Чтение онлайн

Омаэль, снова вернувший себе привычную холодную отстраненность, покачал головой:

– Тут не самое подходящее место для подобных разговоров.

– Не увиливай.

– Как скажете. Мы с ним сталкивались в Алмазном.

– Не знала, что ты там бывал.

– Бывал, соль-арэо. Ваша матушка посылала. Достаточно давно. Данарис брат Эллинар, если вы не знали.

– Эллинар... Наследница Алмазного?

– Будущая наследница, - поправил помощник.
– Вестинаре еще далеко до старости, но да, она уже назвала Эллинару своей преемницей, при условии, что та возьмет консорта из семьи.

Я поморщилась. В некоторых домах межродственные связи все еще не изжили себя. Хотя последствия близкородственных отношений уже давно научились сводить к минимуму, мать прочно вдолбила мне в голову запрет даже на мысли о подобном, изжить который мне вряд ли когда-нибудь удастся.

– И что?

– Данарис ей отказал, она попыталась воспользоваться правом Выбора. Данарис попросил помощи у вашей матери, она послала меня и Арасту в Алмазный. Мы разобрались, но Данарис этот с тех пор мне... не нравиться.

Я хмыкнула.

– Ладно, не хочешь не говори. Мать полагает его наилучшей кандидатурой для меня. Если у тебя есть возражения... то я прошу их озвучить.

– Соль-арэо, - Омаэль остановился и развернул меня к себе лицом, не обращая внимания уже ни на кого из присутствующих.
– Соль-арэо, Данарис сволочь, мерзавец и расчетливый ублюдок, но он единственный сможет хоть как-то сопротивляться Дарсану, возникни в том нужда. К тому же если... если вы ему понравитесь, думаю, он откажется от части своих планов, хотя бы на время. Я не могу вам запретить отношения с ним, но я прошу подумать дважды: а стоит ли?

– Омаэль, - я сглотнула внезапно ставший в горле ком.
– У меня нет выбора.

– Я знаю, соль-арэо. Я - знаю.

Часть 2. Удар милосердия.

Само собой разумеется, что после этого разговора ни о каком приеме речь идти уже не могла. Омаэль проводил меня до моих покоев и тоже ушел отдыхать, обещавшись прийти с утра. Я отпускала его с тяжелым сердцем: и даже смутно догадывалась почему...

Верно догадывалась.

На моей постели сидел, вальяжно прислонившись спиной к резному столбику кровати, Дарсан и отстукивал носком сапога по полу незнакомый ритм: стук, стук, стук-стук-стук, стук, стук-стук... Стук.

– Дарсан, - попыталась я скрыть вину за усталостью, - ну что опять?

Он молчал. Зеленые глаза посверкивали в полумраке недобрым опасным огнем. Волосы растрепались, пряди беспорядочно спадали на лицо, подчеркивая, выделявшиеся из-за теней на щеках, скулы и заострившийся подбородок.

Пряча глаза, я прошлась по комнате, зажигая лампы, вспыхивающие мягким светом, постоянно ощущая взгляд соль-терро не отрывавшийся от меня буквально ни на миг. Зеркало показало мое отражение, бледное и уставшее. Я подняла руки и по очереди принялась вынимать шпильки из прически, сняла серьги. Маленькая застежка ожерелья все ускользала из рук, путаясь в волосах.

Чужое дыхание пошевелило волосы на затылке; я вздрогнула от неожиданности: как же тихо он подошел... Перекинул мне через плечо волосы, в два движения расстегнул непослушное ожерелье и оно, сверкнув напоследок камнями, с громким стуком упало на пол.

Тяжелые напряженные ладони надавили мне на плечи, но отчего-то я и не подумала напомнить ему отойти. Буквально кожей ощущая его ярость, его гнев и боль я только и смогла, что наклонить голову, лишь бы не видеть в зеркале этих пылающих глаз и сжатых губ. Мне стало страшно.

Не знаю, как долго мы стояли так - близко, почти прижавшись и одновременно далеко. У меня ноги дрожали, и я не знала, куда деть руки, чтобы случайным движением не пробудить его от этой странной недвижимости - она хотя бы безопасна...

Когда он все же пошевелился, меня обдало липким горячим страхом; потом пришло облегчение. Руки консорта огладили мою спину и по одному принялись расстегивать множество крючков стягивающих платье на спине, пока оно, вслед за ожерельем, не оказалось на полу. Зеленое нижнее платье было почти того же цвета что и его глаза, опасности в которых ни на малость не убавилось.

Он заставил меня поднять руки, стянул платье через голову и с силой отбросил сторону, оставив меня лишь в бюстье и трусиках, и снова замер, пристально смотря мне в глаза через зеркало.

– Дарсан, - шепнула я тихо-тихо, сама не понимая толком зачем. Он тут же закрыл мне рот рукой, а другой накрыл мой живот. И все это не отрывая от отражения глаз.

Страшных глаз. Я никогда не видела у него такого взгляда, даже когда Андарран...

Дарсан резко склонил голову и нежно прошелся губами по моему плечу, целуя легко и невесомо. Глянул искоса в глаза, и... впился в белую кожу зубами, жестоко и глубоко. Я закричала, рванувшись в сторону и причиняя себе еще больше боли. Он отпустил.

Ноги заплетались, я споткнулась на втором шаге и неловко, больно упала на ковер, зажимая плечо рукой, чувствуя, как бьется под ладонью кровь, и как сумасшедше стучит пульс. Перевернулась и снова вскрикнула - от невольного ужаса.

Он стоял все там же, у зеркала, только повернулся в мою сторону. Голова была низко опущена, но эти кошмарные горящие глаза все еще следили за мной; губы и подбородок были черны от крови.

Рука сама собой метнулась к виску, нащупывая ментакристалл: вызвать Омаэля, охрану... кого-нибудь!
– конечно же не нашла, и я испугалась еще больше. Такого Дарсана я не знала. Такого Дарсана я не хотела знать.

Он шагнул ко мне, огромный и мрачный, заставив зажмуриться в ожидании чего-то плохого, сколь угодно плохого. Скользнули по щекам слезы бессилия, и я вдруг успокоилась, подумав, что терять-то мне собственно нечего. Я все равно умру, не сейчас, так потом... Зачем бояться?

Я нашла в себе силы посмотреть своему кошмару прямо в глаза, и не отвернуться, не испугаться снова. С трудом разлепила мигом высохшие губы:

– Чего ждешь? Убивай.

Он неожиданно улыбнулся злой, с изрядной долей иронии, кривой улыбкой: