Чтение онлайн

— Кто здесь? — едва дыша, спросила я, беспомощно вглядываясь в мрак комнаты.

Ответом мне стал собачий рык…

“Илонин пёс!” — понимание волной нервных мурашек прокатилось от затылка до копчика: — “Чёрт-чёрт-чёрт!”

Рык раздался снова, на этот раз справа.

— Ти-ише, пёсик… — прошептала я как можно более спокойным и ласковым тоном, и выставила вперёд руки, словно они могли послужить преградой между мной и собачьими клыками: — Как там тебя… Блэк… Ти-ише, собачка, тише…

Но пса моё бормотание только разозлило. Рык зазвучал протяжнее и громче. Я съёжилась от страха.

“Крикнуть? Попросить о помощи? И всех переполошить, снова выставить себя дурой? Это же просто собака! Домашний питомец, а не какой-то дикий зверь!” — беспорядочно размышляла я, отступая спиной к двери.

А в следующее мгновение пёс замолк. И я замерла вместе с ним, мучительно вглядываясь и вслушиваясь в темноту. Единственный звук, который доносился до ушей — было моё собственной рваное дыхание и стучащая в висках кровь. “Где он? Откуда выпрыгнет? Может, решил оставить меня в покое?” Пульс молотил как бешеный, а я затравленно озиралась по сторонам, ужасно боясь того, что может произойти в следующую секунду.

Лиса втянула носом воздух и оскалилась. Я зажмурилась, прислушиваясь к чувствам своего Эмона… И тут же поняла — пёс слева, притаился и не сводит враждебного взгляда. Я повернула голову в нужную сторону и… забыла как дышать. Из мрака на меня смотрели два жёлтых глаза без зрачков и радужки. Две яркие, неподвижные точки. А под ними, скрытая темнотой, готовая отведать крови, клыкастая пасть.

Шестым чувством я поняла — зверь готовится к рывку, но продолжала стоять, словно загипнотизированная, не в силах оторваться от жутких светящихся глаз, которые, вдруг, точно притянутые магнитом, стали стремительно и неотвратимо приближаться.

Лиса оскалилась. А я снова зажмурилась, но даже сквозь сомкнутые веки продолжала видеть пляску чужого злобного взгляда.

Из моего горла вырвался сдавленный крик ужаса, а жёлтые точки, точно насмехаясь, принялись увеличиваться заслоняя и поглощая собою темноту.

Лоб вдруг налился тяжестью, будто содержимое черепа заменили бетоном. Мир закружился. Я вот-вот была готова свалиться в обморок

— Не подходи! — крикнула из последних сил и в отчаянии ударила по воздуху руками. Но вместо того, чтобы избавиться от зловещих глаз, словно … нырнула в них с головой…

В тот же миг в висках что-то взорвалось. Синяя высоковольтная дуга протянулась слева-направо, от меня к псу, а спустя секунду я запоздало поняла, что больше не чувствую рук и ног… и вообще ничего не чувствую. Словно сознание отделилось от тела и теперь неслось по дуге прямо в пасть озлобленной зверюге.

Мир вспыхнул и рассыпался на сотни беспокойных искр. С треском и шипением догорали они в темноте. А когда погасла последняя из них, я очнулась в той же самой комнате. Почти в той же…

Пол был на месте — но непривычно близко, а потолок — напротив, слишком высоко. Тьма немного расступилась, но обычные цвета заменили блёклые, теряющиеся в темноте оттенки, словно на зрение наложили чёрно-белый фильтр. Но самое главное: запахи. Я не замечала, что вся комната так сильно пропиталась запахами. Пахло жженым воском от свечей, пахло кожей и настенной краской, пахло хлоркой, которой недавно помыли полы… но один запах показался мне особенно знакомым. Я повернулась на него и сквозь полумрак разглядела тело девушки, растянувшееся прямо на полу в паре метров от меня.

