Чтение онлайн

Лея, держащая себя чужачкою, когда он уже второй месяц бродит за ней как на привязи. Хотя бы раз назвала его Лисом!

Дверь "Щепки" скрипнула, заставив юношу чуть встрепенуться, но выглянул древесник. Очевидно, из окна самоучка заметил купол и не сумел удержать любопытства.

Алессан был настроен снисходительно: рукой он провел очень медленно, не только пропуская Себастьяна в свой прозрачный теремок, но и позволяя тому поймать оттенки чар отведения полога.

Древесник скользнул под купол благодарно и воздел голову, глядя, как разбиваются капли над ним. Мир снаружи стал едва ощутим из-за плотного щита и шороха воды.

Хотелось отметить красоту алессановых чар и дивное настроение момента, но Себастьян предпочел не проверять степень открытости Лиса так прямолинейно.

– Наша работа со скрипкой помогла следствию? – спросил он вместо этого.

– Безусловно, – ответил тот без эмоций. – Нашли оркестр, но не виновницу. Дороги Ладии так прекрасны в дождливые дни, что требуются седмицы и седмицы для подобных поисков.

Ливни, достигшие столицы лишь сегодня, щедро поили страну с середины мая. Извечная путевая проблема доводила Диего Бернардовича почти до лихорадки.

Глава Земского приказа чувствовал, будто воздвиг дом на песке: ветры уже подули, реки разлились, еще немного – и падение дома будет великое, а он до сих пор не может внятно указать расхитителей архива.

Рук и голов не хватало: многие штатные чародеи оказались приписаны к поисковым отрядам в качестве погодных провожатых – усмиряли стихию и морозили раскисшие пути.

Оставшиеся люди прочесывали город в смутной надежде, что бумаги еще под носом и ожидают послаблений магических досмотров на выезде. Город хотелось бы вовсе закрыть, но в этой мере магистру было отказано. Оставалось уповать на радение стражи и запретить любому мало-мальски одаренному покидать город без личной подписи Диего на подорожной после тщательных проверок.

Дерево еще не расплели до последнего блока, так что с большой неохотой Диего вызвал сына и велел тому заменить некоторые классы в расписании на работу в Приказе. Желал бы подключить и нескольких толковых его ровесников, но Приказ и так походил уже на проходной двор внештатных экспертов, так что самую ретивую молодежь отправил закалять дух странствием с погодниками.

Алессан, как можно догадаться, млел и упивался оказанной честью. Вместе с опытными людьми отца ему действительно удалось отыскать потенциально опасный код на стволе и осторожно распустить его стройную логику.

Диего был почти уверен, что хотя бы в этой части новых сюрпризов можно не опасаться, однако успехи магов держались в строгой тайне – автор кода не должен учуять, что уже лишен удаленного управления.

Лис послушно держал язык за зубами.

– Значит, польза от этой находки мнимая? – сокрушился Себастьян, не ведавший успехов.

Собеседник пожал плечом с показным равнодушием, хотя и не был склонен обесценивать свои труды. Под ливнем он впадал в тоску, но не смирение.

– Иных зацепок до сих пор нет, – парировал он, меланхолично изучая узор из капель на щите.

– Что ж, рад быть полезным, сожалею о задержках, – сказал Себастьян. – Надеюсь, это не грозит нам новыми происшествиями.

Краешком глаза Алессан отметил, как постоялец его купола взглядом скользнул по окнам оружейни.

Из-за дождливого полумрака в торговом зале уютно засветили магические лампы, но ожидаемого силуэта древесник там не обнаружил.

Лис позволил себе усмешку, впрочем, еще беззлобную.

– Разрешите дать вам совет, Себастьян Базилевич, – подумав, заговорил он. – Если вы желаете связать свою жизнь с Арис – действуйте сейчас, пока не запретили этот мезальянс.

Древесник свел брови – нетактичность показалась ему избыточной даже для Лиса. На близких приятелей они пока походили мало, права сердечных напутствий друг другу не дарили.

– Прошу вас учесть, Алессан Диегович, что я не нахожу Арис простородной и уверен, что сумею убедить в этом свою семью.

Алессан лениво махнул кистью, глядя все еще на купол.

– Ваша семья, поверьте, о таком счастье и мечтать не смеет. А вот Арис чуть погодя могут за вас и не отдать.

Себастьян посмотрел на мага уже в изумлении, забыв даже его пренебрежительные взмахи.

– Что вы хотите сказать?

– Боюсь, ничего более, – подвел жесткую черту советчик.

Алессан, конечно, этим увещеванием сражал трех собственных зайцев.

Во-первых, богато укомплектованный троюродными кузинами, он обнаружил к Арис участие совершенно особенное. Лис видел ее в бедствии, практически собственными руками из него высвободил и теперь являлся чутким хранителем ее секрета – поневоле возомнишь себя высоким покровителем. Устроить и семейное счастье девицы стало бы изящным завершающим штрихом парадного портрета благодетеля.

С другой стороны, он еще не забыл именование Арис экспертом. Замужняя сестренка будет представлять меньшую конкуренцию его собственной карьере.

В-третьих, после дифирамбов леди Леи, Себастьяна он тоже предпочел бы видеть субъектом глубоко женатым.

Древесник тем временем осмыслял полученный наказ. Лис не выглядел привычно колким, но вполне мог исполнять издевку более тонкую. Однако, обхождение Диего тоже не было обычным, а после, в день создания чарованного слепка музыки, Леонора и Арис держали себя в стенах своей избушки истинными леди, причем леди весьма высокими. Что бы ни крылось за этой странной игрою – молодой Алвини, похоже, не шутил.

– Я запомню ваш совет, – подытожил древесник, так и не выразив признательности за неясное радение Лиса.

Лея, наконец, закончила сборы, из которых целых пять минут уходило на возню с перчатками – чрезмерно узкие и длинные, они были обязательной частью выходного облика леди, хотя для творения магии допускалось их снимать. Готовая, она вышла на крыльцо и прокомментировала погоду недовольным движением брови. Алессан услужливо протянул ей коридор щита, когда следом за Леей выглянула хозяйка дома. Глаза последней тотчас приняли вид округлый и сияющий.

Словом, в сторону Кленовой улицы они отправились не ранее, чем Виола вдоволь накружилась в куполе под ливнем.

***

Тысячелистник Обыкновенный утвердился на подоконнике и надзирал за дождем так, будто без него погода и знать не знает, как ей действовать. Иногда он фокусировал взгляд на мокром стекле перед своим носом, но чаще глядел на искаженные каплями домики Кленовой улицы.

Те из ее жителей, кто мог себе позволить передышку, давно скользнули поближе к родным самоварам. Подневольные разносчики и запоздалые кумушки с ведрами еще шныряли между луж. Веселый ливень чуть прибил кутерьму под крыши, но человечья тяга хлопотать не покорялась и погоде.