Чтение онлайн

Промолчал лишь Сильвестров, и понятно, по какой причине, – он терпеть меня не мог. Впрочем, я его тоже не особо любил. Перекинув через плечо небольшую сумку размерами с военный планшет, я тоже пожелал остававшимся в ските удачи, вышел на улицу и прикрыл за собою дверь.

Солнце уже село, но было еще светло, где-то за одной из далеких гор догорал закат, окрашивая в том месте окрестность в малиновый свет. «Надеюсь, встречу рассвет, любуясь на него не через окошко в клеточку», – подумал я с грустной иронией, однако долго наслаждаться угасающим днем возможности не было. Меня ждало непростое дело, требующее максимум концентрации внимания, физического напряжения и выдержки. И я широким шагом зашагал по тропинке вниз.

На площади народу было не так много, как днем, но все еще многолюдно. Из монастырского собора тянулись последние группы экскурсантов. Я немного потолкался среди них, затем прошел мимо будки охранника, мимоходом заглянув в окно. За пультом управления сидел в темной одежде рослый, смуглолицый, с крупными чертами лица, черноволосый мужчина лет сорока пяти. Я прошагал еще немного вперед и свернул за угол. Здесь, как оказалось, было небольшое пространство, образующее дворик. Не знаю, по какой причине не работал центральный вход в гостиницу, выходивший во дворик, но мне это было на руку – меньше шансов попасть в пустынном месте под обзор консьержа или еще кого-то, кто должен дежурить в таких вот относящихся к церкви заведениях.

С видом зазевавшегося туриста, забредшего из любопытства туда, куда не следовало бы – на задворки туристического объекта, я прошествовал в конец здания, где действительно располагалась стеклянная двустворчатая дверь, створки которой тут же распахнулись, едва я потянул ее на себя. Скользнув внутрь, быстро прикрыл за собой дверь и опустил находившийся внизу стержень шпингалета. Передо мной круто вверх поднималась каменная узкая лестница черного хода построенного несколько веков назад здания. Было тихо и безлюдно. Я стал быстро подниматься по ступенькам, втайне опасаясь встречи с кем-нибудь из служителей гостиницы. К счастью, я не встретил ни одной живой души, благополучно поднялся до пятого этажа и ступил в коридор. Прохладный, длинный, без каких-либо изысков, с рядом дверей по обе стороны. И здесь никого видно не было, оно и понятно, гостиница не для ищущих развлечения туристов, а специализированная, для людей верующих, которым не до развлечений. Наверняка все они сейчас сидят по номерам, молятся или читают богословские книги.

Миновав чопорный холл, с креслами, журнальным столиком и телевизором, я дошел до двери с номером 511, без стука распахнул ее и шагнул внутрь. Номер был небольшим, аскетически обставленным и смахивал на келью монаха: одноместная кровать, слева у стены под готическим окном, забранным решеткой, стол, справа в углу – шкафчик. Даже помещения под туалет предусмотрено не было – когда строилось здание, видимо, систем канализации не имелось, и удобства, скорее всего, находились где-то на этаже, построенные уже в более позднее время.

При моем появлении из-за стола поднялся Егор. Он был одет во все черное, в некое подобие сутаны, и перед моим приходом сидел за компьютером, копаясь в интернете. Его мужественное, суровое лицо было спокойным, очевидно, молодой человек уже освоился здесь, не в пример мне – я был еще взволнован и не успел отдышаться после быстрого подъема по лестнице.

– Привет! – он шагнул ко мне навстречу, протягивая руку. – Все в порядке?

– Нормально, никого не встретил.

– Отлично! Закрывай дверь, проходи и располагайся!

Я закрыл замок на защелку, прошел к кровати и устроился на ней. Тепляков сел напротив меня на стул.

– Ну, что интересного? Рассказывай! – потребовал я.

Егор поправил давивший ему шею воротник своего одеяния, секунду раздумывал, с чего начать свой рассказ, чтобы ввести меня в курс событий, потом заговорил:

– Как я и предполагал, монастырь оборудован внутренней сетью, и кое-какие коммуникации объединены между собой. Провода не выведены в каждый номер, но в холлах интернет имеется. Один из проводов сети проходит в номере. Я с помощью прихваченного с собою куска провода, разъемов и специальных кусачек врезался в интранет, взломал кое-какие пароли и вышел на пульт управления охранника, куда выведены все камеры видеонаблюдения. Теперь, грубо говоря, могу управлять любой камерой и на время отключать запись. Когда наступит основная фаза нашей операции, я вырублю камеры, и вы сможете, не попадая под их обзор, проникнуть в храм и покинуть его.

