открыто общаться и создавать новые локальные сообщества.

«Надежды на интернет как на поле развития демократических процедур, лишенное коммерциализации и рекламно-денежного интереса, не оправдали себя», — пишет Джеффри Сакс. Вместо бесплатного доступа в интернет и возможности вести открыто и на новом уровне дебаты и дискуссии, интернет стал местом тотального зарабатывания. Монополия на информацию на ТВ сместилась в интернет. Глобального и по-настоящему независимого сотрудничества и обмена мнений между властью и людьми не получается. Стоит задуматься над парадоксом: вездесущий интернет освобождает или съедает свободу времени? Дарует свободу или поглощает последние свободные зоны человека?

«Интернет явно не столько объединяет, сколько фрагментирует общественное пространство — далее продолжает американский ученый. — Многие наблюдатели утверждают, что логика замкнутых групп в интернете, объединенных общими убеждениями, ведет к дальнейшей поляризации взглядов и усилению агрессивности в общественных дебатах».

Все более становится очевидным, что в интернете демократии не построишь. Ее надо строить на грешной земле. Сеть — это лишь виртуальная проекция некоторых вещей, которые происходят наяву. И если они реально случаются, то находят свое отражение и во «всемирной паутине». Если нет, то и виртуальный мир оказывается озабочен совсем другим. Так что иллюзии по поводу способности интернет-пространства и иже с ним электронной демократии тщетны. Надо бороться за свои права реально, в человеческом сообществе. И не завтра-послезавтра. И не брюзжанием интернет-пользователей, а здесь и сейчас. В этом смысле интернет выступает лишь в качестве мощного средства для продвижения своих идей и получения обратной реакции. Чтобы понять, насколько твои идеи близки миру. И насколько существующий мир, в том числе его виртуальный образ, близок тебе.

Очень точны наблюдения ученого и о том, какое влияние оказывает на интернет его тотальная коммерциализация. «Интернет предлагает специалистам по рекламе и маркетологам самый мощный из когда-либо существовавших инструментов обращения к целевым группам. Отслеживая поведение пользователей в онлайновом режиме, специалисты по рекламе получают новые инструменты распространения своих месседжей для влияния на мозги и потребительское поведение граждан. Крупным веб-сайтам вроде «Google” и “Facebook” просто не терпится сдать созданные ими виртуальные сообщества маркетинговым компаниям. И, естественно, не за понюх табаку, а за вполне реальные деньги.

Именно поэтому в 2010 году “Google” заработал на рекламе 25 млрд. долларов, “Facebook” — почти 2 млрд. долларов. Благодаря чудесам новых социальных сетей в жизнь пользователей Интернета по их “личному приглашению” вошли не слишком скрывающиеся специалисты по внушению, и она стала более уязвимой. Появились компании, создающие подробные досье на пользователей интернета. Некоторые компании в погоне за прибылью готовы переступить любые границы». То есть фактически использовать по максимуму интересы и настроение тех, кто им доверился. Главное — втюхать красивую наживку: куда тебе бежать, что покупать, что делать и как поступать в том или ином случае. И все ради того, чтобы ты принес в их копилку как можно больше барышей. При этом котировки самих коммуникационных компаний будут расти в цене на бирже и доставлять несказанную радость создателям и учредителям. Где уж тут думать о приличиях, сохранении в неприкосновенности данных о личной жизни. На кону слишком большие деньги крутятся. Тем самым уже сегодня мы получили блокаду интернета со стороны крупных корпоративных собственников, сосредоточивших в своих руках мощнейшие ресурсы управления финансами и общественным мнением. Демократию за деньги и в социальных сетях. Мы получили в открытом интернете — закрытые общества.

Именно поэтому, получив с помощью интернета средство для более «удобного пользования миром», мы приобрели головную боль, как избежать расплавки мозгов и осушения нашего душевного состояния, избыточного воздействия на поведение «подключенных».

В век мощнейших манипуляций сознанием нам еще нужно суметь найти в себе достаточный критический запал, чтобы отказаться от чарующей и заволакивающей разум очередной технической новинки. 

