Чтение онлайн

Днём следующего дня уже был в Североуральске и появился в конторе экспедиции. К моим просьбам отнеслись с пониманием и обещали подготовить комплекты чертежей нужных мне механизмов. На другой день я съездил в Сосьвинскую партию, в Покровск-Уральский. Побеседовал с начальником партии П.А. Крупновым и ст. геологом С.А. Ушаковым.. Для меня организация проходки шурфов на золото была делом совершенно новым, и беседы с ними и их советы были для меня чрезвычайно ценны. Они подсказали ещё много деталей, о которых я и не подозревал. Кстати говоря, контакты с ними по разным вопросам продолжались ещё много лет.

На другой день в техотделе экспедиции мне напечатали все нужные синьки, и я поехал в г. Ивдель. Прямого пути туда не было, и ехать пришлось вначале поездом на Серов, а оттуда другим поездом на Ивдель. Это оказался небольшой, сплошь из деревянных домиков состоящий городок. Был я там в первый раз, хотя он и находится рядом с Североуральском. Нашёл перевалбазу, которая располагалась в одном из частных домов и использовалась Латыповым А. А. для нужд своей партии. Там познакомился с зам. начальника экспедиции Ильяшевичем М.В., который уже был в доме. Глядя на моё "богатое" зимнее пальто, он принял меня сначала за главного инженера экспедиции и начал что-то выспрашивать на какие-то важные темы, хотя против него я был пацан в два раза моложе. Когда я ему сказал, что такие сведения не входят в мою компетенцию, т. к. я старший инженер, то он успокоился. Переночевали и утром поехали на аэродром. Там уже стоял самолёт аэромагнитной партии. Загрузили попутный груз и вылетели в Саранпауль.

Под крылом шёл достаточно разнообразный пейзаж. Ленточные боры вдоль сильно меандрирующих русел рек перемежались с болотистым мелколесьем. Около крупных рек хорошо были видны многочисленные старицы. Жилые поселения закончились через 20 минут полёта – это был север Ивдельского района. Далее никаких признаков жилья не наблюдалось в течение почти 2-х часов.

Вскоре после двухчасового полёта показались домики достаточно большого села – это и был Саранпауль. Самолёт сделал полукруг и приземлился у самой окраины, подрулил к какому-то домику и заглушил двигатель. Домик оказался один во всех лицах – здание аэропорта, метеостанция, резиденция начальника. Мы вышли и пешком пошли в село – до здания конторы экспедиции оказалось недалеко. Тут есть небольшая предыстория.

Саранпауль – довольно большое село по северным меркам и практически всё вытянуто по берегу судоходной реки Ляпин. Условно делилось на три деревни – первая, вторая и третья. Между ними были низинные промежутки, которые в многоводные вёсны затоплялись вешней водой.

До недавнего времени в Саранпауле базировалась экспедиция № 105 6-го Главка Мингео СССР, который по всей стране занимался поисками, разведкой и добычей пьезооптического сырья и графита. Вообще эти экспедиции имели везде очень солидную материальную основу, хорошую организацию труда. Да, видимо, по-другому было и нельзя, т. к. это сырьё имело важное значение для обороноспособности страны. У этой экспедиции почти в осевой части Уральских гор располагалось 4 добычных партии. Причём две из них на восточном склоне – Неройка и ещё одна, а Пелингичей и Народа – на западном. Год назад в Главке решили базу экспедиции перенести на железную дорогу Москва–Воркута на ст. Кожим – это западный склон. Присвоили ей № 118. А в Саранпауле оставили только часть складов, небольшую мехмастерскую, транспортную технику для снабжения по зимним дорогам своих партий с восточного склона. Во главе этой базы поставили местного кадра – Канева Афанасия Никаноровича. Всё, что было им не нужно, они передали нашей экспедиции – контору, склад ВМ, часть общежитий. Надо сказать, что на первых порах Канев нам помогал, чем мог, особенно запчастями для транспорта, изготовлением некоторых железок в своей мехмастерской. Он, видимо, рассчитывал, что когда-то и мы станем на ноги и где-то поможем ему, но не дождался. Вскоре ему стало надоедать наше нищенство, и он уже реже шёл нам на встречу.

Контора располагалась прямо на берегу Ляпина и имела вполне приличный вид, как снаружи, так и изнутри. Десятка полтора комнат, отопление водяное от своего котелка. Работали истопники, чтобы не заморозить систему. Здесь же пока временно жили и инженерно-технические работники, Ильяшевич М., Ефимов Г.Г. и вскорости должны были поселиться я и Латыпов. В комнатах были спальные мешки. Сходили в магазин, купили кое-что покушать. Все сели за стол, а Ильяшевич М.В. достал из мешка какую-то вяленую рыбу. Размеры её были порядочные – до 30 см в длину. Мне сказали, что называется она сырок, ловится в Ляпине, и все жители запасают её на зиму. Купить её можно за 15-20 копеек рыбина в зависимости от величины. Рыба оказалась очень даже вкусной, особенно крупные экземпляры. Очистишь её от шкуры, а она аж светится от пропитавшего её жира.

Выпили за знакомство, за хорошее начало работ экспедиции. Ефимов, как и я, пил очень мало. Через какое-то время Латыпов ни с того ни с сего к чему-то затеял разговор про тараканов, якобы выловленных им в борще ресторана в г. Ивдель. Лицо у Ефимова как-то сразу напряглось, взгляд его принял отсутствующее выражение и он, извинившись, сказал, что ему надо выйти. И вышел. После этого Латыпов рассмеялся и сказал, что Григорий Григорьевич вышел поблевать. Оказывается, после всех перенесённых тягот в жизни у Ефимова возникла стойкая неприязнь к такого рода рассказам и событиям. Судьба обошлась с ним очень круто. Он офицер, воевал в действующей армии, но, то ли в конце войны, то ли сразу после, был арестован по доносу и осуждён по 58 статье на 10 лет лагерей. Отсидел почти весь срок на Севере – Воркута, Салехард. Судьба его сильно напоминает судьбу Солженицына А.И., и даже внешне они сильно похожи. В эту встречу он рассказал только один эпизод из своей лагерной жизни – им дали задание сложить кирпич в штабеля. Они сделали это очень быстро, но внутри штабелей искусно оставили пустоты, а объём кладки считался по наружному обмеру. На этом деле они "заработали" лишнюю пайку. Конечно, это был интересный, неординарный человек, но судьба меня с ним сводила в будущем очень редко, только на время случайных коротких встреч.

Чуть позднее, в этот же вечер, зашёл разговор о воздушном взрыве мощного термоядерного заряда, проведённого месяц назад над Новой Землёй. Оказывается на Севере это было крупным событием. Всех жителей Салехарда вывели из домов, часть окон была выдавлена ударной волной. В п. Амдерма вынесло окна и двери. Всех геологов вывезли с поля из опасных районов прохождения ударной волны. Я думаю, что ударная волна уже на излёте, в виде сильного ветра, 30 октября дошла и до Североуральска. В этот день несколько часов подряд с севера дул небывалой для этих мест силы ветер. Казалось, что на него можно лечь, и он не даст человеку упасть на землю. Эти события описывали и другие геологи-съёмщики, приехавшие к нам работать с Полярного Урала. Они говорили, что просматривалась вспышка вдалеке, но уже не яркая, и пришёл сильный гул.

Ильяшевич М., кроме решения проблем экспедиции, был ещё занят тем, что "выбивал" в управлении для себя наряд на покупку автомашины "Волга". Тогда они ещё стоили 4000 руб., но в любой момент цена на них могла начать расти, т.к. спрос резко увеличился. Он получил её и перегнал в Свердловск где-то уже в мае следующего года. Через год цена на них выросла почти в полтора раза.

Познакомился с начальником буровой партии И.М. Сидоряком. Это, конечно, партией можно было назвать только условно – одна буровая бригада и то неполного состава. Занималась бурением картировочных скважин по точкам геологической съёмки масштаба 1: 200000. Сам он работал на Севере уже давно, чуть ли не с послевоенных времён. Занимался бурением структурных скважин ещё у профессора Чочиа.

Осмотрели в посёлке переданные нашей экспедиции дома, общежитие. Пошли с Ильяшевичем в поселковый совет познакомиться с председателем. Председатель – Малюгин Илья Николаевич, инвалид, где-то потерял ногу, мужчина небольшого ростика, но достаточно шустро прыгавший по посёлку. Оклад у него был 50 руб., плюс северные надбавки. Любимой темой разговора с ним приезжих во время "чаепитий" был вопрос: "Илья Николаевич! Ты паровоз видел?" – И он всегда резко отвечал: "Нет. Никогда. Я из Саранпауля никогда никуда не выезжал!". Первый и последний раз ему пришлось выехать в Ханты-Мансийск в 1964 году на похороны брата, который погиб в числе всех пассажиров рейсового самолёта АН-24, сгоревшего на полосе при посадке. Судьба его самого тоже оказалась трагичной – в конце 60-х годов он замёрз прямо в посёлке.

Закончив все дела в Саранпауле, я поехал в Тюмень. Возвращался через п. Берёзово. В один день редко удавалось достичь Тюмени, т. к. рейсовый самолёт Ан-2 прилетал в Берёзово из Саранпауля после обеда, и на рейс в Тюмень на этот же день купить билет было практически невозможно.

Прилетел я туда в первый раз и пошёл искать гостиницу для ночлега – знакомых у меня там не было. В центре посёлка нашёл гостиницу. Это было двухэтажное деревянное небольшое здание рядом с пристанью. Внутри же был и ресторан "Сосьва". Место для меня оказалось в комнате на втором этаже, где стояло 7-8 кроватей. К вечеру среди постояльцев гостиницы и посетителей ресторана я увидел много авиаторов – видимо, у них не было своей гостиницы-приезжей, и они пользовались коммунальной. Утром следующего дня я вылетел на самолёте Ил-14 в Тюмень и через 3 часа лёта был на месте.

Работа в Тюмени. Изготовление насосов. Руководство управления. Заявки. Приём рабочих. Вылет в Саранпауль

По приезде в управление я доложил Чепкасову о результатах поездки. Он сразу озадачил меня множеством дел – надо было где-то разместить заказы на изготовление насосов "Летестю", чертежи которых я привёз из Североуральска, и других железок для проходки шурфов, составить годовые заявки на материально-техническое снабжение экспедиции в 1962 году и по мере подхода людей в отдел кадров управления подбирать нужных рабочих для экспедиции. Я думаю, что перед этим он представил меня в руководстве управления как одного из своих уполномоченных представителей по вышеперечисленным вопросам, и меня беспрепятственно принимали везде, вплоть до начальника управления Ю.Г. Эрвье. Сам Чепкасов В. А. также был занят выше головы организационными вопросами, подбором кадров ИТР, частыми поездками в район.