Чтение онлайн

– Я отправил Жаннетт удостовериться о подготовке твоей кареты, так что ты домчишься до Эллиона со всеми удобствами.

– О, князь, не стоит…

– Нет, Огюст, я вновь настаиваю.

Девушка уже ждала их у золоченой кареты. Она слегка наклонила голову:

– До встречи, Огюст. Надеюсь увидеть вас, как можно скорее.

– И я вас, – улыбнулся молодой жандарм.

– До свидания, – протянул руку князь. Огюст пожал ее, но не ответил.

Карета тронулась, и он смотрел на удаляющихся фон Бистов, машущих ему вслед.

***

Эльза молча стояла в кабинете Аймона. Тот отчитывал разведчицу за небрежность при освобождении де Криона. Но она не слушала, глубоко погрузившись в размышления. Девушка задавала себе вопрос – а правильно ли она поступает? И ее это пугало до дрожи. Такое у нее было впервые. Эльза всегда знала, чего хотела. Она хотела бороться. Бороться за страну, за свою Империю. Бороться с такими же ублюдками, тварями и уродами, что лишили ее родителей. Находить их, изобличать, уничтожать. В Академии на многочисленных тренировках, ей говорили, что ничего она не добьется и погибнет в первом же бою. Став лучшей разведчицей, отчитываясь Первому Разведчику, она все еще помнила о своем предназначении, но в ней будто что-то переклинило. Она отправила четырех человек, не имея на то никакой причины, на верную смерть. После этого она задала себе вопрос – в попытке уничтожить всех этих чудовищ, не стала ли она одной из них? Давно ли она перешагнула границу, забыв о своих идеалах? Эльза не могла ответить. Внутри нее бушевал самый настоящий ураган, но внешне девушка как всегда была совершенно спокойна.

– Эльза, ты слушаешь? – поинтересовался Аймон.

– Да, – невозмутимо ответила девушка.

– Суть в том, слышишь ли…

– Не сомневайтесь в этом.

– Почему так неаккуратно, Эльза?

– Приказ был – освободить де Криона. Де Крион освобожден.

– Не помню, чтобы я давал разрешение на применение силы.

– Я ни в коем случае не подвергаю сомнению ваши приказы, но у меня была возможность заполучить беспрекословную поддержку барона, сведя его с детьми. Нельзя было упускать шанс. А мирное урегулирование вопроса заняло бы слишком много времени.

Аймон остановился и поморщился, продолжая сверлить девушку единственным глазом.

– Ну, хорошо. Дело сделано. Твою вольную интерпретацию моих приказов обсудим в другой раз. Но ты ведь понимаешь, что теперь он в розыске? Это в разы усложнит все. А успех будет зависеть от красноречия барона.

– Я понимаю.

– Что ж, главное, чтобы дело выгорело. А что с детьми?

– Я отправила их в Эллион на поезде. Они поедут через форт Брот, я отдала письмо наемнику. Дальнейшая их судьба значения не имеет. Мы получили поддержку барона, – несколько неуверенно ответила Эльза, и сама испугалась того, что ее привычное спокойствие пошатнулось.

– В таком случае – можешь немного расслабиться. Пусть жандармы успокоятся, отдадут приоритет другим делам. У тебя будет еще одно задание. Скоро. Инструкции будут в письме, как всегда.

– Разрешите идти?

Аймон махнул рукой и Эльза, поклонившись, удалилась. Вся естественная наблюдательность мгновенно испарилась, и девушка рефлекторно дошла до «убежища» – так она называла собственный дом.

Разведчица сидела в кресле, тупо уставившись в пол, приложив пальцы к подбородку. Почему ее так задело это? Неужели потому что она сама подарила ложную надежду? А вдруг барон все узнает? Маловероятно, но все же. Да и вообще, какая разница?! Да кто они такие, чтобы за них переживать?! Эльза вскочила на ноги, в ярости сжала кулаки и со всей силы ударила в стену. Сначала она ничего не чувствовала, но через пару секунд встряхнула рукой, чтобы слегка унять боль. Она закрыла глаза и глубоко вздохнула. Взглянув в окно, Эльза увидела тех самых музыкантов, которые играли у дворца несколько дней назад. Она принялась подмечать все детали, даже самые незначительные. Движения, речь, одежда, инструменты… Все требовало внимания, ведь любая подсказка могла помочь понять, в какой части города человек был полчаса назад или насколько велико его пристрастие к алкоголю. Простая тренировка, чтобы поддерживать форму. Теперь же она просто хотела отвлечься от неприятных, но тревожащих ее размышлений. И все же, выбросить из головы мысль, сможет ли наемник выпутать всех из смертельной ловушки, она не могла ни на секунду…