Ложе паломника было жестким, я пошевелился, поудобнее устраиваясь на нем, и произнес:

– Но тогда в записи будет провал. И если ее станут просматривать, то догадаются, что здесь что-то не так.

– Никто никогда без надобности не просматривает эти записи. И в этот раз здесь не будут смотреть… – беспечно махнул рукой Егор.

– При условии, – перебил я, – что все пройдет гладко. А если нет?

– Давай не будем о грустном, – предложил Тепляков, делая кислое лицо, как у человека, хлебнувшего по ошибке вместо воды уксус. – Я думаю, все закончится благополучно, и никто не узнает, что мы побывали в Санта-Лучине.

– Дай-то бог, – не очень-то оптимистично изрек я. – Дальше что?

– Везде на окнах гостиницы стоят решетки, так что из моего номера выбраться во двор собора не получится, но на четвертом этаже в туалете, расположенном в левом крыле здания, решетка отсутствует. Я думаю, именно из этого окна тебе и нужно будет ночью спуститься на крышу террасы. Но спускаться в этом месте на саму террасу второго этажа нельзя – попадешь под датчики движения, которые я через местную сеть отключить не смогу, они работают автономно и выведены на основной пункт охраны, который, как я понял, располагается на территории самого монастыря. И потому тебе придется пройти по крыше террасы до конца здания и спуститься там.

– Как скажешь, – развел я руками. – Ты у нас главнокомандующий. А то, что придется лезть во двор собора не из твоего номера, а из туалета четвертого этажа, еще лучше – на этаж ниже… Ах, да! – вспомнил я и полез в сумку. – На вот переговорное устройство, изучай, как оно работает.

Я достал гарнитуру и передающее устройство и передал их Егору. Парень, прекрасно разбиравшийся в электронике, за пару минут освоил новое оборудование и кивнул:

– Пойдет.

В этот момент в соборе вдруг заиграла органная музыка. Я удивленно взглянул на Теплякова:

– Храм вроде же закрыт.

– Вечерняя месса, – пояснил он. – Обычно туристы разъезжаются перед нею. Служба для своих.

– Все паломники сейчас там? – догадался я.

– Вот именно, – подтвердил Егор. – Потому-то гостиница пуста. Ну, что ж, отдыхай пока, набирайся сил, а я покопаюсь в интернете.

Он развернулся к столу и активировал экран ноутбука, успевший за то время, пока мы с ним разговаривали, войти в режим ожидания. Мне пока делать было нечего, и я, сняв обувь, прилег на кровать.

Далеко за полночь, когда монастырь и гостиница для паломников погрузились в глубокий сон, Егор позвонил Евгении Аксеновой и коротко сказал:

– Можно приступать. После того как решите вопрос с охранником, выходите на связь по переговорным устройствам. Мы будем в зоне доступа.

С этими словами Егор отключил мобильный телефон, и мы, врубив переговорные устройства, стали ждать. Для того чтобы нейтрализовать охранника, требовалась определенная смелость, решимость, ловкость, словом, нужен был мужчина. Сильвестров для этой цели не годился – слишком неуклюж, у нас с Тепляковым были иные задачи, так что вспрыснуть в комнату охранника усыпляющий газ, как мы условились заранее, выпало Михаилу Березину. И от того, сумеет ли он усыпить охранника, зависел успех всей операции. Если охранник по каким-то причинам не вырубится и засечет Михаила, то, разумеется, поднимет тревогу, приедут полицейские, и тогда нам всем, как говорится, – хана. Так что, понятное дело, результатов действий Михаила мы с Егором ожидали, сидя как на иголках. Прошло десять минут, двадцать, пятьдесят, час, а сообщений от Березина не поступало. И вот когда напряжение, вызванное ожиданием, достигло своего апогея и мы уже черт-те что за это время не передумали, у нас с Егором в наушниках щелкнуло, и голос Березина произнес: