Чтение онлайн

– Если бы у меня появились хоть какие-нибудь сомнения по этому поводу, я бы предоставил возможность полиции разбираться с этим сигаретным окурком, – Уоллес заколебался, заметив как обмякли его плечи, а на его тонком интеллигентном лице появилось выражение облегчения. В наступившей тишине он лихорадочно оценивал полученную информацию в поисках хот какой-нибудь зацепки, которая могла ему помочь. – У вас сложилось впечатление, что она хочет поскорее избавится от вашего присутствия, – прервал он наконец молчание, – но вы не знаете, почему?

– Нет, хотя… – старик нахмурился и попробовал пояснить. – Там было ещё коечто, и это не дает мне покоя.

– Что это было?

– Боюсь, что от этого особой пользы не будет, но я не переставал гадать по этому поводу.

Дейв замолчал, надеясь узнать что-то новое и не желая перебивать его мысли.

– Я уже уселся в машину и запустил мотор, – начал Джослин секунд через десять, – когда обернулся в сторону бунгало. Окно боковой дверцы было открыто и я увидел твою жену, звонившую по телефону. Не могу понять, что заставило меня оставить машину, возможно любопытство, ведь она так хотела остаться одна. Боюсь признаться, но я подслушивал. Когда мне удалось подойти поближе, то я смог услышать её слова… но боюсь, что застал только самый конец разговора, – извиняющимся тоном сказал Сидней.

– Вы не знаете, с кем она разговаривала?

– Нет, я просто услышал последнюю фразу, перед тем, как она бросила трубку.

– И что это были за слова?

– Тебе бы через десять минут лучше быть здесь, а не то я разнесу эту историю по всей округе.

Уоллес тщательно проанализировал каждое слово в этой фразе, но попытка понятьее скрытый смысл не принесла ничего кроме ощущения безысходности.

– Итак вы сели в свою машину и уехали, вас даже не заинтересовал этот телефонный звонок.

– Не совсем так, – мягко заметил Джослин. – Когда я доехал до конца дорожки и выехал на шоссе, то заглушил мотор и стал ждать. Мне было не по себе от того, что я сделал, и хотелось выяснить, чем она так обеспокоена.

– И что произошло?

– Боюсь, что ничего особенного. Я подождал минут десять, все было тихо, но поскольку спешить мне было некуда, я задержался ещё минут на пять – десять. Наконец на шоссе со стороны города появилась машина и свернула на дорожку, ведущую к дому.

Уоллес мгновенно оживился и даже подался вперед.

– Вы не узнали ее? – поинтересовался Дейв, хотя здравый смысл подсказывал ему, что это было маловероятно. – Вам не удалось заметить, кто был в автомашине?

– За рулем был цветной шофер, – сказал Джослин. – Мне показалось, что там был кто-то еще, но я не могу быть в этом точно уверен, но её номер у меня записан, – добавил он, потом повернулся, снял пиджак со спинки стула и долго рылся в карманах пока не извлекиз него обрывок бумаги, – Экс – восемьдесят семь – девяносто один, – прочитал Сидней и положил его на стол.

Уоллес взял бумажку с нацарапанным карандашом номером автомашины. Дейв был готов согласиться, что это и была та самая машина, которую он заметил стоявшей под хлебным деревом в тот вечер, но прежде, чем ему удалось поразмышлять над этой проблемой, он услышал тяжелый вздох Джослина, который привлек его внимание. Уоллес заметил, что старик смотрит на кого-то, стоявшего за его спиной.

– Ах, дорогая, – огорченно вырвалось у Джослина.

Дейв почувствовал дуновения прохладного воздуха из зала, стеклянные двери распахнулись, и на пороге появилась Энн. Ее глаза были скрыты за стеклами солнечных очков.

Поначалу её появление показалось для Дейва Уоллеса приятным сюрпризом, и когда они с Джослином вставали из-за столика, в глубине души он чувствовал радостное возбуждение, которое быстро сменилось досадой или даже раздражением.

– Считалось, что ты должна была остаться дома, – буркнул он и с укоризной посмотрел на Джослина. – Вам было известно, что она все это время была в городе.

Джослин протестующе поднял руку.

– Она очень решительная девушка, мой мальчик. Тебе придется с этим смириться. Если уж она что-нибудь решила…

– Но мы же условились… – оборвал его Уоллес, но восклицание Энн заставило его замолчать.

– Прекратите ссориться! – она строго смерила взглядом обоих мужчин, стоя перед ними в своем облегающем, хорошо сшитом рыжевато-коричневом платье, её каштановые волосы переливались на солнце, и решительно задрав вверх свой округлый подбородок.

– Ты считаешь, я смогу остаться одна в своем захолустье наедине со своими мрачными мыслями? В самом деле? И в любом случае, – твердо заявила Энн, – что плохого в том, что я встретилась здесь со своим дядей? Все покупки сделаны, я в одиночестве пообедала и…

– Ты понял, что я хотел тебе сказать? – заметил Джослин.

– Ну, хорошо, – согласился Дейв, понимая всю тщетность дальнейших препирательств и чувствуя, что ему нравится её неповиновение. – Ты уже здесь. Сделанного уже не исправишь.

– Что в этом плохого? – возразила девушка. – Полиция все равно обо мне узнает. Я хочу понять, что происходит. Может случиться, и моя помощь может оказаться полезной. Я уверена в этом.

– Хорошо, моя дорогая, – снисходительно сказал Джослин, его глаза за линзами очков улыбались. – я оставляю вас с Давидом, можете взять машину и…

– Не надо, пожалуйста.

– Я настаиваю. мне совершенно по силам добраться автобусом до Сангре Гранде и взять там такси. Я делал это и раньше, те же знаешь.

Дейв наблюдал за их спором и неожиданно почувствовал, что утратил всякое желание сопротивляться. Ему хотелось крепко обнять её за талию и поцеловать кончик её прелестного носика. Чтобы не дать ей повода считать, что он одобряет её поведение, Уоллес небрежно пожал плечами и нарочито грубовато заменил:

– Будь по-твоему, но что ты собираешься делать?

– То же, что и ты. И пожалуйста не дуйся на меня, – решительно сказала она.

– Я и не думал обижаться, просто размышляю над сложившейся ситуацией, – заметил Дейв и распахнул стеклянную дверь. – Идите вперед, а я заплачу по счету. Встретимся внизу.

Когда Уоллес вышел на улицу, Энн одиноко поджидала его в тени у входа.

– Сидней отправился на свой автобус, – сказала она, опережая его вопросы. – Он одобряет мои действия не больше, чем ты.

– Где находится твоя машина?

– На стоянке у Марин-сквер, а твоя?