Цена счастья
Шрифт:
Впереди появилась дорожная развилка.
– Turn right, -донеслось из навигатора.
Я повернул направо и выехал на двух полосное шоссе. В дали чуть выше горизонта появилась маленькая черная точка. Девятка поравнялась со мной и ударила в правый бок. Я дернул руль влево в надежде вытолкать девятку с дороги, но ее там уже не было. Застучал пулемет. Заднее стекло разбилось в дребезги. Я нажал на тормоз и сбросил скорость до шестидесяти километров в час. Девятка проехала мимо, а вот уазик после неудачного маневра врезался в кучу щебня и остался там.
Я снова нажал на газ. «Где же вторая машина?» - подумал я, как вдруг рядом с машиной взорвалась граната. Моего железного коня повело вправо. Я дернул руль влево, машину занесло, после чего она перевернулась на бок и прокатилась по асфальту метров десять. Меня оглушило еще одним взрывом, весь мир поплыл перед глазами, сквозь шум в ушах я слышал звук приближающегося спасательного вертолета. Раздался еще один взрыв, и я окончательно потерял сознание.
Я очнулся лежа в больничной койке. В воздухе витал запах лекарств. Рядом со мной на койке сидела Ольга.
– Доброе утро?
– чуть приоткрыв глаза, спросил я, - Или вечер?
– Нет, третий час уже, - ответила она, - Угораздило же тебя, целые сутки без сознания провалялся.
– Как же я за трое суток по тебе соскучился. Ты просто не представляешь.
– Представляю.
– Когда меня отсюда выпустят?
– Если идти сможешь, то прямо сейчас. Кстати нас ждет начальник базы. Пойдем сейчас или повременим?
– Время у нас еще много, пойдем сейчас.
Кабинет Высоцкого находился в главном здании аэропорта. Уютно обставленная комната на верхнем этаже, окна которой выходят на взлетно-посадочную полосу. В центре комнаты стоит большой письменный стол, на нем ноутбук, портативная радиостанция и чайник. Слева от двери у стены стоит кожаный диван. Картины на стенах закрывают большие проплешины без обоев, окна занавешены металлическими жалюзи.
– Присаживайтесь, - сказал Высоцкий, сидящий за столом, - Я наслышан о ваших подвигах, Странник. И хочу попросить об одном одолжении.
– Половина моих подвигов всего лишь выдумка бывших сослуживцев, выпивающих после ходки.
– И все-таки вы довольно опытный сталкер, если прожили в зоне десять лет…
– Семь, - перебил я.
– Не имеет значения, - отмахнулся Высоцкий, - У нас есть дело для вас обоих.
– И какое же дело?
– спросила Ольга.
– Мы знаем, что вы пытаетесь узнать тайну зоны…
– Новой зоны, - снова перебил я его.
– Не важно, зона была одна, только увеличилась. Но это, то, же в данный момент не важно. В трехстах километрах отсюда, в горах, есть озеро, на его берегу есть вход в подземную лабораторию, судя по тепловому следу, засеченному нашими разведывательными аппаратами, лаборатория уходит в глубь более чем на три километра.
– Как вы ее обнаружили?
– спросила Ольга.
– Это было месяца два назад, на наш аэродром для заправки прилетал вертолет Black Hawk компании FArmor. На нем был человек с чемоданчиком. Похоже, что очень для него дорогим. Когда вертолет улетел от базы на шесть километров, по нему открыли огонь, работали монолитовцы. Мы незамедлительно выслали туда группу, и добавили огоньку артиллерии. Монолитовцы сбили вертолет, но были уничтожены нашими людьми. У них же мы нашли этот чемоданчик. В нем были документы о проектах «Золотой Шар», «Черная кровь» и «Б.О.Г.». Вся информация зашифрована, так что на данный момент мы расшифровали только документы о первом проекте.
– О проекте «Б.О.Г.» можете не беспокоиться, он уничтожен два года назад, - сказал я.
– Подробней о «Золотом Шаре» можно?
– снова спросила Ольга.
– Проект очень напоминает сказки о Монолите…
– Монолит не сказка, хоть я его и не видел, - сказал я.
– Даже если так, в документации написаны коды доступа для запуска установки, которая якобы переносит человека в ноосферу. Но с одним маленьким НО. Все кого переносили, не возвращались. И эта установка работала только с одним человеком из пятидесяти.
– И что мы должны сделать?
– спросила Ольга.
– Вы высадитесь в десяти километрах от лаборатории, доберетесь до нее, проникнете к «Золотому Шару», и найдете доказательства уничтожения лаборатории.
– Почему нас высаживают так далеко от цели?
– В радиусе десяти километров вокруг лаборатории странное аномально-энергетическое поле, мы называем его просто сектор.
– Сколько человек идет?
– Ты, Ольга и наш специалист для страховки, - он указал на человека, спящего на диване, - Монах, проснись!!!
– крикнул он и выдернул из-под спящего подушку.
– Ну, Людмила Демьяновна не ставьте мне два…- еще во сне произнес Монах, - А! Что?!
– Ничто! Пить меньше надо.
– Ну, я за компанию, у Леймана вчера день рожденья был. Что я не человек что ли?
– Человек, человек. Знакомься, Странник, это Монах. Монах это Странник.
– Наслышан. А это?
– он указал на Ольгу.
– Ольга, - сказал я.
– Супруга?
– Пока нет, - она ответила сама.
– Когда выходим?
– спросил я.
– Сутки отдыха. Хватит?
– Выши крыши.
– Да и еще. Вы с парашютом прыгать умеете?
Я приземлился в полуметре от валуна с острыми на вид краями. В пяти метрах впереди меня Ольга уже собирала парашют. Солнце нехотя вставало из-за гор, и в тиши утра было слышно лишь шелестение листвы мутировавших деревьев и шум удаляющегося самолета.
– Где Монах?
– спросила Ольга.
– Я не знаю, он последний прыгал, - сказал я, оглядываясь в поисках третьего парашюта.
– Я думаю надо идти дальше, по дороге может, найдется.
– Правильно думаешь.
Я достал из рюкзака АКСУ, прикрепил приклад, вставил снаряженную обойму и передернул затвор. Старая железка, я так называл свое оружие, исправно работает вот уже четвертый год к ряду. Многие удивлялись такой живучести, выдавали такие предположения о живучести этого оружия, что сам покойный Тима Информатор бы позавидовал. По мне так лучше оружия нет: надежное, простое в обращении, компактное, легкое, не самое точное, но с достаточной мощью, чтобы пробить обыкновенный бронник с дистанции в тридцать метров. Оружие сталкера.