Чтение онлайн

— Тогда пусть лижут снег. Для только что окотившихся овец по утрам холодная вода вредна.

— A-а, товарищ Айкан! То ты нами командовала, а как вернулся Темирболот, так с твоих уст перестали сходить всякие проповеди, а? — захохотала Айымбийке.

— Когда у скакуна жеребенок становится более резвым, то скакун мечется на месте. Так и у меня получается, — сказала Айкан и улыбнулась.

У чабана лицо веселое, если отара цела. У Айкан за все время погиб только один ягненок, поэтому она вся сияла от радости и не знала, куда себя деть. Не приходило на ум подходящих слов, не подворачивалось под руки нужное дело.

— Эркинтай, ты закончила свою работу? — спросил Темирболот. — Тогда возьми эту сводку и мчись к председателю.

— Брат, не гоняй меня зря, — возразила Эркингюл. — И коня пожалей. Председатель вчера к нам не заезжал и поэтому сегодня обязательно завернет. — Не успела она договорить, как у ворот появился Кенешбек в халате, накинутом поверх пальто.

— Ассалом алейкум! Расплоду обилие! — громко поздоровался он.

— Алейкум салям, дядя! Да сбудутся ваши слова! — отозвался Темирболот.

— Ассалом алейкум, товарищ председатель, — улыбнулась Айымбийке.

— Алейкум салям! — Кенешбек показывал на двух человек, стоявших у ворот. Один был с густой черной бородой, другой без бороды, с черненькими усиками. — Тетушка Айкан, приехали председатели из других колхозов, хотят ознакомиться с вашей работой. Разрешите или нет?

— С этой минуты можно! — приветливо сказала Айкан и поздоровалась с приезжими. Она и Айымбийке передали им свои халаты.

— Это наш чабан Темирболот Медеров, — продолжал Кенешбек. — А вот жена его, — подозвал он Лизу. — Я вам о них рассказывал. Это они вдвоем прорубали себе ход на волю двадцать три дня. Ну как, Темиш, расплод закончился?

— Да, товарищ председатель, с вас полагается суюнчю!

— Хорошо, будет, будет.

— В начале и в конце расплода — двойни, — похвасталась Эркингюл.

— Я в жизни ничего подобного не видел, — сказал один из приезжих.

— Я тоже, — добавил второй.

Кенешбек немного приосанился, как бы говоря своим видом, что такое дело может быть только в том колхозе, которым он руководит, и только в той отаре, где у него такие чабаны, как Темирболот. Он сдвинул шапку набекрень, положил руку на плечо Темирболота и сказал:

— Ну, Темиш, объясни своим старшим товарищам, как у тебя складывались дела с расплодом.

— Да, дорогой, расскажи. Мы тоже, наконец, к зимнему расплоду переходим. Нечего греха таить, допускаем слабинку и не все получается у нас с ним гладко, — сказал председатель с черной бородой.

— Откровенно говоря, мы тоже недавно перешли к зимнему расплоду, — заметил Темирболот.

— Не-ет, дорогой мой… Ты не прибедняйся. В наших аилах о тебе ходят легенды. Говорят, появился бессмертный чабан. Летом враг девять раз вонзал в него нож, но он выжил. Остался под стометровой толщей снега, а сам голыми руками прорыл себе ход и вырвался из-под обвала. Потом вернулся домой и завершил без потерь расплод пятисот овец. Может быть, кое-что и прибавила молва, но главное, кажется, правильно. Вот я и приехал сюда для того, чтобы посмотреть на чабана с Хан-Тенгри, про которого складываются легенды, — сказал приезжий.

— Я такой же чабан, как и все! — Темирболот засмеялся. — Сперва посмотрите на овец, а о делах поговорим после.

Гости прошли в сарай по фанере, посыпанной хлорной известью, издали полюбовались двойней, которая появилась в начале расплода, и двойней, которая его завершила.

Время от времени они перебрасывались словами.

— Что говорить лишнее, — сказал чернобородый, почесывая бритую голову, — наши постройки и оборудование хуже. У вас все подготовлено отлично и кормушки сделаны по-другому, — с досадой заключил он.

— Сперва и у нас были другие, но Темирболот их забраковал, — с важностью пояснил Кенешбек.

— А мне не приходилось видеть таких кормушек, — со вздохом сказал усатый председатель. — Хотя бы наши чабаны подсказывали нам…

— Да, Темиш, не забудь о сводке! — напомнил Кенешбек.

— Пожалуйста! — Темирболот подал лист бумаги, которую уже давно держал в руках. — Можно похвалиться устройством нового двора, хотя там и немало упущений, — улыбаясь, сказал он.

— Какие могут быть упущения? — Оба председателя с изумлением посмотрели на Темирболота.

— Вскоре керосиновые лампы будут заменены электрическими, — начал объяснять Темирболот. — Мы соорудили железобетонный бассейн — туда по трубам будет наливаться вода, и овцы прямо из бассейна будут пить чистейшую проточную воду…

— О-о, это великолепно, — сказал усатый председатель, внимательно окидывая взглядом двор, куда ввел их Темирболот.

— Мы, — сказал как бы между прочим Темирболот, — корм тщательно перемешиваем, наполняем кормушки аккуратно, и все-таки овцы почему-то не всегда съедают все до конца. Чтобы не оставалось объедков, нам надо приобрести машину, которая перемешивала бы корм и трамбовала…

— У нас ведь есть готовый концентрат, зачем тебе еще машину?

— Нужно, чтобы не сразу готовить концентрат, а по мере надобности. Мне думается, что залежавшийся концентрат вреден не только ягнятам, но и овцам. Я это взял на заметку. Думаю, овцам один раз в неделю надо давать свежий концентрат, а ягнятам, пожалуй, и каждый день.

— Тебе нужен будет помощник для подготовки ягнятам свежего корма? — обратился к Темирболоту Кенешбек, чуть прищурив глаза.

— Не волнуйтесь. Начислять лишний трудовой день не придется. Нужны кукуруза, ячмень, сено, а мы уж сами справимся, — тепло улыбаясь, сказал Темирболот.

Кенешбек, так же прищурив глаза, согласно кивнул головой.

Оба председателя с интересом прислушивались к разговору. А Аманову на миг почудилось, что перед ним не чабан Темирболот, а настоящий ученый, автор многих трудов и исследований.

— Окончательная сводка? — спросил он.

— Да!

Чем дальше читал Кенешбек сводку, тем шире раскрывались его глаза.

— Слушай, дорогой Темирболот, не сказки ли это?

— Я думал, что у моей матери ничего от старого не осталось, — сказал Темирболот, — оказывается, есть. Из суеверия она, подобно своему отцу, скрывала число двойняшек и тройняшек от завистливых людей. Никому его не называла.

— Да-а, у заботливых чабанов всегда бывает такое правило, — проговорил чернобородый председатель. — Пока не окотится последняя овца, они ни за что не назовут количество приплода.

— Считается, что можно сглазить приплод, — вступил усатый.

— Только один ягненок пал, — напомнил Кенешбек.

— Это случилось потому, что роды были неправильные, — сказал Темирболот.

— О, ягнята при этом редко выживают, — заметил чернобородый.

Кенешбек показал гостям сводку.

— Отличные показатели, братишка мой Темирболот, — похвалил усатый председатель. — А как ты считаешь, в чем главная причина твоего успеха?