Чтение онлайн

В «Динамо» (Тбилиси) Коля и вынужден, и должен играть все 40 минут без замен. Он — стержень команды, ее надежда и опора, ее главное действующее лицо, бомбардир, на чей счет приходится львиная доля очков клуба. Поэтому ему нужно сохранять свежесть на весь матч, да просто сохранить себя для команды. Вот и освобождают его от жесткой, контактной игры в обороне, чтобы не дай бог не получил фол. Вот и кричат ему постоянно тренеры: «Коля, не фоли, не торопись, играй внимательнее…» В такой манере он, естественно, и привык действовать всегда. А переучиваться нелегко. Да и не надо, особенно теперь, когда он уже сформировавшийся игрок, личность и, несмотря на молодые в общем–то годы, может считаться ветераном советского баскетбола: играет–то уже давно.

Прирожденный «нападающий», Коля всегда устремлен к кольцу соперников. Он видит лишь чужую корзину, с мячом расстается очень неохотно и редко: только если позиция для броска вовсе уж не годится. Но и отдав пас, тут же требует мяч назад, ищет — и почти всегда находит — очередную возможность для результативного броска.

Нужно отметить, что Коля в нападении действует значительно более разнообразно и интересно, чем все наши центровые, в том числе и Сабонис. Он многоплановее их (подчеркиваю, только в атаке, ибо, как я уже писал, в защите Коля играет слабовато). В одном из. интервью старший тренер «Жальгириса» Владас Гарастас как–то раз сказал, что Арвидасу не грех бы поучиться разнообразию приемов именно у Николая Дерюгина. И это правильно. Коля за свою спортивную жизнь многому научился и многое умеет. Были у него проблемы с броском со средних дистанций — наладил. Стал неплохо бросать издали. Есть в его арсенале броски крюком с обеих рук, обманные движения, финты. Умеет переиграть соперника, находясь спиной к щиту.

Когда Коля бросает, перекрыть его бросок крайне трудно. Даже играя против великанов — Ткаченко, Сабониса, Белостенного, до недавнего времени против Сизоненко, других наших центровых, превосходящих его в росте (в Коле «только» 206 см), он набирает все равно свои 30 очков и больше за матч.

Коля самый хитрый из наших центровых интеллектуального плана. У него прекрасное видение поля, он никогда не кинет мяч абы как. Обязательно посмотрит, что и как делает противник, примет решение (и все это в считанные секунды, даже десятые доли секуды) — и только тогда бросит по кольцу или отдаст мяч партнеру. Он из тех, кто очень дорожит мячом (замечательное качество!) Всегда знает, что предпринять в тот или иной момент, не спешит, осмотрителен, в нем прекрасно сочетаются темперамент и эмоциональность, свойственные грузинам, с рассудочностью, осторожностью, хладнокровием, острым умом.

Против супергигантов Коля играет вдалеке от щита, но если ему противостоят пусть и подвижные, но равные ему по росту баскетболисты — скажем, Лопатов, Мышкин, Гоборов, Гришаев, не говоря уж о тех, кто ниже его, — Дударов, Караваев, Парфианович, Абельянов, то тут Николай старается находиться поближе к щиту. Ведь если Ткаченко или Силантьева он мог легко обыграть в поле, то этих ребят вызывал на игру один на один и зачастую или обходил финтом или вынуждал фолить. К сожалению, Коля расположен к полноте, поскольку любит хорошо и вкусно поесть, благо дома его всегда ждет обильная и разнообразная (и грузинская, и русская) еда. За месяц отпуска он способен прибавить до 15 кг. Выручает характер. Коля помногу тренируется один, бегает в нескольких костюмах, к командным занятиям добавляет индивидуальные, жестко ограничивает себя в пище и довольно быстро приводит себя в норму.

Родом Коля из Кутаиси, где когда–то традиционно находили перспективных ребят и воспитывали из них классных баскетболистов. Это здесь начинали все: Коркия, Джорджикия, Коркашвили, Саканделидзе, Грдзелидзе. Их появление было связано с именем замечательного тренера Сулико Торкладзе. А Коля в восьмилетнем возрасте попал к тренеру Зурабу Гарквиани, к которому его привел отец, Александр Васильевич.

