Чтение онлайн

– Я должен был рассказать им все.

– Похоже, они полагают, что Фэй уже была мертва в то время, как я была там. Ты же тогда говорил, что уже заглядывал в её комнату, и что её нет дома.

– Все так и было. Я заглянил, так же как и ты.

– Полиция вела себя так, словно они не верят мне. Как она могла быть там…

Уоллес перебил её.

– Все из-за того, что никто из нас не открывал дверь настежь. Ее убийца усадил её в кресло, а это несколько в стороне от кровати.

– Специально?

Дейв ответил, что не знает, а затем поинтересовался не говорила ли она полицейским, что он встречается с другой женщиной.

– Какой женщиной?… Ах, – добавила Ширли, словно только что поняла о чем идет речь. – Ты имеешь в виду мои слова вчера вечером? Нет. Да они и не спрашивали…

– Откуда ты знаешь про существование Энн? Тебе когда-нибудь приходилось её видеть?

– Нет, я даже не помню, кто сказал мне об этом, – она снова запнулась, между её бровями появились морщинки. – Это был кто-то, кого я хорошо знаю, но сейчас мне трудно вспомнить кто.

– и что тебе рассказали?

– Что-то о том, что видели тебя с молодой темноволосой девушкой. Им не было известно, кто она, но говорили, что она сногсшибательная девушка, а я говорила, что рада всему этому и тебе давно уже пора избавиться от Фэй, потому что ты заслуживаешь лучшей доли.

Уоллес задумался над её словами, а потом перешел к вопросу, который привел его сюда.

– Фэй когда-нибудь появлялась здесь с Джо Андерсоном?

– много раз. Не так уж часто последнее время, но какое-то время…

– Как они себя вели, я имею в виду, когда были вместе? Было заметно, что они больше, чем друзья?

– В первое время именно так оно и было, но когда они появились здесь в последний раз все было совершенно иначе.

Ширли указала в угол на одну из полукруглых банкеток.

– Вон там они сидели. Здесь кондиционированный воздух, и поэтому плохая слышимость. Ты можешь наблюдать за людьми со стороны, но ничего не слышать. Я как раз беседовала с какими-то туристами, но по жестикуляции Фэй поняла, что они о чем-то спорят. Мне стало понятно, что Андерсон разозлился на нее. Он был так взбешен, что проходя мимо, даже не заметил меня.

– Еще один вопрос, Ширли, – сказал Дейв. – Не хочу показаться слишком назойливым, но мало что из происходящего вокруг может ускользнуть от твоего внимания, и тебе возможно известно, по какой причине Фэй разгуливала с пятью сотнями долларов в сумочке?

Ширли некоторое время молчала, потом бросила настороженный взгляд в сторону двери. Стало понятно, что она избегает смотреть ему в глаза.

– Пять сотен наличными? Я давно уже не видела таких денег.

– Пять новеньких стодолларовых банкнот, – пояснил Уоллес. – Полиция обнаружила их, когда осматривала её вещи.

– Извини, Давид, – Ширли покачала головой. – Мне об этом ничего не известно. Я только знаю, что, – она с отвращением поморщилась, – будь у меня хоть крупица здравого смысла, то я никогда не оказалась бы в твоем доме вчера вечером…

Местное название «Хиллсайда» было «отель Вверх тормашками». Построенный на крутом склоне холма с видом на «Саванну» и скаковую дорожку он поднимался на семь этажей вверх с номерами для гостей, вестибюлями, залами и местами для прогулок на первом этаже. На взгляд Уоллеса его архитектура была эклектической смесью карибского и восточного строительства с открытой террасой и бассейном, стилизованном по форме в виде острова и располеженного этажом ниже вестибюля.

После очень короткой поездки из «Бретани» он оставил свой автомобиль на центральной стоянке в стороне от входа и пошел по асфальтовой дорожке. У него не было особой надежды разузнать что-нибудь здесь, но Дейв решил использовать любую возможность получения информации и это привело его в магазин сувениров, где ещедневно после полудня по три часа работала фэй. Его интерьер производил на первый взгляд довольно беспорядочное впечатление, а его товары предназначались для того, чтобы заинтересовать женскую половину туристов. Плетеные соломенные сумочки, некоторые даже привезены из Доминиканской Республики, любых фасонов и размеров соломенные шляпки, шарфики, серебряные браслеты, ожерелья, халатики, заколки в своем большинстве были местной ручной работы.

Хозяйкой оказалась пухлая дама лет пятидесяти с тщательно уложенной прической из медно-красных волос. Этот отттенок вызвал у Уоллеса как у художника профессиональный интерес – ему никогда раньше не приходтлось встречать ничего похожего. Для этого возраста на её лице было слишком много косметики, полосатая юбка всех цветов радуги была слишком широкой, а хлопчатобумажная блузка черезчур облегающей. Ее короткие с накрашенными ногтями и обутые в сандалии ноги являлись завершающим штрихом производимого ею впечатления. При его появлении у неё налице автоматически появилась дежерная улыбка, и она тут же поинтересовалась, чем может ему помочь. Он улыбнулся ей в ответ и сразу предупредил, что не собирается ничего покупать.

– Я зашел кое-что выяснить про свою жену, – начал Дейв. – Я мистер Уоллес.

– Неужели? – её голос утратил теплоту и сердечность, а глаза с голубыми тенями вокруг мгновенно стали холодными.

– Она работает здесь, не так ли?

– Сейчас я в этом уже не уверена.

– Извините, не понял.

– Я была к ней более чем снисходительна, – пояснила женщина, – позволила выбрать время работы на её усмотрение. Существовала договоренность, что она будет работать по три часа каждый день кроме воскресенья. Я приспособила свое расписание к её графику, если бы она работала с часу до четырех либо с двух до пяти.

– А как насче вчерашнего дня?

– Именно об этом я и хотела рассказать, мистер Уоллес, – она поджала губы и в её голосе появилась враждебность. – Фэй заявилась вскоре после часа, в это время у нас бывает много работы. Но за первый же час ей дважду звонили по телефону, хотя у нас не принято пользоваться телефоном по личному делу во время работы.

– Кто-нибудь приходил к ней?

– Нет. И я полагаю, что должна быть ей за это благодарна. Нет, только эти звонки, а вскоре после второго из них, как раз сразу после двух часов, она заявила, что уходит до конца дня. Ну, и я предупредила её, что она может не возвращаться.

– Она и не вернется, миссис.

– Эткинс, – сказала женщина и откашлялась, – мне не хотелось бы показаться грубой или чрезмерно требовательной…

– Нет, нет. С этим все нормально, – заверил её Уоллес.

Миссис Эткинс едва заметно пожала плечами.

– Ну, в этом случае, – сказала она, удовлетворенная столь полюбовным решением вопроса, – полагаю, что мне надо будет вернуть ей часовую оплату. В субботу она полностью получила за свою работу, а вчера отработала только час…

Дейв выдавил из себя вежливую улыбку и попятился к двери. Он заверил её, что не может взять эти деньги, и только надеется, что они несколько загладят причиненное его женой неудобство.