Цена твоей нелюбви. Я к тебе не вернусь
Шрифт:
— Черт, — отодвинув в сторону папку, я двумя пальцами массирую виски, а потом и переносицу. Тяжело думать, когда в голове полная каша. А сердце буквально разрывается на мелкие кусочки от мыслей, что теперь, по сути, они полноценная семья…
Новая ячейка общества.
Альп, ее женщина и их будущий ребенок.
То, о чем когда-то мечтала я сама. Только вот на месте Ларисы должна была быть я, а не она.
Как же быстро поменялась моя жизнь… Месяца два назад я только и делала, что строила дальнейшие планы, мечтала о том, что вскоре у нас с Альпом появится малыш… Но реальность всегда придавливает гранитной плитой. И вот она — правда. С которой мне так трудно смириться.
То, о чем грезила я, есть у Ларисы. Альп любит ее. У них скоро будет ребенок. Все счастливы… Одна я осталась у разбитого корыта. С теми душевными составляющими, которые уже никому не нужны.
Парадокс, не иначе. Судьба знатно решила поиздеваться надо мной. И продолжает ударять под дых.
Сколько можно?
Подхожу к огромному окну, открываю форточку. Ветер сразу бьёт в лицо, немного отрезвляет. Становится чуть лучше, чем минуту назад.
А затем собираю себя в кучу и принимаюсь за работу…
— Ты сегодня какая-то бледная, — замечает Руслан, когда я приношу ему папку с документами, которые он просил рассмотреть до шести. И я, слава богу, успела.
Надеюсь, никаких косяков за собой не оставила. По крайней мере, я старалась по-максимуму погрузиться в дело, избегая посторонним мыслям заполонить израненное сознание.
— Тебе так кажется, — решаю не вдаваться в детали.
Мне действительно плохо. Но Руслану незачем знать мои проблемы. Он и без того знает гораздо больше, чем следовало бы. Его поддержка бесценна, но злоупотреблять этим не стоит.
— Если плохо себя чувствуешь, — он кладет в сторону документы и устремляет на меня пристальный взгляд темных омутов. — Можешь поехать домой немного раньше.
— Нет, ты что. Все в порядке, — отмахиваюсь я. Руслан и так многое для меня сделал. Не нужно наглеть и пользоваться его добротой каждый раз. — Ещё час до конца рабочего дня.
— Ты обедала? — спрашивает вдруг шеф, чем сбивает меня с толку.
Я аж замираю, не зная, что ответить. Нет, я действительно не обедала. И это не есть хорошо, если учесть, что я в положении и мне нужен комплексный уход. В конце концов, беречь себя необходимо. Ведь чувство голода пагубно влияет на настроение человека, в чем я не раз убеждалась на собственном опыте.
Честно, врать я не умею. Поэтому торможу, прикусывая губу и не нахожу, что ответить.
Руслан — удивительный человек в своем роде. Да их семья в целом уникальна. То ли от того, что мои «родные» далеки от таких ценностей. То ли я расчувствовалась на фоне беременности. Но я считаю, что Абрамовы — пример для многих поколений. Когда я их вижу, сразу понимаю, что эта та самая картинка из моих мечт. Там есть любовь. Понимание. Забота и тепло. То, что каждому из нас так необходимо.
Но все же до жути непривычно вот такое внимание. Оно поражает меня настолько, что я в ступоре застываю. По сути ведь чужой мужчина. Руслан не должен обо мне заботиться, но ведёт себя так, будто является родным для меня человеком.
— Я, — хочу придумать какой-нибудь повод, но Руслан меня перебивает:
— Понял я уже, — приподнимает уголки рта. — Играть ты не можешь, Дарина. Не умеешь. И притворяться тоже. Знаешь, какой бы я тебе вопрос не задал, буквально через секунду читаю на твоём лице ответ. Ты как раскрытая книга для меня, ей богу.
«Была бы я такой же для мужа», — эта мысль вихрем проносится в голове. И я, нервно сглотнув, тупо отвожу взгляд, не желая смотреть в глаза Руслана.
— Я, пожалуй, приму твое предложение и действительно поеду домой, — наконец выговариваю я, чувствуя, как по телу пробегает волна мурашек от его пристального взгляда.
— Конечно, — хмыкает он. — Без проблем. Напоминаю, что ты должна думать не только о себе, Дарина.
Поспешно кивнув несколько раз, я покидаю помещение и, забрав из своего кабинета сумочку и телефон, направляюсь к лифту.
Дома оказываюсь через двадцать минут. Даже в магазин успеваю зайти, так как кушать все же необходимо, а кушать приготовленную кем-то еду, я не привыкла. Все же домашняя еда легче усваивается. Да и мало ли, что может быть. Реакция организма может быть разной.
Затем повторяю свои ежедневные ритуалы: переодеваюсь, мою руки, готовлю ужин, а потом бегу в душ, где провожу больше получаса. И только потом сажусь за стол…
Знаете, я никогда не любила одиночество. Это казалось мне чем-то странным. Нереальным для представления. Эти мысли могли угнетать. Потому что я всю жизнь мечтала об огромной семье. И не просто огромной, а чтобы каждый из ее членов любил и ценил друг друга. Уважал. Наверное потому, что с детства сложился некий образ и представления. Они казались мне константой. Без переменных. Сейчас же все это поменялось на сто восемьдесят градусов… Новые ориентиры отгоняют прошлые и диктуют свои правила.
Также, что касается каких-то семейных представлений... Если не брать в расчет собственную и вновь говорить о том, с кем я могла общаться, когда мужа не было дома… У него есть брат и сестра. Но их я видела крайне редко. Альмира учится за рубежом, прилетала два или три раза в год и то, всего лишь на несколько дней. Но несмотря на это, у нас всегда были прекрасные отношения. Она доверяла мне, наверное, больше всех на свете. Делилась секретами, просила советы. И я, конечно же, постоянно ее поддерживала. Это было искренне и ценно, как мне кажется.
А Булат - брат Альпа... Он максимально закрыт от общества. Работает отдельно ото всех. Они с женой любят путешествовать, поэтому увидеть их довольно сложно.
Сам Альпарслан... Он, бывало, не спал ночами. Сидел за компьютером до самого утра. Очень редко делился со мной проблемами. В дела компании не впутывал. А я старалась ему и не мешать. Поэтому, если и бизнес держится сейчас крепко и на плаву, то только благодаря Альпу.
«Долг мужчины — обеспечивать свою женщину, как следует. Чтобы она никогда ни в чем не нуждалась. Поэтому... Не забивай голову вопросами, которые тебя никак не касаются», — всегда отвечал он, когда я спрашивала, что его тревожит.