Мальчик уже тогда на голову возвышался над сверстниками. Позже отец привел в секцию и своего младшего сына Валентина. Тот тоже вымахал под 2 м, был одно время в дубле тбилисского «Динамо», но классным баскетболистом так и не стал, хотя внешне похожи они с Колей, как две капли воды. Их даже путали. Но на площадке сразу становилось ясно, кто из них кто: все же игроки такого уровня, как Коля, достаточно редки. Ну а Валентин от спорта отошел, сейчас он секретарь комитета комсомола МВД Грузии.

Дома у Дерюгиных все было подчинено становлению Коли как спортсмена, баскетболиста. Мама, Вита Николаевна, глава семьи, настоящая хозяйка, следила за его режимом, вела дом так, чтобы ничто не мешало Николаю прогрессировать. Вот только с едой, как я уже говорил, перебарщивала. Но прекрасное качество выработала она у сына — Коля убежденный и абсолютный трезвенник. И даже знаменитые грузинские вина по–прежнему ему неведомы.

Сейчас у Коли своя семья (кстати, его выбор подруги жизни удивил многих: все были уверены, что он найдет, как говорится, баскетбольную партию, а женой Коли стала худенькая, хрупкая студентка–филолог Элисо, никакого отношения к баскетболу, к спорту не имеющая), растет сынишка — Коля–маленький, но стиль жизни, выработанный в родительском доме, остался у него и в Тбилиси.

В Грузии Коля настолько любим и популярен, что знают его буквально все. И это неплохо. Замкнутый, нелюдимый, тяжело сходящийся с окружающими, особенно с незнакомыми людьми, очень независимый, не поддающийся чужому влиянию, Коля, как мне кажется, временами чувствовал себя одиноким. В сборной он волей–неволей оставался в тени, трудно контактировал с партнерами за пределами площадки, поэтому друзей искал не в команде. Популярность, всеобщее внимание на родине помогают ему обрести себя в обыденной жизни.

Сегодня я очень жалею, что не рискнул взять его в сборную раньше 1980 года. Он был бы нам полезен, да и сам быстрее вырос бы в хорошего мастера. И вообще, Коля мог играть лучше, ярче, но сказывались перепады в настроении, постоянная борьба с собственным весом, некоторая ленца. Тем не менее он был и остается главной фигурой тбилисского «Динамо», а в сборной его будут вспоминать всегда. Ведь что ни говори, а с первых дней в большом баскетболе Николай Дерюгин был в центре внимания, он быстро и заслуженно стал одним из сильнейших центровых в советском баскетболе. И, как я уже говорил, не одна громкая победа связана с именем Николая Дерюгина. И по–прежнему тренеры всех команд, в том числе и ведущих, должны решать «проблему Дерюгина», когда встречаются с тбилисским «Динамо». И по–прежнему зрители ходят «на Дерюгина», надеясь увидеть (и видят) в игре одного из самых результативных баскетболистов в наших чемпионатах.

