Чтение онлайн

— Ты потребовал у него аванс? — удивился Живчик.

— Нет, он сам предложил.

— А… — протянул Живчик. — А то я было подумал, что ты наконец стал ответственным деловым человеком.

— Неа, — улыбнулся Бун.

Он постоял под струями воды, смывая с кожи соль, затем вылез из душевой кабинки и принялся вытираться полотенцем. Отправившись обратно в офис на поиски чистой рубашки — ну или хотя бы не очень грязной — и джинсов, он даже и не подумал прикрыться полотенцем.

И конечно, в офисе он увидел Петру Холл.

Разумеется.

— Привет, Бун, — поздоровалась она. — Рада тебя видеть.

Петра выглядела потрясающе: тонкий льняной костюм, короткая стрижка в стиле двадцатых годов, сияющие фиалковые глаза.

— Привет, Пит, — ответил Бун. — Рад, что ты меня увидела.

Ну просто гениально, оценил он свою реплику, направляясь обратно в ванную.

Идиот чертов.

— Ты по делу или просто так, забавы ради? — осведомился Бун, возвращаясь в офис уже в рубашке и джинсах, которые просунула ему в дверь Петра.

Она не спешила передавать ему одежду. Во-первых, Бун очень забавный, когда смущается. А во-вторых, смотреть на обнаженного Буна — вовсе не мучение, а даже наоборот. У Буна Дэниелса — очень, оченькрасивое тело. Он высокий, с широкими плечами и крепкими мышцами, наработанными за долгие годы плавания и сёрфа.

— А разве нельзя соединить работу и удовольствие? — парировала Петра с заметным британским акцентом, который Бун находил и очаровательным, и раздражающим одновременно. Петра Холл — младший партнер адвокатской конторы «Бёрк, Шпиц и Калвер», одного из постоянных клиентов Буна. Привлекательную внешность и хрупкую фигуру она унаследовала от матери-американки, а акцент и характер — от папаши-британца.

— Обычно нельзя, — ответил Бун. Ему страшно хотелось с ней поспорить.

— Тогда тебе точно нужно менять стиль работы, — решила Петра. — На тот, который будет тебе нравиться. Ну да ладно, ближе к делу…

Девушка передала ему тонкую папку с документами. Бун смахнул с заваленного стола последний выпуск журнала «Сёрфер» и положил папку на освободившийся пятачок. Он погрузился в чтение. Внезапно он покраснел, захлопнул папку и твердо взглянул на Петру.

— Нет, — сказал он.

— В смысле?

— Нет значит нет, — повторил он. — Поверить не могу, что Алан взялся за это дело, — произнес он через минуту.

— У каждого человека есть право на защиту в суде, — пожала плечами Петра.

— Только не у него, — кивнул в сторону папки Бун.

— У каждого.

— Но не у него.

Бун посмотрел на Петру еще раз, затем нацепил на ноги порядком поношенные сандалии и вышел из офиса.

Петра с Живчиком слышали, как он спускается по лестнице.

— Надо сказать, — заговорила Петра, — все прошло гораздо лучше, чем я ожидала.

Она знала, что дело Кори Блезингейма разбило сердце Буну, поставило под сомнение все, во что он верил, и разрушило все, на чем он строил свою жизнь.

Келли Кухайо слыл легендой.

Да что уж там, он и был самой настоящей легендой.

Строите пантеон богов сёрфинга? Не забудьте включить туда КК. Решили заменить лица президентов на горе Рашмор лицами сёрферов? Без КК затея провалится. Или может, вы просто составляете список всех хороших парней за историю мира, которые хоть раз в своей жизни стояли на доске? Келли Кухайо должен войти в первую десятку.

Любой человек, повстречавший на своем пути Келли, проникался к нему искренней симпатией и уважением. Уж такой он был — учтивый, скромный, но при этом невероятно крутой. Рядом с ним хотелось быть лучше, умнее и добрее, чем ты есть на самом деле. Многие ветераны часа джентльменов могли бы поделиться историями о том, как встреча с Келли изменила их жизнь к лучшему.

Келли был совершенным образцом уходящей эпохи.

Сёрфером-джентльменом всех времен.

В детстве Бун частенько сиживал у КК на коленях — тот дружил с его родителями-сёрферами, хорошо известными в Сан-Диего и на Кауаи, [10] родине КК. Так что Келли — или дядя Кей для Буна — время от времени приходил к ним в гости и травил разнообразные байки, которые Бун слушал, притихнув и развесив уши.

Истории из уст самого Келли Кухайо? Это нечто. Чего только стоит его биография. Келли родился в Гонолулу и уже к тринадцати годам был чемпионом Гавайев по сёрфингу. В тринадцать-то лет! Обычно грэмми в этом возрасте становятся чемпионами только в рукоблу… в общем, не в сёрфинге.

И при этом Келли нельзя было назвать каким-нибудь перекачанным тупым спортсменом. Этот худощавый юноша легко стал стипендиатом школы Пунаху [11] и окончил ее с отличием. После школы Келли уехал на Северное побережье, знаменитое своенравными туннельными волнами. Именно он изобрел доску, способную выдержать эти сложные условия, за что и заслужил прозвище «Мистер Труба».

Потом КК это надоело, и он отправился путешествовать.

Келли первым из сёрферов опробовал на себе волны Индонезии, первым обнаружил отличный левосторонний пойнт-брейк, [12] ныне известный под названием Джи-ленд. [13] По совести, конечно, он должен бы называться Кей-ленд, но Келли был чересчур скромен, чтобы давать свое имя новому брейку. Зато теперь все новички, совершающие паломничество в Индонезию, идут по следам КК, возможно сами о том не подозревая.

Когда Лэйрд, Калама и остальные члены сёрферской команды «Нищебродов» приступили к созданию техники тау-сёрфинга, [14] первым делом они пришли за советом к Келли. Тот с радостью помог усовершенствовать конструкции их стандартных досок, но сам на покорение огромных волн не решился. В то время ему было за сорок, и он прекрасно понимал, что такие гиганты ему уже не по плечу. КК был слишком хорош, чтобы отчаянно цепляться за уходящую молодость. Ему уже не надо было ничего и никому доказывать.

Переезд самогоКелли Кухайо в Калифорнию стал настоящим событием. Одна из фирм по производству одежды для сёрфинга попросила его приехать в штат, прорекламировать их новую марку. А по завершении контракта Келли уже сам решил остаться. Он снимался в небольших фильмах, выступал с лекциями — в общем, был самим собой. Ему нравилась Южная Калифорния, нравился дух Сан-Диего, нравилась местная публика.

А сёрферы не могли поверить своему счастью. Представляете, каково это: приходишь ты на пляж, а там в воде сам КК покоряет волны — легко, изящно, непринужденно. А потом он — раз! — и приглашает тебя присоединиться: «Друг, давай кататься вместе!» — говорит тебе Келли Кухайо. «Водичка отличная, да и места в океане всем хватит», — сообщает он и делится с тобой маленькими профессиональными хитростями и секретами. (Именно Келли изменил стойку Санни на доске на целых семь с половиной сантиметров, что кардинально повлияло на уровень ее мастерства.) КК всегда продвигал идеи содружества, мира во всем мире и расслабленного отношения к жизни.