В свое время появился термин «паблик рилейшнз» (или попросту «пиар»), авторство которого приписывают Эдварду Бернейсу. Ему же принадлежит высказывание, связанное с тем, что сознательное и научное манипулирование привычками и мнениями широких масс является важным элементом демократического общества. Вот так и не иначе. Манипулирование! Сегодня без этого «обязательного атрибута» демократии вообще трудно представить нашу современную жизнь. Более того, порой вся наша жизнь и состоит целиком из одного «голого» пиара. Бернейс использовал идеи своего дядюшки Зигмунда Фрейда для создания зачатков современной науки массового убеждения людей, основанной не на разуме, а на манипуляции подсознанием. Вот это принципиальная развилка: разум, нелегкая дорога к поиску истины — или манипуляция, быстрый способ напустить туману и накинуть сеточку на мозги. Тем самым оторвать человека от реального мира и заменить его сложившиеся образы на вымышленные.

Раньше в конкретном племени или селе находился шаман или лицо его заменяющее, который осуществлял функции и наставника, и «пиар-менеджера». Сегодня такими свойствами сполна обладают средства массовой информации и стоящие за ними «пастухи».

Шаман насаждал собственное мнение, но с максимальным учетом традиций и верований «вверенных» ему людей. Современный пиар-менеджер манипулирует общественным мнением по своему разумению или по указивке из определенных идеологических или политических штабов или кабинетов. Пиар позволяет управлять массами путем порой совсем незамысловатых подходов. Определенные технологические средства в умелых руках превращаются в средство создания «фальшивых реальностей». Наступила эпоха манипуляции сознанием в глобальном масштабе, или эпоха глобальных манипуляций, кому как больше нравится. А значит, всю нашу общественную систему можно охарактеризовать как «манипулятивная демократия», которую с таким рвением выстраиваем и пестуем на месте, где могла бы быть выращена демократия реальная, настоящая. Зачем и кому это надо?

Мы обманываем, извините, — «пиаримся» направо и налево. Порой без разбору смысла и фактического существа дела пытаемся навязать своему собеседнику личный и единственно правильный, как нам порой кажется, взгляд на течение современной жизни и процессы, происходящие за окном. Власть на всех уровнях пиарится, так как хочет казаться лучше, чем она есть на самом деле, ведь в определенный день и час надо все ж таки идти на ритуал выборов и избираться. Бизнес, даже зная свое реальное положение дел, старается напустить туману и быть «белым и пушистым», а иначе акции предприятия могут рухнуть в одночасье. В вузах и школах учителя и преподаватели рассказывают прописные истины, которые в настоящей жизни уже давно не действуют. Но как же ударить в грязь лицом перед учениками! Зато как тешат воображение и слух рассказы о «лакированной» истории и мнимых героях, под копирку запихивающихся в наш мозг, как ментоловая жвачка. А потом школьникам и студентам скучно, и они всяческими способами пытаются сбежать из учебной аудитории или класса от принятых трафаретов, госстандартов, вчерашних преподавателей. И вот так повсеместно. Это не говоря уже о «пиарном цехе» актеров и шоуменов. Тут уж «сам Бог велел» оторваться по полной, выдавая желаемое за действительное, превращая порой даже самые серьезные вещи в балаган. Все это в итоге ведет к тому что, реальные действия и образы подменяются пиаром и виртуализируются до неузнаваемости. Жизнь искажается, как в кривом зеркале, и начинает больше напоминать состояние в комнате смеха с искривленными не только зеркалами, но и сознанием. Только вот по выходе из нее бывает не до улыбок. Нас обманывают направо и налево. Но почему мы позволяем быть обманутыми?

С раннего детства прилежные родители учат своего ребенка развивать абстрактное мышление, ибо без него невозможно не только представить мир во всем его объеме, красках и полутонах, но и найти действенные способы для оптимальных изменений. Поэтому нет ничего удивительного в том, что важнейшим из искусств стало в свое время кино. Сейчас ему практически на смену приходит интерактивное вещание на телевидении и в интернете. И эти технологии продолжают бурно развиваться. Особенно дети предпочитают активно смотреть, но не читать. Не случайно синематограф прозвали великим иллюзионом, так как он далекую от реальности картинку мог превратить в сказочную и такую манящую, словно детская мечта. И нужно, констатировать банальный, в общем-то, факт, что человеческий мир, в отличие от животного, это мир визуальный прежде всего. Мир картинок и проекций с реальных образов. Или вымышленных, если мы хотим поменять декорации и заставить поверить человека в новую сюрреальность.