Узнал я о нем в 1979 году. Тогда выдающийся литовский баскетболист Модестас Паулаускас готовил к юношескому чемпионату Европы сборную страны и привлек к тренировкам 14-летнего Сабониса. Это был чудо–мальчик, многое обещавший уже в недалеком будущем. Правда, тогда он не попал на чемпионат, не рискнули все же везти юнца, так что был он вынужден довольствоваться участием и победой в традиционном юношеском турнире команд социалистических стран «Дружба». Потом кривая его успехов резко взметнулась вверх. В 17 лет Арвидас стал чемпионом мира–обычное явление для плавания, гимнастики, прыжков в воду, настольного тенниса, где процесс омоложения давно уже идет полным ходом, но для баскетбола — редчайшее. Лишь годом раньше Сабонис начал играть в чемпионате СССР против взрослых соперников и тем самым побил своеобразный рекорд своих предшественников — Саши Белова, Володи Ткаченко, которые появились среди сильнейших наших мастеров в возрасте 16 лет… Мы почему–то боимся добрых слов в адрес людей, этих слов достойных. Причем высказываемых тогда, когда эти люди в расцвете сил и дарования, когда они перед нами, с нами, украшают собою наше бытие. И произносим хорошие слова уже тогда, когда человек ушел (зачастую, когда ушел не просто со сцены, с арены, со стадиона, а из жизни — не так ли было с Василием Макаровичем Шукшиным, с Владимиром Высоцким?). Не надо стесняться таких слов. Не надо осторожничать, коли всем ясно, что речь идет о незаурядной личности. И неважно, какую сферу деятельности имеем в виду. Арвидас Сабонис, безусловно, самая выдающаяся фигура из всех советских баскетболистов как прошлого, так и настоящего. И не только среди центровых. Он — уникальное явление в мировом баскетболе, в спорте вообще. Удивительно, как многое он успел за каких–то пять лет пребывания в большом баскетболе: трижды подряд признавался лучшим баскетболистом Европы, получал «бронзовую» и «серебряную» корзины как один из трех лучших баскетболистов мира, с 1982 по 1986 год успел стать чемпионом Европы и мира, есть в его активе «бронза» европейского чемпионата, «серебро» мирового, «золото» Универсиады.

Даже если бы Арвидас не вырос за 220 см, если бы не был таким прекрасным атлетом, он, я уверен, все равно стал бы ярким игроком, но — на другой позиции. Это мог быть блестящий защитник с отменным видением поля, выверенными передачами, изумительной интуицией. Техника владения мячом, широчайший кругозор позволили бы ему быть и конструктором, и дирижером игры, и зачинателем контратак.

Продолжая фантазировать, могу представить его и отличным крайним нападающим. Он бы и на этом месте выделялся поставленным средним броском, уверенным подбором, высокой координацией, техничным проходом к щиту. Так что не в одном росте Арвидаса дело. Будь в нем всего 190–200 см, он все равно оставался бы классным баскетболистом и игроком международного уровня.

Но — и это в какой–то мере парадокс — истинно великим его все же действительно делает рост. Ибо если среди «маленьких» игроков такого плана и мастера все же найти можно, то среди «больших» Сабонис — исключение из всех и всяческих правил, какое–то чудо, баскетболист XXI века. Такое же яркое и такое же редкое, как гениальный художник или композитор, писатель или ученый…

Гении рождаются не каждый день… Отдавая должное гению, мы не забываем и о том, что это — дань его вкладу в сокровищницу нашей культуры (а физическая культура — неотъемлемая часть общечеловеческой культуры). Гений ведь творит для нас с вами, для ценителей красоты и гармонии. Сабонис не просто играет. Он — творит. Творит для зрителей. В век телевидения уже не любят ходить люди на стадионы и во Дворцы спорта, если не ожидают увидеть настоящее спортивное зрелище. С появлением Сабониса популярность баскетбола и у нас в стране, и за рубежом неимоверно возросла. Маленький, но характерный пример. В конце лета 1986 года «Жальгирис» играл в небольшом западногерманском городе Хагене в не слишком престижном международном турнире. Первый матч турнира собрал лишь… 300 болельщиков. Но когда газеты вышли с заголовками «И Сабонис тоже есть», билеты пришлось брать с боем. У нас же теперь даже рядовые матчи собирают полные трибуны. Приход Сабониса в «Жальгирис», обострение борьбы во всесоюзном чемпионате — ЦСКА стало значительно труднее завоевывать медали — привлекли публику. В универсальном спортзале армейцев в ложе для почетных гостей пестро от генеральских мундиров, лишние билетики спрашивают уже около станции метро «Аэропорт». И это естественно. С развитием цивилизации, с интеллектуаьным прогрессом приоритет получают игры сложные, быстрые, мужественные, красивые. К таковым в первую очередь относится баскетбол, где есть главное — результативность, непредсказуемость и зрелищность.