От девушки несло прогорклым страхом, от её волос — сыростью, а её запястья недавно касалась кислая старостью. Я хотела разбудить ее, узнать кто она, и открыла рот:

— Р-р-р, — только и смогла выдавить из непослушного горла.

“Что происходит?” — вопрос с трудом пробился в голову и тут же улетучился, не дав шанса к нему присмотреться. Вместо этого возникла другая мысль. Мысль о том, что девушку будить не стоит, что она — чужая здесь, хоть и не опасна, в отличие от того, кто притаился у неё за спиной. Того, кто пах могильной землёй и древней смертью, и был чернее самой чёрной ночи. Этот кто-то шептался, точно хотел смешаться с шорохами дыхания. Но между тем его мёрзлая, мёртвая сущность, какой, вероятно, переполнен сам Ад, тянулась по стенам, проникала в щели, шарила в углах, словно искала что-то.

Внутри трясло от первобытного ужаса, но отступать было некуда. Существо следовало выгнать. Не дать навредить хозяйке и этому дому. Моё имя — Блэк. Я защищу своё.

В горле снова зародился рык. Вдруг подумалось, что если прогнать девушку, то уйдёт и тень… Взгляд остановился на открытой шее… Где-то на задворках сознания заворочался страх, но лапы уже напряглись для прыжка…

Вдруг носа коснулся новый запах — хозяйка! И сразу всё существо поглотил восторг. Дверь отворилась, и в помещение заглянула полу-кошачья морда с внимательными глазами. Илона. Удивлённо посмотрела сначала на меня, потом на девушку, распластавшуюся на полу. Я гавкнул, чтобы хозяйка не подходила. Оскалился, предупреждая об опасности. Но та, не обращая на меня внимания, опустилась на корточки и положила ладонь незнакомке на глаза.

Я зарычал, показав клыки. Но тут голову болезненно сдавило, в ушах точно взорвали петарды. Снова электрическая дуга заплясала перед глазами, утягивая меня во тьму…

***

Я очнулась с вскриком, хватаясь руками за воздух, точно продолжала куда-то падать, и тут же услышала успокаивающее:

— Ну-ну, расслабься. Ты вернулась. Поднимайся уже, давай помогу.

Глаза слезились от света, а когда я, наконец, к нему привыкла, то увидела прямо над собой лицо Илоны.

Без косметики Илона выглядела моложе и мягче в чертах. Куда-то делась напускная стервозность… может быть исчезла вместе с красной помадой? Изумрудные с вертикальным зрачком глаза смотрели особенно задумчиво.

Оказалось, что я лежала на полу в коридоре, на выходе из комнаты диагностики, в которую так неудачно спряталась, спасаясь от чокнутой старухи. Илона держала мою голову на коленях, а неподалёку, почёсывая ухо задней лапой, сидел чёрный пёс и не сводил с меня удивлённых глаз.

Мои глаза сейчас, наверно, были точно такими же. Что это только что было? Я видела себя глазами собаки… Неужели, так перепугалась, что всё-таки свалилась в обморок и мне привиделась такая чушь? Илона нашла меня на полу? Что она теперь обо мне думает? Что я стукнутая на всю голову идиотка с чемоданом фобий подмышкой? Надеюсь, Павел не прознает про всё это… За всю жизнь, кажется, я не испытывала столько стыда, сколько за последние сутки.

— Мне что-то теперь не спится… Составишь компанию? — меланхолично спросила Илона и, не дожидаясь ответа, помогла подняться. Молча отвела в гостинную и, усадив в одно из кресел стоящих возле стола, включила тусклый торшер в углу.

Пёс устроился неподалёку, угрюмо наблюдая за нами из-под широкого лба. Иногда он нервно зевал, обнажая огромные желтые клыки. Да, такой укусит — мало не покажется. Зачем вообще держать дома существо, способное загрызть человека? А если ему завтра дурь в голову ударит, и он решит полакомиться хозяевами? Впрочем, ещё не известно кто-кого сожрёт первым… Я с опаской повертела головой, но зловещей старухи нигде не наблюдалось.