***

Гельмуту поездка очень нравилась. Он до этого никогда на поезде не ездил, предпочитая пешие походы. Стук колес, небольшое покачивание, слабое ощущение скорости, даже некая теснота – все радовало наемника. Была только одна проблема, его раздражавшая. Из-за странной укороченности кроватей, его ноги постоянно свисали, что не давало вытянуться или принять хоть сколько-нибудь удобную позу для сна. Потому он проводил как можно меньше времени на кровати, стараясь насладиться всем остальным.

Пара двухъярусных кроватей и небольшой столик – стандартная комплектация всех имперских поездов. На одной из кроватей, положив руки на стол и подперев одной из них голову, сидела Аврора, задумчиво глядя в окно. Она повернулась, когда зашел Гельмут и спросила:

– Опять детей где-то бросил?

– Ну почему сразу бросил? – возразил наемник. – Убедился, что оставил их в приятной компании, а уже потом бросил.

Аврора покачала головой и вновь повернулась к окну. Гельмут улыбнулся и полез в свою сумку. Вытащил оттуда небольшой мешочек монет и взглянул на девушку. Она глубоко вздохнула. Наемник полюбовался ее выдержанной осанкой и прекрасными волосами. Затем присел напротив и спросил:

– Чего страдаешь так?

– Да вот… Думаю. Почему мир так несправедлив и жесток. Люди дерутся за власть, а страдают, прежде всего, дети.

– Хех, – усмехнулся Гельмут. – Мир в принципе несправедлив, а люди все жестоки.

– Все?! С чего бы это?! – возмутилась девушка.

– А вот так! Все люди жестоки.

– Ну, то есть вообще все?! И дети? Я, по-твоему, тоже жестокая?!

– Конечно!

– Еще бы! Чего другого можно было от тебя ожидать?

– Смотри – ты ведь без колебаний пожертвуешь мной, если припечет, так? А ведь, по сути, ты обрекаешь меня на смерть, потому что я тебе не нравлюсь.

– Если бы ты не был циничной сволочью может и поколебалась бы!

– Вот видишь, – ехидно улыбался Гельмут.

– А ты у нас значит святой, да?! Ты ведь нас бросить хотел, так?! Когда до города доехали!

– Да, хотел… Но не бросил!

Скрипачка отвернулась, скрестив руки на груди. Наемник смотрел на нее, улыбаясь, а затем подсел рядом:

– Послушай, нет абсолютно добрых людей или абсолютно жестоких. Каждый сам выбирает, как именно он будет жить и каких идеалов придерживаться.

Девушка гневно посмотрела на него, но затем ее лицо смягчилось, она опустила глаза.

– Наверное ты прав.

Гельмут хлопнул ее по плечу.

– Не переживай так, все будет хорошо. Пойду, посмотрю как там баронские отпрыски.

Наемник прошел несколько вагонов и оказался в ресторане, предлагавшем закуски для пассажиров, в основном фрукты и салаты, которые могли достаточно долго храниться, чтобы пережить дальние переезды. Конечно, здесь заказывали и горячие блюда, однако возможности поваров были крайне ограничены. Парень у стойки улыбался во весь рот. Гельмут подошел к нему и достал мешочек с монетами, который взял из сумки. Он открыл рот, но паренек не дал ему и слова сказать.

– Здравствуйте! – выпалил он.

– Привет, – несколько смутившись, ответил наемник и указал на сигареты позади официанта. – Мне вон ту пачечку.

– Пожалуйста, – парень подал Гельмуту сигареты.

Наемник поблагодарил его и оставил на стойке несколько монет. Он вышел на переход между вагонами и, вытащив коробок спичек, зажег сигарету. Он наслаждался быстро проносящимися пейзажами и воющим ветром. Думал о том, что сказал Авроре и что делать дальше. Наемник докурил, затем двинулся в следующий вагон за детьми. Стоило их забрать прежде, чем они достигнут Брота. Это будет вовсе не увеселительная прогулка. Он бывал там пару раз. Форт Брот не зря носит звание самого отдаленного и паршивого уголка Империи[20]. Гельмут зашел в нужный вагон и заглянул в кабинку, где оставил детей около получаса назад. Бородатый мужчина, размахивая руками, громко говорил: