Чтение онлайн

– Максимилиан, он очень сильно рискует, принимая меня в своей больнице, и если кто узнает об этих деньгах, то его посадят.

– Что сделают?

– Казнят, полководец, его казнят, - устало произнесла Лина.

– Почему?
– возмутился он.

– Потому что он согласился принять меня в обход всем правилам, и не заплатит налоги со своей прибили. Не отвлекайся, пожалуйста, я очень волнуюсь.

– Хорошо, что дальше?

– Тут написан номер телефона доктора, пусть он будет у тебя всё время, - Лина отдала визитку мужу и нервно вздохнула. У неё было плохое предчувствие, и нужно было всё подготовить заранее. Хотя может быть просто переволновалась, всё таки в подобной ситуации она оказалась впервые... Но лишняя предосторожность никогда не помешает.
– Как позвонить ты знаешь.

– Да, малыш, всё в порядке, - поспешил заверить жену Максимилиан, смотря на её волнения. Она уже в десятый раз просматривала собранные вещи и переставляла сумки с места на место.

– Да, вроде бы всё в порядке... Обними меня, пожалуйста, - прошептала она, прижимаясь широкой мужской груди. Его сильные руки, нежно обнимающие её, всегда странным образом успокаивали, и всё проблемы уходили на задний план.
– Я тебя люблю.

– Ты моё сокровище, - улыбнулся Максимилиан, гладя девушку по золотым кудряшкам.
– Лина, ты говорила, что раньше у тебя были другие волосы...

– Да, хочешь посмотреть? У меня где-то фотография есть.

– Что?

– Сейчас покажу, - подскочила она и побежала в спальню искать прибранное фото, о котором никто не знал. Фотографироваться, а тем более хранить свои фото, было строжайше запрещено, так как от этого зависела жизнь. Но когда девушки только закончили обучение в лагере, они решили нарушить правило... первый и последний раз. И этот небольшой кусочек бумаги сейчас был единственным напоминанием о трёх единственных подругах в этом мире.

Лина коснулась пальцем матового изображения... как они были молоды... как тогда радовались, что тот ад, сроком в десять лет закончился. И казалось, что вся жизнь впереди. Они чувствовали себя сильными, непобедимыми.

Четыре девушки в форме цвета хаки в виде коротких шортиков и майки, едва прикрывавшей грудь. Марго, платиновая блондинка с самурайским мечом, которым она владела в совершенстве, за что подруги её в шутку называли Чёрной Мамбой. Инка, самая младшая из всех, с каштановыми курчавыми волосами и большими карими глазами, предпочитающая огнестрельное оружие, держала в руках банальный автомат Калашникова, Машка - озорная и смешливая девчонка и Лина с двумя ножами в руках... подруги...

– Лина?
– услышала она голос мужа над собой. Он присел рядом и посмотрел на фотографию в руках девушки.
– Ты здесь другая.

– Да...
– ответила она и почувствовала, что плачет.

– Это твои подруги?

– Да, мы вместе учились, но их больше нет... Их убили на моих глазах. Первой Марго, - коснулась Лина пальцем изображения.
– Маша и Инна, увидев её смерть, потеряли бдительность и были повержены практически одновременно.

Максимилиан обнял жену, и забрал у неё из рук фотографию смотря на четырёх молодых девушек. И ведь не скажешь, что они были воинами, просто молодые красивые девушки. И ему было очень интересно, какой была та жизнь, чем Лина занималась до появления в Греции... Он нежна гладил жену по спине, утешая её и понял, что она никогда не рассказывает о том что было. Слишком больно было вспоминать прошлую жизнь, и слишком жестоко спрашивать о ней.

Через два часа Лина стояла у зеркала и разглядывала свой наряд. Мягкие тёплые брюки, тёмно-серого цвета, красивая красная блузка и кашемировое пальто. Да, она очень соскучилась по подобной одежде, пусть и менее удобной, но определённо красивой.

Рядом стоял Максимилиан, но радости жены он не разделял. Ему было неудобно. Тонкие шерстяные брюки и чёрная рубашка сковывали его движения, и он недовольно дёргал плечами, всем своим видом показывая, что думает об этой одежде.

– Максимилиан, ну потерпи немного. Это очень хороший костюм, - улыбнулась Лина, протягивая мужу пальто.

– Я не понимаю... У меня была нормальная одежда.

– Ну Максим, сделай мне приятно. Ты очень красивый в этом наряде, и пошли уже, нам пора, - потянула она полководца за руку, и ему ничего не оставалось, как пойди за женой.

Лина вышла на улицу и осмотрелась. Дождь, с самого утра льющийся с неба мелкой изморосью, наконец-то прекратился, оставив после себя безобразные грязные лужи, а вот холодный ветер никуда не делся. И подняв повыше ворот пальто, она направилась прямиком к своим надсмотрщикам, сидевшими в неприметной чёрной иномарке на другой стороне дороги, чем неимоверно смутила их.

– Привет, - улыбнулась она им.

– Привет.

– Мы на мюзикл собрались, с нами пойдёте, или на улице посидите?
– дружелюбно поинтересовалась она, переводя взгляд с одного мужчины на другого.

– Пойдём...
– неуверенно потянул тот, что сидел за рулём, недоверчиво смотря на девушку.

– Поехали тогда, - сказала Лина и открыла заднюю дверь машины, предлагая мужу сесть.

Спустя два часа Лина, Максимилиан и двое надзирателей сидели в пятом ряду большого зала в ожидании начала представления.

– Тут красиво, - сухо сказал полководец, осматриваясь по сторонам. Довольно большое закрытое помещение, сплошь уставленное узкими креслами. Несколько этажей с балконами, богато украшенными золотыми орнаментами и огромное количество людей. Гогот стоял жуткий, все громко разговаривали, ходили, ища свои места, да и просто праздно шатающихся, нежелающих спокойно сидеть, было достаточно. Всё это отзывалось в груди странным беспокойством и тревогой. Конечно, Максимилиан не видел тут никакой агрессии или просто косого взгляда, все окружающие были милы и приветливо улыбались, и от этого становилось как-то не по себе.

– Да, очень миленько... Тебе удобно?
– спросила Лина, смотря на мужа, узкое кресло ему было явно маловато.

– Лина, что за вопросы?
– возмутился он, и девушка понимающе улыбнулась. Конечно, он грозный воин, гроза римлян, не пристало ему заботиться о комфорте. И Максимилиан, заметив улыбку на лице жены, недовольно отвернулся, демонстрируя окружающим холодную маску царя Греции.

Но заиграла музыка, занавес поднялся, оповещая о начале представления, и все разговоры вмиг прекратились, а взгляды устремились на сцену. Перед глазами зрителей появились артисты в ярких костюмах, начиная петь и танцевать, и с первых секунд представления стало понятно, что шоу обещает быть очень красочным и ярким. Максимилиан поражённо замер и открыл рот, а нежная ручка жены, вцепившаяся в его руку, говорила о том, что Лина разделяет чувства мужа.